Королевский отбор - Анна Одувалова

Проснулась, только когда рядом со мной рухнуло тяжелое тело. Раздалась ругань.

– Лара! – возмутился Колвин, который ну никак не ожидал застать меня уютно спящей в своей кровати. – Ты что здесь делаешь?

– Я вот… – слова застряли в горле, так как я внезапно поняла, что оказалась в одной постели с почти обнаженным мужчиной. Обернутое вокруг бедер полотенце, которое Колвин почему-то не счел нужным снять, было не в счет.

Причем оказалась я тут осознанно и полностью по своей воле. Сама без приглашения пришла, сама улеглась и заснула. Вот что он обо мне подумает?

– Ты понимаешь, в какой опасности сейчас находишься? – вкрадчиво поинтересовался он и наклонился, нависая надо мной. С волос капнула вода прямо мне на нос, и я растерянно заморгала. Со сна соображала еще очень плохо, но чувствовала, что мне должно стать стыдно и неловко.

Принц усмехнулся и стер капельку с моего лица. Где-то за его спиной неярко загорелись светильники. Колвину даже не пришлось щелкать пальцами или как-то иначе призывать силу. Она и так ему подчинялась, реагируя на одно лишь желание.

А я захотела зажмуриться, так как мягкий свет позволил разглядеть мужчину на моей кровати лучше. Точнее, мужчину на его кровати. И вообще, как мне пришла в голову мысль спать тут? Явно было какое-то помутнение.

Колвин смотрел на меня внимательно и задумчиво, в темно-зеленых глазах я видела отсветы пламени, а, может быть, это был пресловутый колдовской огонь, которым, говорили, наделены все члены королевской семьи. Я как завороженная изучала его лицо – прямой нос, притягательные губы, к которым хотелось прижаться своими, – и понимала, что никогда еще не видела его так близко.

Видела, когда он пришел ко мне в образе принца Ленара, но тогда я воспринимала его иначе. А сейчас словно рассмотрела впервые и поэтому не могла оторваться, старательно запечатлевая в памяти каждую черту лица, потом медленно перевела взгляд ниже – на широкие смуглые плечи и массивный золотой медальон с символами власти на груди. Еще ниже смотреть так и не рискнула. Даже одна мысль о плоском животе и крае полотенца ниже пупка заставляла краснеть.

Завтра я уйду, а он останется и, возможно, если вдруг Георг так и не придет в себя, однажды станет королем – красивым, неприступным и далеким. Наши пути разойдутся, но сейчас… сейчас он рядом, и это был мой единственный шанс узнать, что такое – быть с ним. Касаться его тела и растворяться без остатка в волнующих объятиях.

Я, понимая, что совершаю величайшую в жизни глупость, подняла руку и медленно провела ею по щеке принца, скользнула к шее, внимательно наблюдая за тем, как меняется взгляд Колвина. Как в изумрудных глазах ярче вспыхивает пламя.

– Ты понимаешь, что творишь со мной, Лара? – хриплым голосом произнес он, наклоняясь ниже к моему лицу, всматриваясь в глаза и пытаясь понять, насколько я отдаю себе отчет.

– Надеюсь, что да, – шепнула я, прежде чем его губы накрыли мои, подтверждая, пути назад больше нет.

Меня обняли сильные руки, и я устроилась поудобнее в объятиях, теряя голову от сводящих с ума поцелуев. Закинула руки ему на шею и скользнула выше к густым, все еще мокрым волосам. В платье было жарко и тесно. Хотелось скользнуть обнаженной кожей по его сильной, обжигающе горячей груди.

Поцелуй становился все настойчивее, а объятия теснее. Я уже теряла голову и перестала понимать, в какой реальности нахожусь, когда Колвин чуть отстранился.

Я, не понимая, почему все прекратилось, подняла на него глаза, перед которыми все еще стояла мутная пелена желания.

– Лара, если ты сейчас не скажешь мне «стоп», я уже не смогу остановиться. Ты уверена, что хочешь?

– А ты уверен, что хочешь дать мне время подумать? – лукаво спросила я и провела ладошками по его груди, задержалась в районе сердца, чтобы услышать убыстрившийся, бешеный ритм.

Ответом на мой вопрос было глухое рычание. Колвин перехватил мои руки, завел их над головой и рухнул на меня сверху, придавив мускулистым телом. Полотенца на нем уже не было, и у меня перехватило дыхание, когда я ощутила всю силу его желания.

Поцелуи сводили с ума, а невозможность освободить руки еще больше распаляла. Он покрыл поцелуями мою шею, отпустил запястья и, потянув за ворот, обнажил плечо, не переставая целовать. Другая рука прошлась по бедру, приподнимая смявшийся подол, и опалила огнем нежную кожу бедра.

Я гладила его плечи, изучая кончиками пальцев теплую упругую кожу, изогнулась, когда его губы скользнули по все еще прикрытой тканью груди, и сильнее коленями сжала его бедра. Мое платье мешало нам обоим, но, чтобы избавиться от него, нужно было оторваться друг от друга, а это было физически невозможно. Я купалась в его поцелуях, извивалась под обжигающим телом и мечтала лишь об одном, чтобы как можно быстрее стать с ним единым целым.

Колвин не выдержал первым, выругался и начал пуговка за пуговкой дрожащими пальцами расстегивать корсет платья. Нетерпеливо стащил с плеч, обнажая грудь. Поймал губами сосок, и меня словно искра пронзила. Я всхлипнула, выгибаясь навстречу ласкам и новым, неизведанным ощущениям. Платье полетело в сторону, как и тонкое кружевное белье. На секунду стало неловко, и я с трудом поборола желание прикрыться, но восхищение во взгляде принца все поставило на свои места. Отступившее было желание вернулось с новой силой, и я без тени сомнения нырнула в объятия Колвина. Отдалась во власть его нежных ласк и заставляющих забыть обо всем поцелуях. Я почти не чувствовала вес его тела, сильные пальцы гладили мое бедро, а губы ласкали грудь. Я же могла только всхлипывать и цепляться руками за уже высохшие волосы Колвина.