Холодные звезды - Влада Южная

Я фыркнула и покачала головой. Каждый раз думала, что нет уже ничего, что Кай бы не сделал для меня, – и каждый раз он делал еще больше. Но выбора не было. Я опустилась грудью и животом на его спину, обхватила руками за плечи, кое-как закинула ноги. Подкинув меня повыше, Кай двинулся дальше. Я положила голову ему на плечо и закрыла глаза.

Покачивание напоминало чем-то мерный ход верблюда, на котором однажды доводилось кататься. Из стороны в сторону, из стороны в сторону. Постепенно шум в голове становился все громче, а сознание стало уплывать. Опасность столкнуться с аборигеном казалась уже не такой вероятной. Зато мне снился довольно забавный сон.

– Когда мы спасемся, я всем расскажу, какой ты герой, Кай, – сообщила я в нем своему спасителю.

– Угу. – Он снова подкинул меня, отчего клацнули зубы, но я не стала возмущаться.

– Мой папа даст тебе награду за мое спасение. Он у меня такой, он может. Очень влиятельная личность.

– Белоснежка, – послышался стон, – ты бредишь. Замолчи, а?

– Не замолчу. Ты спас меня и теперь несешь на себе, как верный конь.

Кай проворчал что-то неразборчивое.

– Только ты не конь, а мужчина. Очень симпатичный, – я спохватилась, что сказала это вслух, – но не в плане прямо влюбиться в тебя хочется, а так. Просто.

– А с виду такая худая… – зачем-то отозвался Кай и подкинул меня в третий раз.

– А нам долго еще идти? – поинтересовалась я из вежливости.

– Долго. Там впереди возвышенность, придется ее обойти. Это будет легче, чем карабкаться вверх с тобой в охапке.

– Ты опять напоминаешь мне, что я – обуза, – огорчилась я и, кажется, даже надула губы.

– Ты она и есть. – Он вздохнул.

– Когда тебе будет плохо, я так не скажу.

– Мне уже плохо, Белоснежка! Помолчи, а?

– Тебе не может быть плохо, потому что ты герой. Герои всегда идут вперед.

– Да чтоб тебя.

Сквозь покачивание я потерлась щекой о крепкое плечо и улыбнулась.

– И тебя.

Досмотреть, чем все закончилось, не успела. Отчаянный вопль выдернул из сна и заставил поднять голову. Кай застыл как вкопанный, и от того, как напряглась его спина подо мной, я поняла – это не к добру. Разжала руки, сползла и встала на ноги, пошатываясь. Он не возражал.

Я огляделась. Похоже, мы успели достаточно удалиться от реки, потому что по левую руку теперь поднималась поросшая деревьями гора. Справа между крупными стволами с коричневой корой виднелись низкорослые кустарники. В этой части местность хорошо просматривалась. Кружевная тень от листвы трепетала на земле, когда ветерок покачивал ветви. Ничто не предвещало беды. Может, показалось?

– Ты тоже это слышал? – шепотом спросила я у Кая.

Он кивнул, приглядываясь к местности. Я затаила дыхание. Сначала Кай нашел следы у реки, теперь мы услышали крик… Значит ли это, что некто третий в беде? Или он, наоборот, сам на кого-то напал и мы слышим голос его жертвы, которой лишь по воле случая не стали сами?

Вопль повторился. В нем звучали боль и ужас. Голос походил скорее на мужской, хотя, когда сорвался на визг, я уже ни в чем не была уверена. Но кое-что удалось уловить.

– Он… приближается? – похолодела я.

– Да, – лицо Кая превратилось в суровую маску, – похоже, он бежит на нас.

Я затравленно обшарила взглядом кусты в поисках укрытия. Пугал не сам вопящий, а то, что наверняка гналось за ним и заставляло так вопить. Как назло, ни одно место не выглядело подходящим, чтобы спрятаться нам обоим.

И снова крик. Он прозвучал гораздо громче и ближе, чем вначале. Кай схватил меня за локоть.

