Страсть и тьма - Александра Айви

— Я-то в порядке. Но где, черт побери, мы находимся?

Анна снова осмотрелась. Вокруг видны были только поля и несколько заброшенных зданий вдоль размокшей грунтовой дороги. А вдали, за горизонтом, виднелось слабое свечение, словно на небосводе отражались огни большого города. Но что это за город — понять было невозможно.

Они могли находиться в нескольких милях от Чикаго, а могли оказаться где-нибудь в центре Канзаса.

Или — черт побери! — их вообще могло занести в Австралию.

— Не имею ни малейшего представления, — пробормотала Анна.

— Ладно, не паникуй. — Горгулья, семеня маленькими ножками, начал нервно описывать небольшие круги, и его опаленные крылья судорожно подергивались. — Мы найдем способ выбраться отсюда. Только не паникуй.

— Ладно.

— Мы должны мыслить ясно. Мы должны… — Шаг, еще шаг, еще шаг. — Мы должны думать и не паниковать. Это самое главное.

— Не паниковать?

— Да, не паникуй. Поняла?

Анна откашлялась.

— Леве, но я… Послушай, а у тебя есть сотовый?

В ответ на этот совершенно естественный вопрос Леве презрительно фыркнул. По-видимому, демоны и современные технологии были совершенно несовместимы.

— Я — горгулья! И я не нуждаюсь в таких дурацких приспособлениях!

— Значит, ты можешь связаться с кем-нибудь при помощи магии?

— Конечно.

Анна вздохнула с облегчением.

— Слава Богу. Тогда ты сможешь сообщить Цезарю, что…

— Подожди, — перебил Леве, поморщившись. — Я не уверен, что это хорошая идея.

Чтобы не вспылить, Анна сделала глубокий вздох, задержала дыхание и сосчитала до десяти. Они застряли черт знает где, — а этот лилипут с крылышками отказывался связаться с кем-нибудь из знакомых, чтобы те вытащили их отсюда.

— Леве, но почему?..

— Я могу связаться с Цезарем или Стиксом только через портал.

Ее надежда умерла быстрой болезненной смертью.

— Ох! — Анна тяжко вздохнула. — Думаю, нам некоторое время следует держаться подальше от порталов.

— Вот и я так думаю.

Тут Анна подняла руку и дотронулась до перстня, который висел у нее на шее на тонкой золотой цепочке. Цезарь говорил, что с помощью этого перстня она сможет найти его где угодно, но, к несчастью, связь с помощью перстня была односторонней.

Окинув взглядом безжизненную равнину, Анна снова вздохнула. За прошедшие годы она довольно часто бывала на Среднем Западе и прекрасно понимала, что от ближайшего города их могут отделять десятки миль.

— В таком случае нам нужно найти обитаемую ферму с телефоном.

— Гм… — Леве потер один из своих рожков. — Вообще-то я должен поскорее найти подходящее укрытие.

— Нас может найти Моргана?

Горгулья пожал плечами, глядя на розоватое свечение на горизонте.

— Не знаю. Но ведь скоро поднимется солнце, верно?

— Это может повредить тебе?

— Я горгулья, Анна, — сказал он таким тоном, словно говорил с безнадежной тупицей. — Когда лучи солнца коснутся моей кожи, я превращусь в статую.

— А-а… — Чувствуя себя полной идиоткой, Анна вновь стала смотреть по сторонам, но разглядела лишь полуразрушенный дом и сарай с прохудившейся крышей. — Слушай, а сарай тебе подойдет?

Леве возмущенно дернул обожженными крылышками.

— Сарай? Я что, похож на корову?

— Отлично! — Она хлопнула себя ладонями по бедрам. — Тогда ищи подходящее место сам.

Тихо ворча что-то себе под нос, Леве описал вокруг Анны полный круг. Потом вдруг заявил:

— Полагаю, что в сарае нам будет совсем неплохо.

— Тогда идем.

Они заковыляли по полю, заросшему сорной травой. У Анны по-прежнему болело все тело, и каждый шаг давался ей с трудом. Споткнувшись о камень, она со стоном остановилась.

Леве тут же дернул ее за штанину.

— Анна, мы должны спешить.

Она с улыбкой кивнула и, схватив малыша за лапу, потащила его к пролому в покосившемся заборе. А дальше началась борьба с репейниками, заполонившими весь двор.

Наконец им удалось добраться до сарая. Дверь, к счастью, оказалась незапертой, и, отворив ее, Анна повела горгулью в самый дальний и темный угол.

Сарай был практически пуст. На земляном полу валялись только ржавые инструменты и еще — стопка старых газет, основательно изъеденная мышами. Тот, кто некогда называл эту ферму своим домом, наверное, уже давно покинул ее в поисках более зеленых пастбищ.

— Сюда. — Анна оттолкнула в сторону рассыпавшийся от времени тюк сена, и открылось огороженное досками узкое стойло.

По крайней мере здесь Леве будет скрыт от случайного взгляда, если кому-то взбредет в голову зайти в сарай. Анна стала искать местечко и для себя, но тут горгулья снова дернул ее за штанину.

— В чем дело, Леве?

— Как только поднимется солнце, я не смогу помогать тебе, Анна, и если появится что-то необычное, то сразу же постарайся скрыться. — Леве поднял завалявшийся в стойле гвоздь и нацарапал на полу несколько цифр. — Это номер Дарси. Позвони ей, как только доберешься до телефона.

Анна покачала головой.

— Нет, я не брошу тебя, Леве.

— Ты должна. Мне ничто не сможет повредить, когда я превращусь в статую.

Анна в растерянности заморгала.

— Вообще ничто?

Леве бросил взгляд на крошечное окошко, которое уже светилось бледно-розовым светом.

— Анна, мне очень жаль…

Когда крошечное тельце горгульи прямо у нее на глазах начало светлеть и застывать, превращаясь в безжизненный камень, Анна, едва сдерживая слезы, воскликнула:

— Проклятие!

Возможно, ей уже пора было привыкнуть ко всем странностям этого фантастического мира, ведь за последние несколько дней — да и за последние два века — всего этого было более чем достаточно.

Но малыш горгулья, который на ее глазах из живого существа превратился в кусок гранита, — о, к этому она не была готова!

Закрыв вход в стойло охапкой соломы, Анна пересекла сарай и полезла по узкой лестнице на чердак.

К счастью, чердак оказался совершенно пуст, если не считать нескольких пучков сена. Осторожно ощупывая ногой каждую доску, Анна медленно добралась до задней стены и распахнула маленькую дверцу, чтобы осмотреть местность.

В ее распоряжении оказался отличный наблюдательный пункт. Отсюда она сможет увидеть каждого, кто направится в сторону сарая. Друга или врага.

О Боже, какая же она дура! Ведь если враг нападет на ее убежище, то он сделает это совсем другим способом.