Захватчик - Ольга Герр

К моему стыду, когда командор приходил, я была готова дать ему все. Тело, душу, что угодно. А он не брал. Смотрел и уходил. Не нравилось ему, видите ли, что я не пляшу от радости при встрече, что грустная, что мне все безразлично. А чего он ожидал? Сломанные игрушки только такими и бывают.

Он явился в очередной раз. Постоял у двери. Потом заявил:

— Вставай, ты идешь со мной.

— Куда? — я оторвала голову от подушки. В последние дни часто лежала на кровати. Ничего не хотелось.

— Увидишь.

— Я могу отказаться?

Он приподнял брови. «Какой отказ, малышка? Кому – мне?» – как бы спрашивал весь его вид. Конечно, нет, мысленно вздохнула я. Тебе не отказывают.

Нехотя поднялась с кровати и пошла к двери. Даже в зеркало не взглянула, проверить, как выгляжу. Волосы наверняка растрепаны, а платье помялось. Плевать. Пусть привыкает к новой мне.

Мужчина окинул меня недовольным взглядом, но ничего не сказал. Он вообще обращался со мной как с больной. Причем, по его мнению, мое заболевание было душевного характера.

Мягко придерживая за локоть, он вел меня куда-то в дальний конец этажа, где я еще не была. Как выяснилось, там находился зимний сад. Красивый островок природы под стеклянным куполом. Я удивилась – зачем он командору? Он не похож на того, кто по вечерам любуется цветами.

— Нравится? — спросил мужчина, видя, как я кручу головой, пытаясь рассмотреть все и сразу.

Я кивнула. Как здесь может не понравиться? Купол настолько высокий, что вмещает деревья. Справа родной островок – березы, сосны. Чуть дальше пальмы и магнолии. Слева группа сакур. А еще цветы! Они устилают пол разноцветным ковром. Дорожка петляет между клумбами, уходя вглубь сада.

— Люблю сюда приходить, — внезапно поделился командор. — Умиротворяет.

Я недоверчиво покосилась на него. Все-таки сад его инициатива. Кто бы подумал…

— Земная природа – это нечто. Вы владеете уникальным сокровищем. Жаль, что не цените.

Пришел мой черед вскидывать брови. Откровение мужчины поразило. Оказывается, он восхищается нашей природой. А ведь он это от чистого сердца. Вон как глаза блестят, когда смотрит по сторонам.

— Ты это хотел мне показать? Сад? — уточнила я.

— И да, и нет. У меня для тебя сюрприз. Он в центре сада, у небольшого фонтана. Иди по дорожке, она приведет прямо к цели.

— А ты не пойдешь? — мне вдруг стало не по себе. Не люблю сюрпризы. Особенно от атлантов.

— Нет, — командор качнул головой. — То, что там, только для тебя. Поверь, ты сама не захочешь, чтобы я был рядом в этот момент.

Я сглотнула вязкую слюну.

— Так я пойду? — поставила ногу на дорожку.

— Иди. Я буду ждать твоего возвращения здесь.

Повернувшись спиной к командору, я двинулась вглубь сада. Сердце гулко стучало в ребра, прямо больно в груди. Я так нервничала, что ничего не замечала вокруг. Ни красоты деревьев, ни аромата цветов. Только как завороженная смотрела на дорожку, боясь сделать с нее шаг в сторону. А она петляла и извивалась между деревьями, заводя меня все глубже.

Вскоре услышала шум льющейся воды. Значит, фонтан близко. Не так велик сад.

Когда из-за листвы показался белый бок чаши с водой, я ускорилась. Не терпелось узнать, что приготовил командор. Едва ли это очередной дорогой подарок. Я ясно дала понять, что не нуждаюсь в них.

В первые секунды не увидела ничего. Да, место было чудесное. Брызги воды переливались в лучах солнца, проникающих сквозь прозрачный купол. Но у меня душа очерствела после последних событий. Красота почти не трогала. Я равнодушно осматривала пейзаж, пока вдруг из-за фонтана не показалась тонкая девичья фигурка.

Каштановые волосы, собранные в хвост, серая форма интерната… это не могло быть правдой. Она не настоящая. Невозможно.

Я забыла, как дышать. Как если бы легкие свело судорогой. Мир подернулся пеленой. Я вскинула руку, убрать преграду с глаз, и только тогда сообразила, что плачу. В худшие минуты жизни не позволяла себе этой слабости, а тут слезы полились сами собой.

Панцирь, сковавший сердце, треснул и осыпался. Я снова могла дышать, могла радоваться и любить. Ведь это была она. Она! Моя сестренка, кровиночка родная. Все, что осталось от некогда большой и дружной семьи. Только она одна и есть у меня. Только она одна имеет значение.

— Даша, — прошептала я несмело.

Девушка обернулась на звук. Замерла, тоже не веря своим глазам. Не знаю, что ей про меня наговорили. Наверное, убедили, что я мертва. Но теперь это неважно, ведь она здесь. Мы снова будем вместе.

— Дашка! — я не могла сдержать восторг. Сорвалась с места и побежала к ней, заключить в объятия. Ничего так сильно не хотела, как прикоснуться к ней. Ощутить тепло родного тела впервые за долгие годы разлуки.

Я налетела на Дашку ураганом, стиснула ее, до рези в легких вдохнула знакомый с детства запах сестры. Боже, словно в прошлое перенеслась! Когда еще мама с папой были живы.

Я была так рада и поражена встрече, что не заметила – сестра не обняла меня в ответ. Но в тот момент это было неважно. Я упивалась собственными эмоциями. Головокружительное счастье захватило меня целиком. Мир как будто прибавил яркости. Все казалось восхитительным.

Я обнимала сестру минут пять, не меньше. Наконец отстранилась, осмотреть ее. Выросла, моя красавица. Оформилась. Уже не девочка – девушка. Серьезная и немного грустная.

— Ты настоящая? — спросила я хриплым от слез голосом.

— А ты? — Даша смотрела настороженно.

— Даже не сомневайся, это я. Рада. Твоя сестра.

— Мне сказали: ты умерла.

— Пришлось подстроить свою смерть, чтобы командор прекратил меня искать.

Оправдания звучали жалко. Я на долгих пять лет бросила сестру с мыслью о том, что у нее никого больше нет, а теперь читала укор в ее карих, доставшихся от отца, глазах. Казалось, это он на меня смотрит через нее и упрекает.

Но главное, что я видела в сестре – чистоту. Даша еще не пробовала эйфорию. Это все, что я хотела знать. Моя сестренка чистая, и я костьми лягу, чтобы она такой и осталась.

— Ты неплохо устроилась, — выпуталась она из моих рук. — Надо же, командор. Впрочем, ты всегда получала самое лучшее. К другому не привыкла.

Мне не понравилось, как это прозвучало.

— Познакомишь меня с кем-нибудь? Мне как раз пора определиться с хозяином.

— Ты сейчас о чем? — тряхнула я головой. — Хочешь стать подстилкой атланта?

— Ты же стала.

— Я ради тебя… Мне самой от них ничего не нужно. Пусть они вовсе пропадут!