Истинная для некроманта - Альма Либрем

“Свидание” у статуи пришлось заканчивать; незаметно проследовать за Боркасом и Теренсом не представлялось возможным, потому мы с Даром просто выскользнули из-за своего укрытия и, держась за руки – в поддержку легенды о влюбленной парочке и просто потому, что так было гораздо приятнее, – направились к нему.

Конечно, я примерно представляла себе, какие сплетни начнет распускать Кларисса, если в очередной раз вечером не застанет меня в спальне, но я только отмахнулась от досаждающих мыслей. В конце концов, я уже давно совершеннолетняя, а никаких запретов на отношения с сокурсниками нет. У нас, конечно, не семейное общежитие, чтобы селиться парочками, но преподаватели давно уже закрывали глаза на студентов, бегающих друг к другу в спальни.

Да что там, Кларисса наверняка воспользуется моим отсутствием, чтобы притащить к нам какого-нибудь своего кавалера… Ну и пусть. Сейчас были дела гораздо важнее.

– Мы можем считать это уликой? – дождавшись, пока Дар закроет дверь и повесит дополнительное защитное заклинание, прямо спросила я. – То, как они говорили? Может быть, следовало зафиксировать разговор…

– Может быть, – согласился Эйдар, – но это могло бы нас выдать. А насчет улики… Это всего лишь подозрения.

– Но Боркас же ректор! И так подобострастно говорить с одним из своих преподавателей, по сути, с подчиненным…

– Это все ещё ничего не значит.

Я едва не подпрыгнула на месте, реагируя на чужой голос. Не ожидала, что в комнате есть кто-нибудь ещё. Но это оказался всего лишь мистер Мур. Гордо восседая на столе и размахивая своим пышным хвостом, он пристально смотрел на меня.

Очевидно, Дар заметил его ещё по возвращению в комнату, но не стал мне говорить о присутствии кота. Ну, или полагал, что я сама увижу пушистое изваяние.

Я, впрочем, была слишком увлечена своими мыслями.

– Почему не значит? – спросила я.

– Теренс хитер, – отметил мистер Мур. – И у него отличная репутация. Но самое отвратительное, что он считается известным борцом с антимагами. Развеять эту уверенность будет довольно трудно…

– Это не объясняет поведение Боркаса.

– Увы, но объясняет, – промолвил Дар. – Понимаешь ли… Возможно, Гэри боится раскрытия и считает, что Теренс в силах узнать, кто он на самом деле, и потому так умело маскируется.

– Или, – подхватил кот, – Боркас просто преклоняется перед способностями Теренса и опасается его…

– Но Боркасу-то уже можно предъявлять обвинения. У нас есть пусть косвенные, но улики, – запротестовала я.

– Их мало, – вздохнул Эйдар. – И если мы накроем только Боркаса, этого будет недостаточно. Надо как-нибудь спровоцировать… Чтобы он не мог юлить и отрицать свою вину. Тогда, возможно, выдаст других.

– И этого отвратительного Теренса в том числе, – утвердительно кивнул мистер Мур. – Потому что поверьте моему кошачьему чутью, он и есть главное зло, которое больше всего вреда приносит в этой академии! Боркас вряд ли стал бы чем-то сильнее пешки! А вот этот профессор…

Кот умолк. Очевидно, воспоминания о погибшем хозяине причиняли ему слишком много боли, и долго говорить о его врагах он тоже не мог.

– Впрочем, забудем об этом, – наконец-то решительно промолвил мистер Мур. – Вам надо поймать Боркаса. Только после этого станет возможным что-то сделать и с остальными!

– Да, – утвердительно кивнул Эйдар. – И у меня даже есть идея.

– Какая? – поинтересовалась я.

Дар вздохнул.

– Вряд ли тебе она понравится.

– Говори, – решительно мотнула головой я.

– Надо рассказать Теренсу о наших подозрениях. Поведать ему, что мы считаем, будто антимаги гнездятся в академии. Рассказать о том, что Боркас вот так грязно использовал Линду – на ней, мол, случайно выявили отравленный кулон. Но мы боимся выступать прямо, и нам некому рассказать о наших подозрениях, ведь кто будет слушать обвинения простых студентов… Уверен, – Эйдар вздохнул, – если все сделать правильно, то Теренс пойдет на какие-нибудь действия. Либо выдаст случайно себя сам, либо подставит Боркаса под удар, а потом расслабится, утвердившись в своем звании героя, борца с антимагами…

– Ага, – кивнула я. – Только есть один нюанс… И не отворачивайся, Эйдар. Я знаю, что ты не хочешь говорить об этом, но ведь это правда. Если к Теренсу пойдешь ты и начнешь ему рассказывать о слабых простых студентах, вряд ли у него возникнет желание что-то делать. Потому рассказать об этом должна я. Его самая старательная и преданная студентка.

– У которой из комнаты, – мрачно промолвил Эйдар, – стащили Теренсов передатчик… Мне кажется, Рьяна, или логика в каком-то месте хромает?

Я только вздохнула.

– Да, Эйдар. У тебя. Потому что ничто не мешает мне честно в этом признаться Теренсу… И дождаться, пока он искренне оценит мою храбрость.