И имя мне - легион - Владимир Мясоедов

Уголовники неспешно приближались к выставившим вперед оружие душам.

«Отходим», — скомандовал полковник. Отряд триумвиратовцев дружно отступил внутрь беседки, перекрыв вход.

«Ну че встали? На штурм!» — скомандовал Шило, сам, однако, не спеша подавать пример и бросаться своим закованным в броню телом на стену клинков.

«После вас, — уверила его Вера. — У нас, сам видишь, доспехов дефицит».

«Че ты сказала, лярва?! Быстро вперед, на амбразуру!»

«Быстро только кошки родятся. Ты тут хоть одну кошку видишь? Вот и я нет», — отбрила его девушка.

«Вы че, совсем? — опешил уголовник. — Подписались же на то, что вместе их мочить будем».

«Вместе — это когда мы и еще кто-то, — ответил ему я. — Но что-то твои орлы вперед не лезут, крылья берегут».

Шило оглядел нас, уверился в том, что ради его светлого будущего никто и пальцем не шевельнет, после чего буркнул своим что-то совсем уж маловразумительное и потопал прочь от беседки, остановившись только затем, чтобы захватить с собой вырубленного сталкера. За ним потянулись и остальные из его банды, включая программиста.

«Что дальше?» — спросила меня Вера.

«Тактическое отступление, — пожал плечами я. — Сил, чтобы штурмовать хотя бы два входа в беседку, у нас явно мало».

И началась позиционная война. Каждая из группировок сидела в своем логове, периодически делая вылазки, чтобы проверить состояние соперников и попытаться застать их врасплох. И вот тут у членов триумвирата появилось серьезное преимущество. Источник энергии остался в беседке, а остальные могли рассчитывать лишь на запасы и трофеи от регулярных, но по большей части бесплодных стычек с конкурентами. Если бы тем, кто засел в беседке, хватило терпения сидеть и не дергаться, они бы наверняка победили… Пусть и не скоро. Но они, как видно, этой добродетелью не отличались. Хотя, возможно, их просто очень нервировали наши партизанские налеты, во время которых мы каждый раз заходили с нового направления и пытались вырвать при помощи телекинеза Максима кого-нибудь из рядов защитников резервуара. Банда уголовника, впрочем, действовала похожим образом.

За дни, прошедшие с начала конфликта, полковник потерял всего одного зомбированного бойца, которого сталкеры, сами оставшиеся без потерь, умудрились запихнуть в клетку. В моей группе, к счастью, тоже никто серьезно не пострадал, за что большое спасибо следовало сказать Василию Ивановичу, оказавшемуся прямо-таки генератором идей по части засад и ловушек. Если бы не свободный обзор всего внутреннего пространства амулета, то наша победа стала бы просто делом времени. Фантазия старика была неистощима, но карательным экспедициям триумвирата и рейдерам сталкеров просто неприлично везло. Вот и сейчас наиболее дальнобойный юнит противника, Ахмед, смог избежать расставленной именно на него ловушки.

«Если так пойдет и дальше, то еще неделя, и по нам можно будет служить панихиду, — поделилась своими опасениями Вера после того, как очередная наша попытка вывести из строя наиболее дальнобойный вражеский юнит, Ахмеда, сорвалась. — Запасы стремительно сокращаются».

«Ну а что ты предлагаешь?» — спросил я девушку.

«Штурм?» — неуверенно предположила она, по оставшейся еще от жизни привычке потерев пирсинг на лице.

«Самоубийственно, — вздохнул Василий Иванович. — Одного, двух… ну, пусть пятерых мы, может, и успеем в клетки запихнуть, но и сами по соседству с ними окажемся».

«Может, окажемся, а может, и нет, — возразил ему Максим. — В конце концов, солдатики у полковника аховые, узбека я уже надежно блокирую, а Анна Павловна от ближнего боя бежит как от огня… Но вот то, что Шило легко добьет победителя, это точно».

«Точно ли, не точно, но время играет против нас», — возразила ему девушка.

«Увы, но ты права, — согласился я с ней. — Будем ждать, сколько сможем. А потом…»

«Врагу не сдается наш гордый «Варяг», — буркнул телекинетик. — Тем более что в плен брать никто не будет».

Его слова мне не понравились, но были правдивы. Время шло. Последняя и решительная атака была уже не за горами… И тут появился программист.

«Привет, — спокойно сказал паранорм, останавливаясь перед нашим спешно выскочившим из фигвама строем. — Кажется, мы друг с другом так и не успели познакомиться. Антон».

«Роман, — кивнул я ему, оглядываясь по сторонам в поисках группы поддержки из сталкеров. — А где Шило? Неужели прислал для переговоров одного тебя? Это несколько… неосмотрительно. Однако будь спокоен, до его уровня тут никто опускаться не собирается. Чего он хочет?»

«Шило? — лениво уточнил рунолог, ковыряя носком туфли подозрительное уплотнение тумана. — Думаю, он очень хочет освободиться».

«В смысле?»

«В смысле он окаменел, как, впрочем, и остальные сталкеры».

«До них триумвират добрался?» — осенило Максима.

«Нет. Я».

Как оказалось, Антон, единственный среди всех, кто попал в амулет, мог называться магом. Полноправным. Опытным. Знающим. Три четверти его умений или больше на момент потери сознания с последующим принесением в жертву были только-только освоены парнем, всего лишь неделю как получившим в свое распоряжение настоящие чародейские знания. При жизни он входил в клуб любителей эзотерики, члены которого всерьез искали тайные знания в наследии древних. И кое-что находили. Такими вещами, как поиск мифической Атлантиды, алтайской Золотой Бабы и тому подобных брендов, они не занимались, здраво рассудив, что не их это уровень. А вот вещи попроще, попримитивней, которые несколько тысяч лет назад никто очень уж явно не прятал, как оказалось, были легко доступны. Большинство членов клуба упорно рылись в записях Древнего Вавилона и Финикии, так как их основатель и глава сумел по одной из фресок всеми забытого храма, копию которой ему привезли друзья-туристы, реконструировать ритуал по подчинению крокодилов. Крокодилов в зоне досягаемости не было. Были ящерицы, на которых, как оказалось, ритуал действует немногим хуже. После заседания с шашлыками на природе, когда удачливый мистик продемонстрировал ошарашенным зрителям почти балет в исполнении рептилий, в рекордно короткие сроки группка молодых людей узнала про долину Месопотамии столько, что могла бы преподавать в институте. Но им это было неинтересно. Помимо крокодильского заклятия была обнаружена еще пара малозначительных, но действенных фокусов, сделавших из клуба по интересам самую настоящую секту. Антон был одним из самых верных ее приверженцев. И самых жадных до знаний. Он подозревал, что у главы кружка есть козыри в рукаве, которые он не раскрывает, и, когда тот оказался очень занят смазливой неофиткой, взломал его кабинет. Перед этим, несомненно, ответственным деянием рунолог изучил систему безопасности резиденции своего начальства и даже приобрел некоторые навыки в слесарном деле. Им был найден потайной сейф, а в нем книга. Даже нет, не так. Книга. Книга по скандинавской рунной магии. С комментариями на русском. К счастью, язык викингов, чьи скальды тоже считались колдунами, а потому раньше были объектами изучения клуба, он кое-как разбирал. Причем на уровне достаточном, чтобы найти в ветхом фолианте ритуал по подчинению гадов и понять, что остальных членов клуба уже долгое время водят за нос и старательно сталкивают с нужного пути. Изымать вещдок Антон не стал. Просто скопировал на камеру с высоким разрешением и покинул помещение, придав обстановке первоначальный облик. И на ближайшие полторы недели почти выпал из реальности, сказавшись больным и изучая найденные сведения… А потом выпал из нее совсем в связи с неожиданной смертью.