Богиня под прикрытием - Людмила Гурламская

«Кошку здесь не видели?» — спросила я неведомо кого.

«Кошку? Что это? Как выглядит?» — заинтересованно зашумели вокруг.

«Не что, а кто!» — мне даже немного обидно стало. Я вообще-то тоже в какой-то степени кошка! Но долго обижаться некогда, надо выяснить, была здесь Лайма или нет.

«Маленькая такая, красивая, пушистая. Трехцветная, — немного сумбурно описала я свою кошь и, подумав немного, уточнила: — С кисточками на ушах…»

«Мы здесь все пушистые и красивые! — ответили мне хором. — И маленькие есть, и трехцветные, и с кисточками. Только ушей у нас нет…»

Вот это номер! Я еще раз вгляделась в окружающие меня тени. Как это, нет ушей? Хотя… тогда в принципе понятно, почему они пользуются именно таким способом общения. Но ведь без слуха же совсем плохо! Или он им не нужен? Кто они вообще такие?

«А… вы кто?» — осторожно спросила, пытаясь по очертаниям определить, где у них головы, а где все остальное.

«Мы — коренные жители Безымянной планеты! — с гордостью ответили они слаженным хором. — Но, наверное, в твоем понимании мы все-таки «что», — эту фразу произнес один голос. — Представители вашей расы называют нас растениями», — послышался шорох, кажется, мне махали листьями или цветами, видимость была не очень хорошая. Вот уж точно — коренные в прямом смысле слова.

«А-а… интересно…» — мысленно протянула я. Сам факт существования растений, наделенных разумом, меня не то чтобы удивлял. На Адельтерре, да и на Магнатерре тоже, росли эльфийские дубы, они обладали разумом, волей, магией и по статусу приравнивались к богам. Только вот у нас таких интеллектуальных было всего два — по одному на светлоэльфийский и темноэльфийский лес, а на Магнатерре вообще один-единственный на всю планету. Эти же, пока неведомые мне представители флоры, хоть и говорили хором, но судя по всему, существовали как отдельные личности.

«Сейчас тучи уйдут с небосклона и покажется наша Лунария. Отраженные лучи Гелиоса осветят эту стороны планеты и ты сможешь нас увидеть», — мое высказывание поняли по-своему. Хотя да, конечно же, рассмотреть их получше мне очень хотелось. И познакомиться поближе, узнать как они тут живут, но… мне Лайму искать надо. В этот момент небо действительно очистилось и показалась местная Луна. Стало на порядок светлее.

«Вау!» — не сдержала я восхищенного возгласа. Они не шутили, они и впрямь были пушистыми! От листьев до цветов. Я вскочила на ноги и протянула руку к ближайшему ланцетовидному листу, покрытому пятисантиметровым пушком белесого цвета. А он наклонился пониже, чтобы мне было удобнее его гладить. А цветы! Огромные меховые подушечки самых разнообразных форм — круглые, пятиконечные, треугольные, некоторые с кисточками по краям, с коронами в центре. Это волшебно! Я гладила всех, бегая от одного куста к другому, а они буквально ластились к моим ладоням, совсем как котята. Только что не мурлыкали. Так, стоп! Я резко остановилась посреди пушистой поляны.

«А кроме вас здесь еще кто-нибудь живет? — спросила я. — Хранитель у планеты есть?»

Хотя к чему спрашивать, сказали же — Безымянная. Значит нет Хранителя. А жаль, у него можно было бы точно узнать, попадала сюда Лайма или нет.

«Жителей других нет, — ближайший ко мне цветок качнул бутоном и как-то грустно повесил кисточки на кончиках лохматых лепестков. — У нас очень мало воды. Это осложняет выживание отличных от нашей рас. И Хранителя пока нет. Но опекун обещал найти, когда закончит строительство Лунарии», — на последней фразе он заметно приободрился.

«Опекун?» — настороженно переспросила я.

«Ага. А разве не он тебя послал к нам? Когда ты появилась на орбите нашей планеты, мы решили, что ты и есть наша будущая Хранительница и объединили усилия, чтобы переместить тебя на поверхность. Ведь в открытом космосе небезопасно!»

