Дочь Господня - Татьяна Устименко

«Столько лет молчания, равнодушия и забвения, – философски размышлял Конрад, расслабленно раскручиваясь в удобном кресле и пытаясь восстановить ровное биение возбужденного пульса, – и вдруг мне написал сам великий и ужасный граф, правая рука этой их молоденькой повелительницы, за очень короткий срок сумевшей заполучить абсолютную власть. Как же, наслышан, наслышан я об этой их неповторимой синьорине дель-Васто, не иначе как явившейся из самих глубин Ада! Чего это вдруг они обо мне вспомнили? Ведь я никогда не покушался на их распроклятый образ жизни и не давал знать о себе так давно, что они, по идее, уж должны были начисто позабыть о самом факте моего существования. О, они всегда воспринимали меня довольно отстраненно и холодно, пренебрежительно называя несчастным ликантропом, волосатой тварью, не способной совладать с доставшимися мне животными инстинктами. Ну а сами-то они кто, если не жалкие выродки-кровососы, думающие лишь о крови? Что же им от меня понадобилось? Я никогда не вступал с ними в открытую вражду и заказы на стригоев не принимал принципиально. А значит, письмо стопроцентно не содержит угроз или завуалированных попыток свести старые счеты. Что же тогда?» – И будучи не в силах превозмочь овладевшее им любопытство, Конрад повернулся к монитору и принялся читать загадочное письмо.

Найти выход из подвала оказалось довольно просто. Нас вел священный Грааль. Надежно упрятав за пазуху небольшой холщевый сверток, я бдительно прислушивалась к исходящим от него энергетическим импульсам. Да, Чаша Христова и в самом деле являлась чудом из чудес. Мне мнилось, что тонкие стенки деревянного сосуда дружелюбно вибрируют в такт ударам моего сердца, наполняя меня удивительным спокойствием и уверенностью в собственных силах. Мне грезилось – еще миг, и я попросту взлечу над развалинами аббатства, изливая на спящий мир яркие лучи нежности и всеобъемлющего сострадания ко всему сущему. Мне захотелось немедленно творить добро – помочь обездоленным, накормить голодных и обогреть отчаявшихся. Божья благодать вошла в мою душу, настоятельно требуя поделиться ею со всем миром. Отныне меня вел путь воина Христова, до последнего вздоха, до последней капли крови готового отстаивать Господние заветы. И видимо, что-то такое, неземное и необычное появилось в выражении моего лица, что тройка сопровождающих меня ангелов прекратила свои обычные разборки и препирательства, поглядывая по сторонам на редкость смирно и покаянно. И это тоже было чудом.

Грааль безошибочно выбирал путь среди запутанного нагромождения руин, пульсирующими всплесками тепла указывая правильную дорогу. Вскоре мы достигли разлома в стене, выведшего нас наружу, во двор сгоревшего монастыря. Судя по слегка потускневшим звездам, до рассвета оставалось недолго. Дым ночных пожарищ немного развеялся, окрашивая в серые тона хмурое, уже чуть-чуть светлевшее на востоке небо. От величественного монастырского комплекса остались жалкие развалины, ничем теперь не напоминавшие о прекрасных средневековых строениях уникальной обители ангелов и экзорцистов.

– Там, где проходят стригои, умирает все живое! – со слезами в голосе выдавила Ариэлла.

– Сволочи! – куда более емко припечатала прямолинейная Оливия.

Нат недовольно сопел, сердито и угрожающе хмуря белоснежный лоб. Взгляд его огнем пылающих глаз, словно притянутый магнитом, упорно возвращался к обгорелым остаткам общежития ангелов, ставшего братской могилой для слишком многих его собратьев. Натаниэлю не терпелось поквитаться с врагами. Меня же сильнее всего беспокоили многочисленные тени, ловко шнырявшие среди развалин. Оставаться во дворе становилось чрезвычайно опасно. Я увлекла друзей в спасительную тень разрушенного портика.

