Слепая совесть - Нидейла Нэльте

«Долговязых любят, — отвечаю. Ивен прищуривается, изливая уплотненный свет, словно не ожидал. Наношу контрольный удар: — Не то что всяких змееподобных».

Личный Страж императора не выносит, когда цепляют его змею. Думаю, она как-то связана с откатами. А может, специально так преподнес, отвлекает от чего-нибудь действительно важного. Впрочем, у Стража не должно быть слабостей. У личного тем более.

«Ну все, неудачник, нарвался!» — Остается верен себе, бросается на меня. Наконец-то.

Ноэлия

Приближаемся. Базир что-то говорит, но почти не слышу, соглашаюсь рассеянно. Дарсаль с Ивеном обходят один другого по кругу. Ведь это должен быть дружеский поединок? Только лица у них вовсе не дружелюбные — напряженные, зубы сжаты, глаза сужены. В темноте парка силуэты светятся, белый Дарсаля, бежевый Ивена. Жутковатое зрелище.

— Здравствуйте, моя госпожа.

Оборачиваюсь, узнаю: Лийт, командир Слепых, тоже белый. Улыбаюсь:

— Не помешаю? Ужасно интересно.

— Что вы, госпожа. Располагайтесь. Приказать принести вам кресло?

— Не нужно, я постою.

Хочу объяснить, что никогда не видела тренировку, но останавливаю сама себя: негоже императрице оправдываться. По крайней мере, пока не спрашивают.

— Если что-нибудь понадобится — только скажите, — заверяет.

— Спасибо, не хочу вас отвлекать. Мы не будем мешать.

Лийт отвечает легким кивком, отходит немного. Мы с Базиром занимаем удобный уголок — чтобы все видеть, но не оказаться ни у кого на дороге. Правда, Стражи хоть и разбиты на пары, остальные пока только наблюдают. Все в форме, у каждого глаза горят.

А Дарсаль, похоже, выше всех. Любуюсь, ничего не могу поделать, надеюсь только, что Слепым видно удовольствие без направленности. Нравится мне смотреть на взведенное пружиной тело, мягкие скользящие шаги, плавные, почти неуловимые перекаты мышц, легкий дымок омаа.

Ивен бросается первым — резкий, быстрый, но мой Дарсаль наготове, чуть отступает, уходя с линии атаки, словно бы и вовсе играя. Снова кружат, еще несколько рывков — Дарсаль не атакует, только уходит. Ивен поворачивается правой стороной ко мне, подаюсь вперед.

На его руке проступает, набирает силу чуть зеленоватое свечение. Там вроде узор, едва заметный, словно давно уже почти смывшийся. Слишком слабый для татуировки, я в первый раз вообще не увидела, потом изредка при ярком свете мелькало изображение, чем-то напоминающее кожу змеи. Два зеленых камня у запястья, скорее похожие на браслет — только сейчас вижу, что это глаза змеи. Вообще весь узор вдруг делается ярким, объемным, наливается светом, проступает.

— Что это? — шепчу Базиру.

— Где?

— На правой руке Ивена, рисунок какой-то?

— Я ничего не вижу, эрлара, — отзывается советник по придворным вопросам, чем ставит меня в тупик.

Как это не видит?

— Ну у него же там какой-то узор? — уточняю.

Не галлюцинации же у меня в самом деле!

— Не замечал, моя госпожа, — отвечает с легким удивлением.

Как это не замечал, они же почти всегда с открытыми руками! Так, нужно будет у Дарсаля спросить.

Змея вдруг приподнимает голову, смотрит прямо на меня. Камни остаются на запястье, но зеленые глаза горят ярким светом. Может, это его омаа?

Дарсаль делает внезапный выпад, выпускает плотную петлю, молниеносно охватывающую змеиную шею. На миг кажется — удалось, держит, в следующее мгновение змея уже снова на руке, переливается зеленоватым свечением, сверкает камнями глаз. Будто и не поднималась вовсе. Петля хлещет предплечье, оставляя яркий белый след.

Кошусь на Базира, боюсь спрашивать. Не похоже, чтобы он заметил.

— А вы их омаа видите? — рискую подойти издалека.

— Конечно, — соглашается.

Ничего не понимаю!

— Непривычно так светятся…

— В Айо привыкнете, — улыбается.

— Если честно, я думала, вы все жен будете выбирать, — решаю перевести тему, смущаюсь слегка, может, зря я с такими вопросами?

Но Базир смеется беззаботно, рукой машет:

— Совершенно верно, прекрасная эрлара, в походе все холостяки, да только женщины редко с нами ехать соглашаются. Может, по дороге еще кому-нибудь повезет, девушки из селений более сговорчивы.

— Я была бы рада! — отвечаю искренне. Все-таки не одна. — Заказывала бы вам приемы для соотечественниц. — Смеюсь.

Улыбается:

— Буду счастлив угодить.

Ивен снова прыгает вперед, наталкивается на невесть откуда возникший плотный белый щит. Трясет головой, что-то шипит сквозь зубы. Вижу кривую усмешку на губах Дарсаля, односложный ответ не долетает до наших ушей.

Его омаа разгорается, разрастается широким полем, осознаю, что мне же, наверное, самого сильного Стража выделили? Горжусь прямо.

Еще несколько переходов по кругу. Ивен пытается прорваться сквозь омаа, но не удается. Это что же, Страж может и вовсе не подпустить к себе, если не захочет?

Снова смущение, стараюсь не думать, не вспоминать. Нельзя показать. Как же их здесь много!

Ивен постепенно продвигается, Дарсаль недоволен. Лицо мрачное, зубы стиснуты, такое впечатление, словно удерживается от чего-то. Быстрый взгляд на командира, и снова все внимание в поединке. Почему-то хочется, чтобы и на меня посмотрел.

Ивен прыгает, хватается за плечи Дарсаля, не могу понять, на что рассчитывает, — едва ли сможет свалить его с ног в прямом ударе. И тут же змея резко поднимает голову, удлиняется, вижу мелькнувшую раздвоенную молнию.

Дарсаль падает, тянет за собой Ивена, на плече расползается черно-зеленое пятно. Неожиданно знакомый черный женский силуэт — откуда взялась? Пряди развеваются на ветру, прорези глаз наполнены огнем. Дарсаль закатывает свои, по телу проносится судорога. Чуть не бросаюсь вперед, вовремя ловлю себя на желании сделать шаг. А ну, пошла прочь, черная бестия!

Эр Базир останавливает за руку, Дарсаль вдруг бросает на него такой взгляд — впору бежать от жути, накрепко зажмурившись.

Дарсаль

Могу остановить его огнем, но повреждения на тренировках запрещены, еще и ехать скоро. Ивен этим пользуется, пробирается вперед на пределе безопасного жара.

Дурацкое желание усилить, хоть и понимаю, что у него тоже неожиданности в резерве, а все равно — пусть Ноэлия увидит. Останавливаю себя, неверное во время поединка желание.

Ладно, решаю уступить, в контакте ему меня не победить. Если о силе омаа можно поспорить, то физически я сильнее. Впрочем, с его хитростью…

Только когда вижу змею, осознаю, что он задумал. Жалит, урод, стискиваю пальцы, не даю ему вырваться — падаю сверху. Бесов Раум, только ее не хватало!