Невеста безликого Аспида - Полина Рей

– Почти пора давать брату зелье.

Я вскочила на ноги и растёрла лицо руками. Как такое могло случиться? Ведь от того, сплю я или нет, зависела жизнь моего мужа!

– Как мне стыдно, – проговорила я, в который раз открывая пузырёк. – Задремала и не заметила.

И услышала голос Тэи:

– Теперь ты будешь спать, а я стану будить тебя раз в час. Решено. И не вздумай спорить.

А я и не собиралась. Кажется, подошла к тому моменту, когда поняла, что без помощи мне не обойтись.

Миновало трое суток, по истечении которых ровным счётом ничего не произошло. Теогард так и оставался безучастным ко всему, я – всё так же продолжала давать ему зелье. Тэя помогала по мере возможностей. И на этом всё. Время словно замерло, и мой мир сейчас состоял из спальни Адальмара и бесконечной вереницы однообразных действий.

Когда я в третий раз сорвалась на ни в чём не повинной Тэоне из-за очередного напутствия о том, что мне нужно поесть, сестра Тео, дождавшись, когда я дам Теогарду лекарство и переверну часы, твёрдо взяла меня за руки и проговорила:

– Или ты сейчас же отправишься гулять и вернёшься, чтобы дать зелье, а потом снова пойдёшь гулять, или я за себя не ручаюсь.

И мне даже уточнять не захотелось, что именно она имеет ввиду под «за себя не ручаюсь».

– Хорошо, – сдалась я, выдыхая с облегчением. – Но если он придёт в себя, сразу пошли за мной!

И вышла из комнаты, плотно притворив за собой дверь.

Ноги сами принесли меня к семейному склепу Адальмаров. Здесь были похоронены не только родные Тео и Тэоны, но и Элла. Которая стала родной не только им, но и мне.

– Сможешь отодвинуть этот камень? – указала я на могильную плиту стражу, который был снаряжён за мной, чтобы следить за временем. – Или позвать подмогу?

– Я постараюсь, госпожа.

Он поднатужился, уперся плечом в плиту, на которой было вытиснено имя Эл’лаар, и вскоре моему взору предстала небольшая усыпальница, посреди которой располагался стеклянный гроб. Прямо как в сказках. Вот только ту, что лежала в нём, уже нельзя было оживить никакими поцелуями и признаниями.

– Элла… – выдохнула я, подходя ближе и прикоснувшись пальцами к прохладе стекла. – Крик…

Мёртвый змеёныш покоился на груди Эл’лаар, которая выглядела умиротворённой, словно в этом стеклянном гробу нашла своё пристанище. Её черты ещё не были тронуты тленом, просто казались восковыми. Смотреть вот так на «себя» со стороны было довольно жутко, хотя, я и чувствовала в этот момент, что сделала то, чего мне не хватало.

– Прощай. И спасибо за всё…

Я уже почти собралась было покинуть усыпальницу и отправиться обратно в замок, когда в склеп буквально ворвалась Тэя. И одного взгляда на неё мне хватило, чтобы сердце моё замерло и перестало биться.

– Нет! Нет-нет! Только не говори мне ничего! – закричала я, закрывая уши руками. – Я не хочу этого слышать.

– Адель…

– Тэя, нет! – последнее слово сорвалось с губ жалобным всхлипом.

– Теогард… он умер, Адель…

– Как это случилось? – я слышала, что мой голос, наполненный нотками истерики, звучит надсадно и звонко. – Что ты сделала?

– Ничего. Он просто… он просто глубоко вздохнул и сердце его перестало биться.

– Понятно…

Сейчас было важно, чтобы все инстинкты и эмоции Ады-жены отключились, а вместо них появилась Ада-умеющая-оказывать-первую-помощь.

Быстро закатав рукава, я устроилась рядом с Адальмаром и начала делать ему искусственное дыхание и непрямой массаж сердца. Игнорируя взгляд Тэи, которая смотрела на меня с неподдельным изумлением, я скомандовала, понимая, меж тем, что истерика в голос всё же прорывается:

– Дай мне сюда флакончик!

– Зачем?

– Дай немедля!

За неплотно прикрытой дверью уже толпились любопытные слуги. Не сдержавшись, я схватила со столика стакан с водой и запульнула в дверь. Они разбежались, как стайка тараканов, а я продолжила свои манипуляции.

– Вот, – протянула мне пузырёк Тэона, и я схватила его, намереваясь вылить в рот Тео всю оставшуюся порцию. Но тут случилось странное. Бутылочка выскользнула из моих рук и, упав на кровать, опорожнилась. Из моей груди вырвался горестный стон. Это была моя последняя надежда.

И всё же я снова прижалась губами к ледяным губам мужа, пытаясь вдохнуть в него жизнь.

Сколько времени прошло, я не знала. Но чувствовала, что Тэона пытается меня остановить, а я, как умалишённая, отмахивалась от неё и продолжала спасать мёртвого мужа.

– Ада… Аделина, хватит! – окликнула меня Тэя, и я сдалась.

Упала ему на грудь, зарыдала, завыла, заголосила в бесплодной попытке высвободить хоть часть той боли, что разрывала меня изнутри. Как он вообще посмел? Как посмел умереть, когда я к нему вернулась? Что он вообще там себе думал?!

– Тэя, выйди пожалуйста, – прохрипела я через несколько минут, когда сил ни на что больше не осталось.

– Но…

– Выйди! Я хочу побыть со своим мужем.

И Тэона повиновалась, хотя я прекрасно понимала, что она имеет право оставаться со своим братом столько, сколько захочет.

Устроившись рядом с Теогардом, я крепко прижалась к нему и снова разревелась. Я не могла поверить в то, что это случилось. Я не имела права в это верить.

– Тео… Тео, вернись ко мне, пожалуйста. Я же здесь, с тобой. Тео… Иногда ты был просто жутким засранцем, но я ведь к тебе вернулась. И простила тебе всё. Но то, что ты сейчас творишь, я не прощу, так и знай! – Разразившись рыданиями, которые не давали мне ни единого шанса на то, чтобы сделать полноценный вдох, я крепче прижалась к безучастному Теогарду. Я оплакивала его, себя, наше будущее с ним, в которое так быстро и легко поверила, несмотря на все перипетии, которые с нами случались. Несмотря ни на что.

– Я же так люблю тебя… и ты это знаешь. И ты меня любишь, потому вернись ко мне, я умоляю тебя.

Я понимала, что уже поздно. Что в медицине такое возвращение к жизни назвали бы чудом, но… Но я ведь так верила, что всё возможно.

– Адель, Адель, помоги мне. Ты же можешь, я знаю! Помоги его вернуть нам. Мне. Помоги его просто вернуть!

Я взвыла от отчаяния, когда поняла, что это конец, что всё напрасно. Зря.

И тут же вскочила, когда меня обуяла такая злость, что все остальные чувства отошли на второй план.

– Ты не можешь умереть! Не можешь! Я тебе не разрешаю! – закричала я, молотя руками по Адальмару. – Я не разрешаю тебе уйти, ты понял?

И тут же услышала то, что стало для меня самым прекрасным из когда либо услышанных мною звуков. Мощный удар сердца.

Мои глаза округлились от удивления. Радоваться я не могла – иначе уже не пережила бы, если бы этот звук не повторился. Приложив ухо к груди мужа, я жадно вслушалась и, когда его сердце начало стучать – сначала медленно, потом всё быстрее – возликовала.