– Слушайте меня! – прошептала я, делая знак всем сблизить головы и не упустить ни слова. – Мы знаем про стригоев следующее: даже высшие из них не переносят некоего часа на закате и восходе солнца. А их отвратительные слуги-морои и вообще активны только в темное время суток и весь день вынуждены проводить в каком-нибудь затемненном укрытии. Это дает нам пусть сомнительный, но единственный шанс успешно уйти от погони и затеряться в городе. Бежим сейчас, и мы обязательно оторвемся от преследователей в час рассвета.

– А отсидеться здесь до восхода солнца мы разве не можем? – спросила робкая Ариэлла, что есть силы вжимаясь в груду кирпичей.

– Увы! – огорчила ее я. – Видишь, тени постепенно приближаются. Это значит, что стригои продвигаются в нашем направлении, методично обыскивая всю территорию монастыря. Уверена – они ищут Грааль. И их слишком много. Нужно бежать немедленно, пока нас еще не заметили, и мы сможем избавиться от погони за счет внезапности, ошеломив противника эффектом неожиданности. Это даст нам некоторое преимущество.

– Да! – поддержала меня валькирия. – Я не крыса, чтобы отсиживаться в норе. Лучший способ защиты – это нападение!

– Воинственная ты моя! – криво усмехнулась я. – Нападать мы не станем, а проведем грамотно спланированное тактическое отступление. Хорошо?

Оливия нехотя наклонила голову, вынужденная ответить согласием.

– У тебя есть план? – спросил Нат, озираясь по сторонам. – Тогда излагай его скорее, время не ждет!

– Предлагаю разбиться на две группы и сбить противника с толку, – принялась растолковывать я, стараясь, чтобы мои доводы прозвучали предельно кратко и убедительно. – Ты спасаешь Ариэллу, а мы с Оливией – Грааль. Вы добираетесь до Салуццо на автомобиле, а там встречаемся на центральной площади у фонтана. Жду вас ровно на рассвете.

– В Салуццо? – ахнул Нат. – Но на чем? Стригои сожгли все наши машины!

– Не все! – прошипела я. – Мой «фиат» стоит в лощине за домиком мастера Кацуо, я специально отогнала его туда вчера, собираясь смотаться с Оливией на ночную дискотеку. Вот и пригодилось мое злостное нарушение монастырской дисциплины. Бери! – я вытащила из кармана связку ключей и сунула ее в ладонь ангела. – И запомни: у фонтана!

– А вы? – жалобно шепнула Ариэлла. – На чем поедете вы?

Я усмехнулась.

– Первым эту лощину облюбовал наш сексуально озабоченный милашка Уриэль, любитель поздних прогулок по женским монастырям! Я уверена, он летал туда отнюдь не на своих распрекрасных крыльях, и даже не на крыльях любви…

Оливия вполголоса рассмеялась.

– Ты права, для этого наш пижон слишком ленив!

– Ну, значит договорились, – с облегчением подвела итог я. – На счет три выскакиваем из убежища и бежим вниз по склону холма, к домику сенсея!

Друзья согласованно кивнули, полностью одобряя предложенный мною план. Я неторопливо начала отсчет, мысленно прикидывая, все ли я учла, не забыла ли чего?

– Один – два – три. С Богом, вперед!

Текст письма оказался следующим:

«Я, граф Рауль Деверо, от имени великой повелительницы стригоев – ее милости синьорины Андреа дель-Васто, приветствую свободного охотника, рыцаря Конрада Майера. Ситуация вынуждает нас воспользоваться вашими услугами. Если господин Конрад соизволит принять заказ на поимку интересующей нас особы с последующей транспортировкой ее в особняк главы клана, то наша благодарность будет безгранична и подкрепится выплатой любого вознаграждения, сумму которого вы можете установить сами. С уважением – Р.Д.»