Прими свою тень - Оксана Демченко

– Ты не переживай так, – улыбнулся Риан, пропуская в дом Рика, Сати и Йялла. – Айри придумывают невыносимо сложный этикет исключительно для удобства манипулирования партнерами. На самом деле тот, кто достиг статуса ан-моэ, то есть, по-волвечьи, вожака вожаков, Первого, может игнорировать многие кривотолки. Ялитэ как раз достиг, уже полвека назад. Теперь одни подчиняются ему из уважения, а другие – по обязанности. Последние время от времени норовят убрать неугодного ан-моэ… Не зря я попросил Даура предоставить директору крепких помощников. Стайных, из числа моих учеников.

Сати попыталась задержаться в дверях и дослушать интересный разговор, но Йялл унес ее, ловко отцепив пальчики от дверного косяка. Махнул Риану на прощание и удалился.

Смуглый житель провинции Ака прикрыл дверь и повел своего наставника в соседний дом, полускрытый в лесу.

– Но вас, учитель, волвеки не оберегают, – насторожился он. – Может быть…

– Бо, успокойся. Меня никто не пробует убрать уже лет сто пятьдесят. Во-первых, ты верно заметил, я не вхожу в иерархию айри. Во-вторых… мы достигли взаимопонимания со всеми ан-моэ, их сейчас четверо. Я проводник воли и слова Великого дракона. Меня даже в худшем случае предпочитают избегать.

– Значит, Великий – не сказка, – отметил генеральный инспектор. – Хорошо. С тех пор как нас покинули директор Эллар и его жена, воспитавшая лучших снавей минувшего века, над Релатом нет доброго покровительства говорящих с миром. Решения Совета, порой необдуманные, никто не оспаривает, инспекции приходится работать больше. Десять лет я генеральный, и это сложные годы для порядка и законности.

– Любые перемены мироустройства проходят трудно, – согласился Риан. – Снави были древнейшим регулятором мира. Однако для ответственности за миллиардное население их слишком мало – не более трех сотен. Кроме того, и мы много раз обсуждали это с Элларом, люди просто обязаны сами отвечать за себя. Пора учиться, уже пришло время. И поверь мне, прожившему достаточно длинную жизнь, люди неплохо учатся. Кризис минует, ответственности станет больше, понимания своей роли – тоже. А снави будут и впредь помогать, как помогают теперь наполнить жизнью пустыни Хьёртта. Там их дар сейчас нужнее.

– Решив столь глобальные вопросы, можно заняться малыми, – смиренно поклонился Бо. – Материалы подготовлены. Если позволите, я возожгу огонь, пока вы изучаете документы.

Риан пожал плечами и сел в предложенное кресло. Спорить не стал: Бо по праву мог гордиться званием самого упрямого из учеников. Он звал наставника на «вы» вопреки неоднократным возражениям Риана. Следуя древнему ритуалу, перед важным разговором очищал душу, для чего разводил камин, а точнее, возжигал пламя, даже летом, в жару. Носил узкий нож горской работы – реликвию рода, хотя это противоречило форме инспекции. Никогда не пристегивал кобуру со стэком, положенную по инструкции. Склонность к соблюдению традиций странно сочеталась с образованностью – и то и другое наблюдалось в пропорциях и форме, не позволяющих учителю быть недовольным… Риан придвинул блок с шарами записей допросов, отчетами, справками и стал их перебирать, усваивая сведения с доступной ему и непостижимой для прочих скоростью. Одновременно он наблюдал, как генеральный инспектор расстилает коврик и встает на колени, сняв сандалии. Как укладывает дрова единственно верным способом, добывает огонь и кланяется ему, касаясь лбом коврика.

– Вы закончили рассматривать плоды нашего скромного труда, – уверенно предположил Бо, присаживаясь в кресло.

– Да. Труд основательный. Я согласен с выделением по крайней мере четырех дел к производству. Это, во-первых, организованная дискредитация расы волвеков в целом и попытки устранения ряда конкретных лиц. Совершенно очевидно, вы правильно возобновили в рамках общего следствия и разбирательство о причинах гибели первой жены вожака Даура Троя.