У меня голова кругом пошла. От гнева и от досады. Эти пушистики забрали меня с орбиты своей планеты! Значит, я вовсе не промахнулась с координатами!

«Я не ваша Хранительница! — прошипела я в ответ. — Я искала свою пропавшую подругу, а вы мне помешали! Зачем?» Дальнейший план моих действий был прост — переместиться в точку нахождения моей Лаймы. Осталось только настроиться. Как у меня это в первый раз-то получилось? Что я делала? А, представляла образ коши, точно!

«На орбите опасно! Ты можешь пострадать!» — послышалось со всех сторон.

«Отлично! Значит, мне тем более надо туда — спасать мою кошку!» — гневно выпалила я и попыталась сосредоточиться.

«Да ты не понимаешь! Мы не позволим тебе рисковать своей жизнью!» — с этими словами я почувствовала, как вокруг моих запястий, талии и щиколоток обвиваются пушистые лианы. Хорошо так обвиваются, надежно.

«Это вы не понимаете! — я дернулась, проверив на прочность меховые узы, и рассмеялась. На самом деле, порвать их для меня не проблема, но как-то жаль. Несмотря на всяческие попытки меня задержать, причинять вред пушистым растениям не хотелось. Попробую убедить для начала. — Я и моя кошка — единое целое. Я не могу бросить ее в беде, не имею права!»

«Но там пираты!» — с ужасом возразили мне.

«Так, а с этого места поподробнее!» — потребовала я, прищурившись. Лишней информации не бывает, предупрежден — значит вооружен. Тем более, что судя по ощущениям, поступающим по нашей с кошкой связи, Лайма сейчас чувствует себя вполне нормально, только на ментальный зов почему-то не откликается. Но это ерунда, если с ней рядом какой-нибудь телепат или менталист, она может намеренно этого не делать, так что несколько минут можно помедлить.

Итак, пираты. Что сказать, разве можно от них ожидать чего-то хорошего? По рассказам местных, до того как у их планеты появился опекун, эти нехорошие личности регулярно вырезали практически три четверти населения «на меха». Это при том, что в такой жестокости совершенно нет необходимости! Естественным образом опавшие части растений ничуть не хуже. Противопоставить пиратам пушистики не могли почти ничего. Кроме ментального воздействия, но конкретно эти разбойники оказались к нему устойчивы. Опекун частично решил проблему строительством орбитальной станции оборонительного типа. И кроме того, подсказал местным, как пользоваться преимуществами коллективного разума для отражения атак чужаков. Как раз-таки этим коллективным сознательным они и воспользовались, чтобы утащить меня из точки высадки.

«Пираты мешают нашему опекуну закончить строительство Лунарии! Каждый раз какие-нибудь диверсии устраивают! — говорили растения наперебой. — И кружат, и кружат! На его корабль нападают! Транспортники грабят! Появляются как будто ниоткуда. Исчезают в никуда! Спасу от них никакого! И ты хочешь, чтобы мы тебя туда отпустили? Хрупкую, нежную… у тебя даже шерсти почти нет!»

Я хмыкнула. Вот это они зря сказали. Шерсть у меня как раз-таки есть. Впрочем, сейчас предоставлю возможность им в этом убедиться. Я все еще не была до конца уверена в успехе задуманного, когда обернулась в кошку и, оттолкнувшись лапами от лиан, которые просто больше не могли меня удерживать, прыгнула вверх. Где-то внизу осталась моя одежда и опешившие пушистики, совсем не ожидавшие от гостьи резкой смены ипостаси. Я еще успела послать им торжествующую мысль «Вот так выглядят кошки, чтоб вы знали!» и услышала восхищенные возгласы вслед, а в следующую секунду уже приземлилась совершенно в другом месте. Встреча с жестким покрытием одного из внутренних помещений пиратского корабля заставила поморщиться. Не люблю босиком по металлу ходить! Быстро намагичив себе тоненькую воздушную подушку между полом и лапами, я огляделась по сторонам. Предназначение отсека, в который я попала, угадывалось безошибочно — это был санузел. Радовало то, что в данный момент им никто не пользовался. Надо выбираться. Повозившись минут пять с дверью, я вынуждена была признать, что открывающий их механизм для кошачьих лапок не предназначен. Дискриминация!