Миссия – любовь - Юлия Басова

«Стронгу не надо улучшать свой русский. Скорее всего, это была просто легенда и Лиза пока не доверяет мне настолько, чтобы изменить первоначальную версию».

Герберт припарковал джип, и я дернула ручку, чтобы выйти из машины.

– Подожди! – остановила меня Лиза. – Дай мне руку.

Я удивилась, но просьбу выполнила. Девушка напряженно изучала мою ладонь. Затем она стала водить по линиям указательным пальцем – и лицо ее все больше вытягивалось.

– Что такое? – забеспокоилась я.

– Ничего, – слишком поспешно ответила Лиза, отпуская мою руку.

Я пожала плечами и вышла из машины. Мне казалось, что Герберт и Лиза сразу же пойдут по своим делам, я же, как обычно, начну искать на доске номер своей аудитории и направлюсь на лекцию. Все оказалось не так.

– У тебя семинар в пятьсот сорок шестой, – коротко проинформировал Герберт.

– Откуда ты знаешь? – удивилась я.

– Пойдем, провожу, – дружелюбно и в то же время абсолютно бескомпромиссно сказал он.

Лиза тоже последовала за нами. Я не понимала, что происходит. «Зачем им провожать меня? Их что, Роберт попросил за мной присмотреть?»

Мы молча поднялись на пятый этаж и нашли нужный кабинет. Я улыбнулась:

– Спасибо. Было очень мило с вашей стороны…

Закончить мне не дали. Лиза взяла меня под руку и направилась в класс. Друг Роберта последовал нашему примеру. В таком виде мы и предстали перед аудиторией. Девицы, как всегда, стали буравить меня недобрыми взглядами, но, естественно, сразу отвлеклись на моих спутников.

Я тихо прошипела прямо на ухо сестре Роберта:

– Вы что, так и будете за мной ходить?

– Пока да, – серьезно ответила она, – или тебе опять хочется отравиться ядом, у которого даже названия нет? Я покачала головой. «Вот как. Значит, ко мне приставили охрану. Интересно, а что они смогут сделать, если мне и впрямь будет угрожать опасность? Могу себе представить, как Герберт дерется с псевдоследователем Черепановым, но на что способна хрупкая Лиза? Вряд ли она может вывести из строя противника одним ударом ноги, как это умеет ее брат».

– А в туалет мне можно? – ехидно прошептала я на ухо девушке.

– Только со мной. Знаешь, Герберт бы и без меня справился, но, боюсь, в женскую уборную он не сможет попасть. А я смогу. И еще кое-кто сможет. Так что по терпи.

– Ох, не нравится мне все это, – тихо пробормотала я и направилась к своему месту.

Антошки пока не было. Мы с Лизой уселись на заднюю парту, Герберт устроился в соседнем ряду. Я спросила у сестры Роберта:

– А как вы объясните свое присутствие нашему преподавателю?

– С ним проблем не возникнет, не волнуйся.

Я почему-то сразу поверила ей.

Наше присутствие было очень заметным. Мы, несомненно, произвели впечатление. Наконец, когда тишина в аудитории стала звенящей, вошел преподаватель – невысокий коренастый мужчина лет пятидесяти, очень подвижный и улыбчивый. Он окинул нас внимательным взглядом и громко произнес:

– Так, так! Сразу три новых лица. Я ожидал только одно.

Я вздрогнула: как объяснить присутствие двух посторонних на занятиях нашей группы? В голову ничего не приходило.

Внезапно преподаватель радостно воскликнул:

– Что ж, для вновь прибывших: позвольте представиться – Анатолий Сергеевич Киреев. Заместитель декана филологического факультета. Я начну, пожалуй.

Мне показалось, что сразу после этой тирады он начисто забыл о Лизе и Герберте. Я посмотрела на девушку – она казалась совершенно спокойной, глядя на профессора не внимательно, но пронзительно. «Ей пришлось что-то сделать, чтобы о них с Гербертом на время забыли».

Слушать лекцию, как всегда, было скучно. Я открыла тетрадь и стала чертить бесконечные треугольники, квадраты и ромбы – это меня успокаивало. Лиза насмешливо взглянула на мои каракули и прошептала:

– Слушай, по-моему, ты здесь не своим делом занимаешься.

Я горестно вздохнула и ответила ей так же шепотом:

– Как понять, какое дело – твое? Тем более сразу после школы?

Она пожала плечами. Профессор укоризненно на меня посмотрел, но вслух пока ничего не сказал. Я вырвала из тетради листок, написала на нем: «Он тебя видит?» – а потом подвинула Лизе. Она оживилась, включаясь в игру: «Кроме тебя, нас здесь никто не видит».

«Как это? Вначале, когда мы зашли, все даже замолчали».

«Картинка уже размылась».

«И что, никто не вспомнит, что вы здесь были?»

«Может, кто-то и вспомнит, но лишь то, что мы тебя сопровождали до аудитории».

«Зачем?»

«Ты странная. Мы должны были проявиться. Это было нашим предупреждением».

«Кому?»

«Тем, кто, возможно, выжидает удачный момент, чтобы напасть».

Я сделала вид, что стра-а-ашно испугалась. Конечно, мне было неуютно, но последние события сделали меня менее чувствительной, в том числе и к вопросам личной безопасности. А теперь я чувствовала себя под защитой Роберта и его семьи.

«Те ведь не боишься?» – написала Лиза.

«Не очень».

«А зря. Роберт очень боится за тебя. Зверь уже выпущен из клетки, пойми, дурочка. У них приказ, который пока не отменяли».

Я улыбнулась:

«А если отменят, ты скажешь?»

Лиза покачала головой:

«Это не будет означать, что ты – в безопасности».

«Вы теперь так и будете за мной ходить?»

«Пока да».

Я вздохнула, записывая:

«Твоя диссертация в России – для отвода глаз?»

На этот раз мне не ответили: Лиза, похоже, ушла в себя; она смотрела вперед неподвижно и бесстрастно, похожая на прекрасную мраморную статую.

Я огляделась. Герберт сидел на месте, тоже глубоко задумавшийся. Своим взглядом я ненадолго привлекла его внимание. Он оглянулся на меня, и стало понятно, что парень не на шутку встревожен, чувствуя опасность. Похоже, он не очень хорошо умел скрывать свои эмоции. Я тоже забеспокоилась. Лиза толкнула меня локтем и написала:

«Тут кто-то есть. Сначала Герберт почувствовал, потом я». Я приготовилась к тому, что волна страха накроет меня с головой, парализует волю и я стану очень уязвимой. Стараясь не поддаваться панике, я глубоко вдохнула – и вдруг поняла, что не могу испугаться по-настоящему. Все мышцы напряглись, как для прыжка с высоты, когда страх обещает прийти где-то в середине полета. Лиза смотрела на меня и комкала в руках листок с нашими записями. Я встретила ее взгляд и улыбнулась: «Наверное, она подумает, что я немного не в себе. Но мне плевать».

– Надо выйти, – шепнула мне на ухо сестра Роберта.