– Пока это наиболее загадочная часть дела, – кивнул Бо. – В остальном оно движется.

Риан отложил в крайние гнезда блока три шара. Он был вполне согласен с определением «движется». Уже десять лет самый упрямый ученик возглавляет планетарную инспекцию. И все эти годы отдельная группа под руководством старшего инспектора, имеющего широкие полномочия на территории всего Релата, изучает любые нарушения межрасового мира – от словесных провокаций в Инфосреде до угроз физической расправы. Известно, кто и как формирует мнение, откуда поступают средства и указания, выявлены исполнители. Именно он, Риан, просил и советовал не начинать активных действий, пока не будет вскрыт самый верхний уровень заказчиков смуты. Впрочем, тогда казалось, что намерения одного из ан-моэ не столь глобальны и опасны. Потому что не было даже предположения о готовности едва ли не сотни айри – это каждый шестой из ныне живущих! – покинуть Релат окончательно. Риан нахмурился, снова буркнул самому себе:

– Недоглядел.

– Вы не можете отвечать за весь мир, учитель, – попытался возмутиться Бо. – Никто не может, даже Великий, наверное.

– Его зовут Дан, и вчера он навещал меня, тоже переживал и заодно недоговаривал, делая сложные и малопонятные намеки, – усмехнулся Риан. – Все мы увлеклись Хьёрттом. Возрождение к жизни целого мира – это огромная работа. Вот и упустили ненадолго кое-кого из виду. А сорняки быстро разрастаются… Итак, второе дело.

Он погладил пальцами единственный пока шар со сведениями. Для сознания – колючий от вопросов и эмоциональных реакций тех, кто создавал его. Кольцо с искусственными бриллиантами теперь изучала представительная группа. Прежде всего – отдел инспекции по информационной безопасности Среды, состоящий по большей части из бывших ныряльщиков, склонных проводить вне реального мира, в Среде, значительную часть жизни. Многие со сложным и не всегда благовидным прошлым. Сверх того – дюжина научных светил Академии, впавших в шок при виде первых результатов экспертизы, проведенной Пауком. Наконец директор Ялитэ в качестве координатора плюс пара десятков весело скалящихся волвеков и две опытные снави – Тайя и Хэйн. Пока только стая и снави совместно умеют настраивать то, что вошло в научную практику в последние лет пятьдесят и зовется общим поиском. Это особое состояние объединения способностей и опыта группы разумных, позволяющее добиться своеобразной коллективной гениальности, – еще одного повода для разжигания зависти и ревности к стае… Ведь созданное общим поиском уникально и всегда принадлежит не только Релату, но и Хьёртту, а разве можно что-либо разделить по справедливости между миллиардом людей и жалкими десятками тысяч обитателей иного мира? Стоит чуть подправить факты, и готова обида, а за ней нередко крадется, прячась в тенях зависти и жадности, отчуждение…

Риан усмехнулся. Сколько сил он положил, чтобы избежать такого развития событий! Теперь придется тратить не меньше, чтобы еще раз осадить людскую мнительность. Волвеки, как убедились люди только что, – хорошие, волвеки помогают объединить усилия и преодолеть грозящую всему Релату беду. Так говорят с самого утра: в Инфосреду просочилась информация по кольцам-отмычкам. Но теперь, увы, злодеи и враги мира – айри.

– Никто не предполагал, что отмычки используют не для мелочей вроде вскрытия сведений о счетах или личной мести, – отметил Бо и сухо добавил: – Я не ожидал, что мне придется требовать задержания одного из ан-моэ… небывалый случай. Но, если прав этот странный ныряльщик Юкимад Прим по прозвищу Паук, речь идет о сознательном планировании информационного коллапса планетарного масштаба. Поверить в подобное сложно. Честно говоря, пока инспекторы скорее пытаются не верить. Не могли же мы быть совершенно слепыми? Примерно так думает каждый…