Драконы Исчезнувшей Луны - Трейси Хикмэн

— К его другу Флинту Огненному Горну, — с готовностью ответил Зивилин.

— И сейчас дух кендера действительно находится там? Или гном все еще пребывает в одиночестве?

Зивилин немного поколебался, потом сказал:

— Флинт пока один.

— Жаль, что ты не заметил этого раньше, — рыкнул Саргоннас на Зивилина и снова повернулся к Рейстлину. — Допустим, чертов кендер жив. Но для чего ему понадобилось произносить магические заклинания? Я никогда не любил магов, однако до сих пор у вас по крайней мере хватало ума держать кендеров подальше от магии. Твоя история звучит для меня как полнейший бред!

— Что касается заклинаний, — спокойно ответил Рейстлин, словно не заметив грубости Бога-минотавра, — то им кендера научил его друг Фисбен, вручая ему устройство для перемещений во времени.

Боги Тьмы подняли ужасный шум. Боги Света замерли в напряженном молчании.

— Но ведь всем известен трактат, согласно которому ни одна из рас Серой Драгоценности не должна получать возможности путешествовать во времени! — возмутилась Лунитари. — Фисбен должен был по крайней мере посоветоваться с нами!

— На самом деле это я дал кендеру артефакт, — улыбнулся Паладайн. — Он очень хотел попасть на похороны Карамона Маджере. Непоседа совершенно справедливо полагал, что умрет задолго до своего друга, а потому попросил у меня устройство, дабы переместиться в будущее и выступить с прощальной речью на похоронах Карамона. Я просто не мог не помочь кендеру — ведь его стремление было таким благородным!

— Тебе лучше известно, насколько правильно ты поступил, о Великий, — заметил Рейстлин. — Я же могу утверждать лишь то, что Тассельхоф действительно отправился в будущее, но по дороге, естественно, задержался, в результате чего опоздал на похороны. Тогда он решил вернуться и попробовать еще раз. О том, что произошло после, сейчас можно только гадать, однако, хорошо зная кендера, я смело могу сделать кое-какие предположения.

Одно событие стало стремительно наслаиваться на другое. Вскоре кендер совсем забыл о цели своего путешествия и вспомнил о ней, лишь угодив под пяту Хаоса. За несколько мгновений до своей гибели он успел привести артефакт в действие, и тот перенес его в будущее. Вернее, в изменившееся будущее, которое и оказалось новой реальностью Кринна. Так, совершенно случайно, кендер обнаружил похищенный мир. А я обнаружил кендера.

В течение длительного времени никто не мог вымолвить ни слова. Боги Магии смотрели друг на друга и, судя по выражению их лиц, думали об одном и том же.

— Перенеси нас туда немедленно! — потребовал Гилеан, Хранитель Книги Знаний.

— Я бы на вашем месте повременил, — предостерег Рейстлин. — Сейчас Владычица Тьмы очень сильна. И потом, она давно уже подготовилась к встрече с вами. Можете в этом даже не сомневаться. Как и в том, что никому из вас не удалось бы оттуда вернуться.

Из груди Саргоннаса вырвался хриплый крик, и эхо разнесло его по небесам. Остальные Боги прореагировали на слова мага по-разному: одни выглядели хмурыми и недоверчивыми, другие — серьезными и чрезвычайно встревоженными.

— И это еще не все, — продолжал Рейстлин. — Люди уверены, что вы бросили их именно в тот момент, когда они больше всего нуждались в вашей помощи, и теперь очень немногие обрадуются вашему возвращению в мир.

— Мой народ знает, что я никогда не покинул бы его! — вскричал Саргоннас, сжав кулаки.

Рейстлин поклонился, но ничего не ответил. Он не сводил глаз с хранившего молчание Паладайна.

— В твоих словах, безусловно, есть доля истины, — заговорил наконец Светоносный Бог. — Мы ведь помним, как жители Кринна изменили свое отношение к нам после Катаклизма. Две сотни лет понадобилось, чтобы растопить лед обиды в их сердцах. Такхизис тоже это помнит и весьма умело использует гнев и недоверие смертных против нас. Мы должны действовать медленно и крайне осторожно.

— Я мог бы предложить план, — сказал Рейстлин.

Он подробно изложил свою идею. Боги слушали его с большим вниманием. Когда маг закончил, Паладайн спросил:

— Ну, и каково ваше мнение?

— Мы одобряем это, — в один голос ответили Боги Магии.

— А я нет, — рявкнул Саргоннас.

Остальные Боги ничего не ответили.

Паладайн обвел их грустным взглядом.

— У вас нет в запасе вечности на размышления и дискуссии. Собственно говоря, у вас нет ни единой секунды. Неужели вы сами не чувствуете опасности?

— От кендера? — засмеялся Саргоннас.

— Да, от кендера, — раздался голос Нутари. — Ибо его несостоявшаяся смерть зависла во времени и пространстве.

Солинари подхватил слова двоюродного брата, заговорив с ним в унисон:

— Если кендер умрет не в своем времени и пространстве, он не сможет победить Хаос, и тогда Отец Всего и Ничего вернется к жизни, чтобы погубить и нас, и весь мир.

— Кендера нужно найти и отправить в момент его гибели, — решительно добавила Лунитари. — Он должен встретиться с Хаосом, иначе всему живому придет конец.

Наконец три голоса, звучавшие как один, умолкли.

Рейстлин огляделся.

— Я полагаю, мне можно уйти?

Саргоннас что-то прорычал, но не ответил ничего определенного. Другие Боги вопросительно посмотрели на Паладайна. Тот кивнул.

— Тогда я прощаюсь с вами, — сказал Рейстлин.

Когда маг ушел, Саргоннас обрушился на Паладайна.

— Ты делаешь глупость за глупостью! — обвинил он Светоносного Бога. — Сначала даешь могущественный артефакт в руки кендеру, потом посылаешь этого лукавого мага сразиться с Такхизис... Если мы потерпим поражение, оно будет на твоей совести!

— Ничто, сделанное во имя любви, не может быть глупостью, — возразил Паладайн. — Да, мы встретились со смертельной опасностью, но зато теперь у нас появилась надежда. — Он повернулся к Зивилину. — Что ты видишь?

— Ничего, — ответил Вездесущий. — Ничего, кроме тьмы.