Последние герои - Личия Троиси

Лава была уже так близко, что волосы Адхары начали потрескивать и вот-вот должны были загореться. Но в этот момент она услышала резкий свист, и что-то подхватило ее. Еще одно короткое мгновение — и она снова оказалась в когтях у дракона. На этот раз когти сжимали ее бока, и дракон нес ее в противоположном направлении.

Вскоре он взлетел вверх, уцепился когтями за отвесную скалу и неуклюже опустил Адхару на землю. Стоя на коленях на твердом камне, Адхара пыталась прийти в себя.

— Тебе так нужно побеспокоить меня, что не жаль своей жизни? — спросил хриплый голос.

Адхара подняла взгляд и увидела перед собой низкорослого коренастого мужчину, голого по пояс. Его волосатая грудь с мощными, выпуклыми мышцами блестела от пота. Его бока были стянуты матерчатым поясом. Концы широких штанов были засунуты в тяжелые кожаные сапоги. Его лицо было как будто вырублено из камня: черты резкие, кожа обожжена солнцем и огнем, морщины глубокие, словно прочерчены резцом. Его ослепительнобелая борода доходила до ключиц. На нескольких ее прядях, заплетенных в косички, были подвешены бусины и мелкие безделушки. Длинные волосы заплетены в большую косу.

Адхара оглядела его с головы до ног. Она никогда не видела такого странного существа, но по пропорциям его тела сразу догадалась, что это гном.

— Вы Мериф? — тихо и неуверенно спросила она.

— Это зависит от того, кто ищет Мерифа, — ответил гном и поморщился.

Адхара проглотила ком в горле и ответила:

— Я дочь Андраса.

Во взгляде гнома мелькнули сначала скука, потом недоверие и, наконец, что-то похожее на подавленный гнев. Мериф повернулся на каблуках и зашагал к каменной стене.

— Поднимайся сюда, нам надо поговорить.

Дом Мерифа был просто углублением, вырубленным в скале, которая тянулась вдоль западного склона Тала, нависавшего над ней. Она возвышалась над проходом, через который пришла Адхара. И это был единственный путь сюда.

— Чтобы вы знали, я прилетела сюда на моем драконе, — сказала девушка, взглянув с высоты на равнину.

Там, внизу, Адхара видела Джамилю. Отсюда она казалась красной точкой на черной, выжженной огнем земле.

— Кео не очень ласков с незваными гостями. Слово «дракон» не зря означает «враг».

Адхара огляделась вокруг. В одном из углов была вырублена ниша длиной в рост хозяина дома. В ней лежало немного соломы — вероятно, это была кровать. В другой нише медленно тлели угли, а на них стояла кастрюля. Сбоку помещался низкий маленький стол. Стены, от пола до потолка, были полностью заняты полками. Их заполняли книги и множество банок и пузырьков, глиняных и стеклянных. Все это собрание предметов было расставлено достаточно аккуратно, но из-за их большого количества казалось, что они стоят в полном беспорядке. Полки гнулись под тяжестью книг, пергаментов и сосудов. Больше в доме не было никакой мебели, даже стульев. Поэтому Адхара и Мериф сели на пол, скрестив ноги. Мериф зажег свою трубку. То, что он курил, пахло приятно. От этого запаха у Адхары немного закружилась голова.

— Я уже давно порвал все отношения с Андрасом, — заявил гном и спросил: — Это он послал тебя сюда?

— В определенном смысле да.

Над его трубкой начали подниматься облачка плотного голубого дыма.

— Я даже не знал, что у него есть дочь, — пробормотал Мериф. — Когда мы были… товарищами, — тут он плюнул на пол, — он никогда не говорил мне об этом.

— Не говорил потому, что я появилась на свет позже.

Мериф недоверчиво посмотрел на нее, и трубка едва не выпала у него из руки.

— Сколько же тебе лет?

— Можно сказать, что мне нет еще и года, — усмехнулась Адхара.

Она рассказала Мерифу все и со всеми подробностями. О своих отношениях с Андрасом, о трудностях, которые им пришлось преодолеть вместе, о том, как и когда он сказал ей о своем учителе. Мериф слушал ее с любопытством и раздражением. Наконец Адхара рассказала ему, как умер Андрас. Гнома это, кажется, нисколько не тронуло. Он молчал и сосал свою трубку, потом медленно вытряхнул ее в огонь и сказал:

— Кажется, я понял, что ты жива, но я до сих пор не знаю, какие причины привели тебя сюда.

— Мне сказали, что вы знаток магии эльфов.

Мериф снова сел.

— А если это и так? Сирен не может победить Марваша без старого мага?

Слово «Марваш» он произнес с величайшим презрением, почти выплюнул изо рта.

— Я не хочу убивать этого Марваша.

Мериф рассмеялся глуховатым клокочущим смехом.

— Это интересно! Мой глупый ученик был бы очень рад узнать, что умер напрасно. Но чего, в конце концов, он мог ожидать? Он отдал всего себя, душу и тело, безумному учению, поверив словам сумасшедшего. Это и не могло закончиться иначе. И ради этого ты рисковала своей жизнью перед моим домом?

Адхара начала нервничать.

— Я знаю, что вы помогали основателю этого учения и что он учился вместе с вами.

Глаза Мерифа гневно сверкнули.

— Не сравнивай меня с этими людьми! У меня нет с ними ничего общего, ничего! Проклятый Дакара приходил сюда только для того, чтобы шарить в моих книгах!

— Они все мертвы. Марваш уничтожил их.

— И хорошо сделал! А теперь, если ты закончила, уходи. Я занимаюсь своим магическим искусством, когда желаю сам, и сам прихожу предложить свои услуги. Я никому не позволяю приходить ко мне сюда и просить у меня милости.

— Тогда вы должны были позволить вашему дракону убить меня.

Мериф вскочил на ноги и нацелил трубку ей в грудь.

— Если скажешь еще хоть слово, я это сделаю.

Адхара выдержала его грозный взгляд, отодвинула трубку в сторону металлической рукой и сказала:

— Один из двух Марвашей носит на груди медальон, который ему дал король эльфов. Я знаю, что этот медальон обладает магической силой, подавляет волю того, кто его носит, постепенно врастает в его тело и завладевает им. Я хочу знать, как можно снять его с тела этого Марваша, чтобы он снова стал самим собой.

— Тенаар хочет, чтобы ты убила этого Марваша, — ответил Мериф со злой усмешкой.

— Я делаю то, что хочу, а не то, что говорит Тенаар. И ваш ученик сказал мне, чтобы я делала так. Вот его последние слова перед смертью: «Будь свободна от меня, от Тенаара и от любого принуждения. Живи свободной и счастливой».

Мериф отшатнулся от нее и уставился на угли.

— Проклятый глупый ученик, — сказал он вполголоса. — Глупый Андрас.