Миссия – любовь - Юлия Басова

– Роберт! – простонала я. – Он пытался рассказать мне это, но я не придала большого значения его словам. Я была слишком взволнована своими чувствами, чтобы слушать внимательно…

– О том, что пять лет назад он всех ввел в заблуждение, дав неверную информацию, стало известно только сейчас, – хрипло проронил Герберт.

– Вокруг тебя поднялась шумиха. Все эти влюбленные Самураи, которые, по идее… – Лиза осеклась на полуслове и смущенно замолчала.

– Короче, ты – персона заметная, – подытожил Герберт, укоризненно глядя на Лизу.

– Влюбленные Самураи? – ошеломленно прошептала я.

– Нам пора, – чересчур быстро проговорила Лиза.

Я поняла, что вечер откровений закончен, и спросила:

– Вы ведь вернетесь?

Лиза молча посмотрела на меня, и мне показалось, что в ее глазах промелькнула грусть. Вдруг она порывисто обняла меня и прошептала:

– Не могу на тебя сердиться, хотя ты сильно усложнила жизнь моему брату и всем нам в придачу. Я знаю, ты не со зла.

Я виновато пожала плечами:

– Сама не понимаю, почему все так происходит.

Девушка отстранилась:

– Держись. Тебе скоро нелегко придется. Я бы хотела быть с тобой, но не могу нарушать приказы. Мы не можем. – Она посмотрела на Герберта, и я впервые почувствовала в ее взгляде скрытое чувство. Мне показалось, что Лизе нравится этот красивый парень, но она боится признаться в этом даже самой себе.

– Надеюсь, мы скоро встретимся. И знаешь что? Не беги от себя. Я уверена, ты способна любить, хоть и не считаешь себя человеком, – сказала я.

Глаза Лизы вспыхнули, и я поняла, точнее, почувствовала, что попала в точку. Она посмотрела на меня, потом на Герберта и пробормотала:

– Ты ничего не знаешь.

– А ты? – улыбнувшись, спросила я. – Ты знаешь?

– О чем это вы? – обеспокоенно спросил парень.

Я ничего не ответила, просто подошла к нему и пожала его руку.

«Удивительно. У этих супергероев – обычные человеческие проблемы. Им кажется, что они выше чувств, но это только самоуверенность. Все, кто живет на этой планете, обязаны любить. Это закон Земли. Здесь есть все: войны, разрушения, стихийные бедствия, ненависть, катастрофы. Но то, ради чего мы живем, дышим, стремимся чего-то достичь, живет в наших сердцах. Кем бы мы ни были и какую бы задачу мы ни выполняли. Это выше нашего понимания и неподвластно нашей воле. Эта планета создана для любви, и любовь здесь – такой же закон, как и всемирное тяготение. Настоящее чувство придет к каждому, и этому нельзя противиться. Так же, как нельзя пытаться остановить извержение вулкана».

– Я буду очень скучать, – нечаянное признание сорвалось с языка, – теперь мне будет одиноко без вас. Вы все покинули меня.

Герберт тепло посмотрел на меня и кивнул на прощание. Они оба явно были расстроены.

Я помахала вслед удаляющемуся джипу и пошла в дом. На душе было неуютно и хмуро, словно в дождливый день. В голове роилась целая туча вопросов, на которые больше некому было ответить. Я снова оказалась одна, едва успев обрести любимого и друзей. «Увижу ли я Роберта? Лизу? Герберта? Что ждет меня впереди? Какой будет моя жизнь, когда в нее вмешаются посторонние – те, кто давно интересуется мной?»

Придя домой, я обнаружила мать в гостиной. Она смотрела какое-то ток-шоу по телевизору.

– «Мазду» из ремонта забрала, – тихо сказала я, – вон, во дворе стоит, под навесом.

Не отрываясь от экрана, мать кивнула. Я устроилась рядом с ней на диване. Во мне проснулась такая нежность, что я позволила себе то, чего никогда не делала, – прижалась щекой к ее плечу и тихонько пробормотала:

– Мамочка, что бы ни случилось, знай – я очень тебя люблю.

Мать удивленно посмотрела на меня и спросила:

– Ты чего, съезжать от меня собралась?

– Надеюсь, что нет, – тихо ответила я.

– Ну, тогда чаще появляйся дома, чтобы я не забыла, как ты выглядишь, и я буду знать, что ты меня любишь, – спокойно проговорила мама и снова повернулась к телевизору.

«Кто знает, как часто я стану появляться дома, после того как… Чем я должна буду заниматься? Придется ли мне делать то, чего я не хочу?»

На последний вопрос я, кажется, знала ответ.