Анатомия теургии - Вадим Скумбриев

— Этелинг сказал, что я хоть и командую отрядом, но к вам должен прислушиваться. Кого другого я бы послал подальше, но если уж Гирт такое говорит, это неспроста. Вы бывали в передрягах, мэтр?

— Не так давно я очутился по ту сторону пространственного разлома, в мире демонов, и вернулся оттуда живым.

— Понятно, — в голосе Бернульфа звучало удивление, но лицо осталось непроницаемым. — Пожалуй, теперь я понимаю Гирта. Что там, за гранью?

— Странный мир, где человек — такой же чужак, как и демоны у нас.

— Расскажите мне подробней, что умеете.

Тогда Магнус заговорил.

Конечно, он не стал раскрывать чужаку потаённые знания крепости Фец, но этого и не требовалось — достаточно было рассказать про общеизвестные вещи. О том, что могут химеры, о том, что такое сервус и как их используют теурги Джумара. Некромантия здесь, на Севере, была чем-то далёким и эфемерным, и о ней мало что знали. В эти дни Магнус, пожалуй, был единственным некромантом в Хельвеге.

— Сколько времени нужно, чтобы создать химеру?

— Смотря какую. Если не задумываться об эстетике и не требуется что-нибудь особое, то за сутки, пожалуй. Но нужен материал.

— Материал?

— Мёртвые тела.

— Я подумаю об этом, — сказал Бернульф. — Благодарю, мэтр.

Они двигались быстро — на весь эскадрон не было ни одной телеги, всё необходимое везли на запасных конях. Для солдат из Элассе или Ветеринга подобное было чем-то невероятным, но северян ничто не смущало. Они не собирали контрибуции с окрестных деревень, не тратили время на постройку лагеря, и замедляли путь только снежные заносы на старых трактах — их выбирали, чтобы не привлекать лишнее внимание.

На каждом привале Магнус проверял глаза Роны, но с ними всё было в порядке. Чего нельзя было сказать о самой девушке.

Глаза из чёрного стекла пугали людей. Рейтары старались не выдавать своего страха, но держались от Роны подальше, и та прекрасно понимала, почему. Как и обещал Магнус, она стала видеть лучше, но, сняв повязку, перестала быть человеком для других людей. По крайней мере, большинства из них.

Заговорить с ней отважился только Бернульф — для того, чтобы развеять собственные сомнения, потому как некроманту на слово он не поверил. Остальные же предпочли остаться в стороне, хотя и не показывали открытую враждебность.

Она продолжала тренироваться, равнодушно принимая необходимость следовать за солдатами Гирта. Ей было всё равно.

* * *

— Андред, — сказал Бернульф. — Там, внизу.

Они стояли на высоком холме, откуда можно было увидеть бесконечное море деревьев — Андредский лес — и наполовину скрытые туманом город и форт на самой границе. Часть его буквально вонзалась в массу заснеженной хвои, раздвинув деревья далеко вокруг, и вырубленная, абсолютно ровная полоса гласиса расстилалась на сотни шагов — не спрятаться от пушечного огня.

На разведку Бернульф взял с собой лишь двоих всадников и Магнуса, справедливо рассудив, что не стоит привлекать лишнего внимания. Эскадрон разбил лагерь неподалёку от тракта, умело прикрывшись от любопытных глаз густой рощей и спрятавшись в низине, кроме того, рейтары не разводили больших костров, и дым был почти незаметен со стороны. Все ждали только приказа атаковать.

Но Бернульф не спешил. Сперва он отправил изучить окрестности одного из своих людей, а когда тот вернулся, поехал сам. Место следопыт и впрямь нашёл отличное: с холма легко просматривался весь форт, зато сами наблюдатели были практически невидимы. Зрелище, однако, не придавало надежды. Кто бы ни строил эту крепость, он постарался на славу, изучив новейшие изобретения в фортификации и воплотив их в камне: приземистую цитадель окружало кольцо стен в виде пятилучевой звезды, полностью устраняя мёртвые зоны для артиллерии. Даже отсюда можно было разглядеть чёрные провалы пушечных гнёзд, готовых выплюнуть стальной град в любого, кто осмелится подойти ближе. Никаких высоких башен, никаких круглых форм, типичных для старинных замков Хельвега. Но на тракте в форт виднелись чьи-то телеги, и ворота в прикрытой равелином сторожке не закрывались вовсе. