Зло из прошлого - Шеннон Мессенджер

Её так и подмывало макнуть его в таз головой.

– И в ч-чём п-прикол?

– Смотри.

Он поднял руку и щёлкнул пальцами.

– Н-ни ф-фига н-не п-помогает, – возразила она, снова и снова повторяя жест.

– Ещё как помогает. Возникает трение. А если мысленно усилить энергию, которая при этом выделяется, то сразу станет тепло и уютно. А ты просто зациклилась на холоде. Фостер, попробуй. Подумай о тепле и щёлкни ещё раз.

Пронзив его своим самым грозным взглядом, она закрыла глаза и постаралась сосредоточиться на мельчайших искорках тепла в тазу, в воде, омывающей руку, что поглотила тепло её тела, и в воде у поверхности, где было теплее за счёт окружающего воздуха.

Тепла было немного, но всё же больше, чем ничего, и она велела своим клеткам его найти, впитать и ощутить на самом деле. Потом щёлкнула пальцами, представляя, как зажигает спичку в комнате, полной растопки.

– Ничего себе, – ахнула она, чувствуя, как становится теплее… а может, просто показалось.

И вдруг вода в тазу стала как в бассейне или прохладной ванне. Даже кубики льда показались плавающими квадратиками.

А потом она резко остыла, и холод набросился с новой силой, пуще прежнего, словно ледяными иглами впиваясь в кожу.

– Самое трудное – удержать это ощущение, – объяснил Киф, когда она отдёрнула руку, и обернул её полотенцем. – Вот почему Алвар заставлял тренироваться каждый день. Говорил, если заниматься постоянно, инстинкт войдёт в привычку. Пожалуй, мне и самому стариной тряхнуть не помешает.

– Давай вместе, – предложила Софи.

– Ты что, поквитаться так решила?

Она пожала одним плечом… и широко улыбнулась.

– Готов или струсил?

Он усмехнулся.

– Всегда готов!

* * *

На следующий день в ледяной воде они продержались целых десять минут, хотя какое-то время, возможно, благодаря лишнему источнику тепла.

И всё-таки прогресс был налицо, чего не скажешь о следующем уроке по подавлению аппетита.

– Сейчас ты меня возненавидишь, – сказал Киф, водрузив ей на колени поднос с соблазнительными сладостями и конфетами, и запретил к ним прикасаться.

От Ро с Элвином толку не было – оба с удовольствием уплетали угощения со своих подносов.

– Да уж, с аппетитом справиться нелегко, – заметил Киф. – И к сожалению, никакими хитростями тут не поможешь, можно только отвлечься… или убедить себя в том, что есть совсем не хочется. Ты же не голодная? И вовсе не хочешь этот «кремовый взрыв», правда?

Он откусил побольше от круглого золотистого пирожного, украшенного гигантскими кристаллами сахара.

Если бы не раны, она вскочила бы с кровати и вырвала пирожное у него из рук.

– Не переживай, я оставлю тебе кусочек. Только придётся потерпеть ровно час и чтобы в животе не урчало. Короче, не обращай на меня внимания. – Он откусил ещё пирожного. – Смотри на Крейки. Или на его новых приятелей.

Он положил на поднос три значка: якула, келпи и йети.

– Знакомься: Кусака, Чешуй и Вонючка – твои новые приятели! Нужно подыскать им подходящее местечко. Чешуя приколем рядом с Крейки, будто они вместе плавают. А Кусаку рядом с Вонючкой, как будто сейчас тяпнет.

– Ты такой странный, ты знаешь? – спросила она, пока он прикалывал новые значки.

– Кажется, ты хотела сказать «потрясающий». Я такой потрясающий… что отвлёк тебя от еды на целых пять минут.

– И тут же напомнил, – заметила Софи, чувствуя, как в животе снова заурчало.

– Ой. Ну ладно… засекаем время по новой!

Казалось, этот день никогда не закончится.

Но все мучения окупились сторицей, когда Киф ей вручил последний кусочек пирожного из тягучего, как у пончика, теста со вкусом свежеиспечённых оладьев, с густым, словно кленовый сироп, кремом внутри. Пожалуй, столь удивительных пирожных она ещё не пробовала… а это кое о чём говорит, ведь теперь она жила в мире маллоумелта, заварных пирожных, волнистых кексов и воздушных пудингов.

– Если хочешь добавки, – сказал Киф, – позволь Ро отнести тебя в секретную кафешку.

– Ни в коем случае! – предупредил Элвин.

Киф усмехнулся.

– Это мы ещё посмотрим.

* * *

Следующий день прошёл немного легче. Софи с Кифом оба выдержали пятнадцать минут в ледяной воде, пока не задрожали. А задержка дыхания удалась Софи с первой же попытки.

К счастью, управление дыханием Софи хорошо освоила ещё на занятиях в Эксиллиуме. А уловка Алвара шевелить пальцами ног помогла отвлечься.

На следующий день, вытерпев целых двадцать минут в тазу с ледяной водой, она даже начала гордиться собой.

Но основным навыком в тот день было ночное зрение, с которым в Эксиллиуме ей справиться так и не удалось. Даже тогда ей во мраке мерещилось слишком много ужасов, а теперь у них появились ещё и когти с клыками.

Киф прекратил урок, как только почувствовал её страх.

Софи не спорила.

Она почувствовала, как чудовище заворочалось… услышала шёпот, готовый перейти в рёв, стоит только поддаться этим воспоминаниям.

– Не забывай, Крейки всегда выручит, – убеждал Киф Софи, замершую в ожидании, пока Элвин проверит, нет ли ухудшения. – И Пушистик тоже, – добавил он, прикалывая значок с праттловским тиранозавром на забинтованную руку рядом с кракеном.

– Слышь, хорош уже сюсюкать с этими значками, – не выдержала Ро.

– Ни за что! – ответил Киф, добавляя верминиона, которого назвал Наглец. – Фостер, ты справишься.

Но он ошибся.

Занятие успели прервать, не доводя до боли или повреждений. Но стало ясно, что чудовище живо-здорово и никуда не делось…

Даже несмотря на то, что сломанные кости понемногу срастались.

Несмотря на силу, которую она в себе открыла.

На потраченное время.

На эликсиры и снотворное.

На то, что её все старались отвлечь.

Эхо не рассеялось. Ничуть.

– Ничего, пройдёт, – пообещал Киф.

Элвин повторил то же самое.

И Эдалин, когда утром пришла её проведать. Биана высказалась в том же духе, когда связалась с ней по передатчику, чтобы сообщить новости. Оказывается, друзья уже перешли к тренировкам с кинжалами, а Вольцер вскоре планировал занятия по рукопашному бою.

Тем временем у Софи не наблюдалось никаких улучшений.

Она знала, что друзья тут ни при чём. Только… её всё раздражало.

И даже понимая, что делает хуже для себя, в тот день решила пропустить занятия с Кифом. Просто… не смогла.