Прапорщик драконьей кавалерии - Михаил Ланцов

Император Эмгыр тяжело вздохнул и еле заметно покачал головой. Доклад военного министра походил на все предыдущие. Какие-то малозначительные факты скрывали общую беспросветность. Словно бы имелся прогресс, и вооруженные силы шли к победе. Но, если вдуматься, ситуация казалась совершенно беспросветной…

За пять тысячелетий войны кхетам не удалось отбить ни одной планеты у арахнидов. Ценных, полезных и очень важных для колонизации планет. Десанты шли один за другим. Кое-где даже удавалось закрепиться. Но не более того. Впрочем, сами арахниды тоже не могли никак продвинуться вперед, терпя поражение за поражением, но уже в космосе, где они оказались совершенно беспомощными. Война казалось бесконечной и бессмысленной, настолько, что Империя уже давно бы заключила мир, если бы это было возможно. Однако та цивилизация, с которой они столкнулись, не желала мира. Арахниды просто не воспринимали другие формы жизни иначе, как в роли корма….

– Тайвин, – после долгой паузы произнес Император, обращаясь к военному министру, – все, что ты сказал – хорошо и красиво. Но как нам победить? Это война всех уже утомила.

– Псионики, Ваше Императорское Величество, – развел руками Тайвин. – Даже один и’ри’тори в гарнизоне на планете арахнидов кардинально снижает потери и повышает устойчивость. Очень жаль, что мы смогли склонить к сотрудничеству только десяток юнцов.

– И’ри’тори, – медленно произнес Император.

Тяжелейшая война закончилась, оставив после себя горы трупов и ужаса. О да! Кхеты боялись этих странных разумных настолько сильно, что выживших обратили в рабов. Ошейники эргу оказались чудесным решением для подчинения и подавления и’ри’тори. Способности к внешнему пси-воздействию они купировали и позволяли незамедлительно наказывать провинившегося раба. Началась новая эпоха. Из года в год, из столетия в столетия кхеты отыгрывались над и’ри’тори за свои страхи и ужасы.

И вот Империя столкнулась с арахнидами. Страх, боль и ужас. Чудовищная цивилизация! Но вот беда – и’ри’тори к этому времени просто перестали разговаривать с кхетами. Вообще. По крайней мере, те, что пережили эту кучу лет в чудовищном унижении и позоре.

Древний народ и’ри’тори стал триумфальной насмешкой над кхетами. Даже скованные, побежденные и униженные эти создания заставили кхетов вновь почувствовать давно забытый страх и ужас. Они были остро нужны Империи. Особенно древние. Но ненависть их была так сильна, так непреодолима…

Конечно, предпринимались бесчисленные попытки привлечь к делу других разумных псиоников. Но везде кхетов преследовали неудачи. Или силы недостаточно, или характер дара неподходящий, или носителей крайней мало, или эти носители неуправляемы, или находятся под управлением богов…. В общем – проблема на проблеме. Без малейшего шанса на решение.

– Я вижу довольную улыбку, – прищурился Император, обращаясь к главному контрразведчику его державы – Варису, весьма осторожному и молчаливому созданию. – Мы сказали что-то веселое?

– Если позволите, я объяснюсь.

– Мы все в нетерпении.

– Пятьдесят стандартных часов назад в порту у планеты Ван Исер произошло крайне интересное событие. Прошу, – кивнул он, демонстрируя масштабную голограмму. – Как вы можете увидеть – четверка торианцев рвет крогов как детей. А потом играючи штурмует их резиденцию.

– Разве торианцы обладают пси-способностями? – Удивился министр Тайвин, после завершения проигрывания потока.

– О нет, – еще сильнее расплылся в улыбке Варис. – Вот, обратите внимание, – вывел Варис новую голограмму, недолго помигавшую разными проекциями и режимами наблюдения. – Как вы видите, внутри костюмов находились совсем не торианцы. Вот этот самец и’ри’тори хорошо известный нашим архивам Михаил ор’Хар. Опытный боец. Прошел всю старую войну. В битве за А-Юр командовал отрядом из пяти штурмовых четверок.

– Штурмовая четверка… – тихо и задумчиво произнес Император.

– Именно, – Ваше Императорское Величество. – Применение штурмовой четверки и’ри’тори торианцами и вызвало наш неподдельный интерес. Ибо выглядело до крайности странно.

– Продолжайте.

– Отряд ор’Хара сыграл одну из ключевых ролей в битве за А-Юр. Это было самое результативное подразделение и’ри’тори, исключая, пожалуй, личную четверку их последнего архонта.

– Это ведь он ушел тогда? Ор’Хар?

– Да. Все так. Ушел с подчиненными. И где они скрывался, мы не знаем до сих пор. Искали самым тщательным образом, ибо угрозу они представлял нешуточную. Но тщетно.

– Хорошо, – кивнул Император. – А кто вот эта подсвеченная самка и’ри’тори?

– Арьяна ор’Лов. О ней мало чего известно. Родилась после войны. Жила в небольшом поселение на Вольтране-17, уничтоженном три тысяче лет назад в интересах союзников. Вместе с ней.

– Чего?! – Возмутился Тайвен. – Но это невозможно!

– Мы допускаем, что это очень похожая на нее самка и’ри’тори. Но в этом случае совпадает не только ее внешность, но и ее талант. Она обладает удивительными ментальными пси-способностями. Парализация, подчинение, мысленная речь, чтение мыслей и так далее.

– Это все очень странно, – покачал головой Император. – Она точно жива?

– Сканер показывает, что да. Что с ней случилось, мы не знаем. По агентурным сведениям, Арьяна в момент орбитального удара находилась в поселении. Однако она жива. Тут явно какая-то хитрость. Потому что мы тогда прочесали сканерами все вокруг на наличие живых разумных.

– Ясно, – кивнул Эмгыр. – А кто остальные?

– О! – Протянул министр Варис. – Это самое интересное. Вот эта самочка солнечный эльф с той же самой планеты – Вольтран-17. Именно их мы пытались в свое время подчинить и привлечь в армию. Слабее и’ри’тори, но тоже весьма сильные псионики. Кроме того, что за пределами своей планеты они не встречаются, странным кажется еще два момента. Во-первых, обратите внимание на ее зубы. – В этот момент он переключился на режим отображения, напоминающий рентгенограмму. Да еще и масштабно увеличив голову. – Видите – ее резцы слишком развиты и, судя по всему, подвижны. Во-вторых, сканер не детектирует ее как живой организм, но возмущение пси-поля присутствует.

– Мертвяк? – Уточнил Тайвен.

– Возможно. Но тут есть нюансы. И’ри’тори не переваривают некротические конструкты и никогда ими не пользуются. Прямого табу нет, но некое негласное правило вполне существует. Да и не специалисты они в этом деле. Кроме того, поведение этой самки говорит о ее разумности и полной адекватности. Что для некротических конструктов совершенно не типично. По крайней мере, для тех, которые нам встречались. Она не пахнет тленом. Она разговаривает. Ее замечания остры и точны. Даже шутки встречаются. Вот тут вы можете понаблюдать за тем, как меняется лицо рабыни – древней самки и’ри’тори – при общении с этим существом. Проявленное поначалу омерзение через несколько фраз сменяется благодушием.