Поместье черного лорда - Екатерина Севастьянова

Отступать дальше было некуда, спиной я уперлась в холодную стену. Лорд подошел вплотную, обхватывая пальцами мой подбородок и приподнимая его:

— Как ты хочешь, Лекси? Чтобы я был только с тобой?

Я смотрела на него, в его яркие проницательные глаза и думала только об одном: хочу быть с ним, как бы трудно ни было. Не важно, сколько ему лет, не важно, насколько он жесток и язвителен, я хочу быть только с ним!

— Да, — тихо прошептала я.

— Что «да»? — так же шепотом спросил лорд, наклоняясь ко мне, касаясь мочки уха языком.

— Хочу, чтобы ты был только со мной, — сказала я. Немного помедлив, все же добавила то, что вертелось на языке: — И я не хочу, чтобы ты был с кем-то другим.

Фыркнув, лорд едва слышно сказал на ушко:

— Ты глупая, Лекси. Я слишком занят тобой, чтобы влюбиться в другую.

Я облегченно выдохнула, словно этих слов ждала долгое время.

— Но раз уж ты решила быть со мной, придется быть со мной полностью и отдавать себя всю. Ты доверяешь мне настолько?

— Доверяю, — ответила я и обняла его за шею, привлекая к себе.

Улыбнувшись, Рейес впился в мои губы жадно и напористо, балансируя на грани грубости. Одна рука соскользнула с моей талии на попу, исследуя ее по сантиметру, а другая обхватила за спину, прижимая наши тела еще сильнее.

Звук разбившейся посуды заставил нас прерваться, а сзади послышался взволнованный голос Джойс:

— Ой, батюшки, да что же это такое!

Лорд отстранился и весело улыбнулся. Одними губами, тихо, так чтобы услышала только я, Рейес произнес:

— Мы спалились.

Обернувшись, я увидела кухарку. Она стояла перед горсткой разбитых тарелок и осуждающе смотрела в нашу сторону.

— Господи, срам-то какой! — помотала она головой, словно думала, что мы ей привиделись.

— И не говори, Джойс, — иронично заметил Рейес. — Совращает меня, нахалка.

Не дав вставить и слова, он потянул меня за собой, оставив растерянную кухарку в холле. Мы вышли во двор и направились к центральным воротам.

— А куда мы идем? — спросила я, оглядываясь по сторонам.

Пара служанок и множество стражников провожали нас заинтересованными взглядами.

— В город, — коротко ответил лорд.

— Я думала, мы собирались позавтракать, — напомнила я, и в животе сразу же заурчало при упоминании о пище.

— В таверне поешь.

Краткие ответы начали настораживать.

— Мы едем в таверну? — уточнила я.

Остановившись около кареты, запряженной парой лошадок, лорд повернулся ко мне:

— Да, дорогая, мы едем в таверну. А теперь, будь добра, залезай. — Он протянул руку, помогая забраться.

Как только за нами закрылась дверца, карета тронулась. Я взглянула на лорда и встретилась с ним взглядом. Он сидел напротив меня и наглым образом, чуть нахмурив брови, разглядывал мое черное платье. Я специально из всей той горы одежды выбрала наименее бросающийся в глаза наряд. Быть в центре внимания — это явно не для меня.

Когда пауза затянулась, Рейес недовольно сказал:

— Сначала заедем в ателье.

— Что? Опять? — Я с тяжелым вздохом закрыла лицо руками. — Я не хочу.

— Мы ненадолго, обещаю.

— Но зачем? — От одной мысли, что мне снова придется перемерить кучу разных цветастых платьев, бросало в дрожь.

— Сейчас, — он обвел рукой мою фигуру, — ты похожа на бедно одетую служанку. Мне же нужно совершенно другое.

— Я и есть служанка, — осторожно напомнила я.

— Хватит! — Рейес был абсолютно спокоен, но от этого «хватит» захотелось забиться в угол. — Хватит, Лекси. Ты больше не служанка, пора бы это запомнить.

— Но…

— Никаких «но»! Возвращаясь к теме об одежде. Нужно тебя переодеть и привести в нормальный вид. — Увидев, как я скривилась, лорд снисходительно добавил: — Хотя бы на сегодняшний день.

— Хорошо, — согласилась я.

Переодеваться и снова что-то мерить ужасно не хотелось. Но также не хотелось опять начинать спорить, поэтому я сдалась.

— Отлично. — Лорд удовлетворенно кивнул. — В обед у меня встреча, ты пойдешь со мной.

Что еще за встреча? Не хочу ни на какую встречу! Я насторожилась, даже села ровно, глядя на лорда в упор.

— Спокойно, без паники, — усмехнулся он. — Я предупредил — в замке больше ты одна не останешься.

— На какую встречу? Зачем я? Может, я подожду тебя где-нибудь, а ты, как освободишься, заберешь меня? — Я умоляюще посмотрела на него, но ничего не вышло.

— Нет, ты пойдешь со мной. И не дай бог, Лекси. Не дай бог ты заикнешься про служанку.

Всего на секунду его глаза блеснули ярче обычного, но мне хватило этого, чтобы понять — лучше лорда не злить.

— И в качестве кого я буду с тобой?

— В качестве моей леди, — сообщил Рейес.

— Мм, — протянула я, переваривая информацию.

Не хочу на встречу! Вот не умею я держаться в обществе, тем более в обществе аристократов, большинство из которых наверняка маги.

— Не волнуйся, я же буду рядом.

Длинные пальцы нежно коснулись моего лица, убирая выбившуюся прядь волос. Я вздрогнула от этого прикосновения и подняла на лорда глаза. Наверное, я никогда не привыкну, что он смотрит на меня так! Словно я что-то значу… Хотя, возможно, я на самом деле что-то значу.

Неожиданно карета затормозила. Выбравшись наружу, мы оказались на центральной площади. Вокруг было многолюдно, будто все горожане вышли из своих домов и сейчас толпились на улице. Люди общались, обсуждали что-то, а где-то и вовсе слышались пьяные крики.

Я невольно прижалась к лорду, сокращая между нами дистанцию. Оказаться потерянной в толпе совершенно не хотелось.

— Сегодня в городе праздник, — беря меня за руку, пояснил Рейес.

Так вот почему так много народа!

— А что за праздник? — спросила я, продолжая следовать за ним по площади, мимо снующих людей.

Лорд неопределенно хмыкнул, видимо, размышляя, говорить мне или нет. Но, наткнувшись на мой заинтересованный взгляд, все же ответил:

— День воскрешения усопших.

— Какой-то странный праздник.

— Людям нужен день, когда они могут поговорить с погибшими родственниками или друзьями, поделиться с ними проблемами или просто принести свои дары.

— И погибшие родственники им отвечают? — Что-то во все это слабо верилось.

— Ну конечно нет, Лекси! — Лорд рассмеялся, чуть крепче сжав мою руку. — Это просто праздник, все знают, что им никто не ответит, но тем не менее отдают дань уважения умершим.