– Залезем наверх. Сможешь? Я помогу.

Кивком головы он указал в сторону ближайшего дерева с широкими развесистыми ветвями. Я оценила шанс. Если никому не придет в голову разглядывать кроны, то нас могут и не заметить…

– Хорошо. – Я схватила куртку и обвязала ее рукава вокруг талии, показывая, что готова.

Во взгляде Кая мелькнуло одобрение. Он тоже закрепил свою одежду, подошел к нижней ветке, подпрыгнул, подтянулся и ловко оказался на ней. Сцепив ноги в замок, перегнулся и протянул мне обе руки. Я вложила свои ладони, почувствовала, что Кай тянет вверх, уперлась ногами в ствол, чтобы хоть как-то облегчить ему задачу и распределить вес. От волнения в голове прояснилось, шум ушел, зато нервная дрожь пробежала по телу, ослабляя и без того ватные мышцы.

Положение ухудшалось тем, что уже слышался треск кустарника. Кто-то бежал сюда, продираясь сквозь него, а я до сих пор болталась сосиской между небом и землей. Наконец Кай поднапрягся, сделал рывок. Я тоже извернулась и закинула ногу на ветку, но от этих телодвижений неплотно завязанный узел на куртке распустился, и вещь с тихим шелестом спикировала на траву.

Я обомлела. Это же нас выдаст! Но Кай схватил меня за шиворот, заставил полностью заползти на ветку, прижал к себе.

– Оставь уже. Некогда, – услышала я тихий шепот над ухом, – надо забраться выше.

С его помощью я переместилась на другую ветку, где Кай прилип спиной к стволу, подтянул меня к себе и крепко обхватил двумя руками, чтобы не свалилась вниз. В порыве волнения я вцепилась в его бедра, вжалась затылком в плечо. Мы затаили дыхание и, казалось, практически растворились среди листвы, неподвижные, как каменные истуканы.

Через некоторое время внизу показалась фигура. Сначала я подумала, что это человек – очень уж походили очертания. Черные, как смоль, волосы беглеца были длинными, до пояса, и собранными в перевитый бечевкой хвост. Но внимание привлекла странная одежда, словно сплетенная из тонких и гибких прутьев и образующая каркас вокруг широких плеч и крупного торса. Следом взгляд зацепился за желтую кожу на обнаженных руках с сильными мускулами. Протурбиец! На бедрах висели лохмотья грязно-рыжих меховых штанов, что-то вроде унт из того же меха было повязано на ступнях. Я подумала, что в жару носить такую обувь наверняка некомфортно, но потом вспомнила про холодные ночи и даже позавидовала, что сама не имею таких теплых сапожек.

Незнакомец бежал так быстро, что споткнулся и упал на четвереньки. Я плотно сжала губы, чтобы не запищать от ужаса, когда он повернул голову и уставился прямо на мою куртку в траве. Несколько секунд стоял в такой позе, видимо, соображая, что к чему. Затем обернулся через плечо. Взгляд скользнул по дереву выше, еще выше, пока светло-золотистые глаза с вертикальными зрачками не уставились прямо на меня.

Кажется, я прокусила губу. Не только оттого, что нас обнаружили. Лицо протурбийца оказалось обезображено. Всю левую сторону покрывали огромные волдыри, наполненные мутноватой жидкостью. Приглядевшись, я заметила подобные и на его плечах…

Незнакомец открыл рот, словно силился что-то выкрикнуть. Хотел просить о помощи? Или собирался выдать нас преследователям, чтобы отвлечь от себя? Казалось, я сама вот-вот закричу, стоит ему издать хоть один звук. Но протурбиец вдруг дернулся, посмотрел назад. Другая половина его лица, не тронутая пузырями, перекосилась. Он перевернулся на спину, пополз, отталкиваясь руками и пятками от земли. На нас уже не смотрел, только туда, откуда на него кто-то надвигался.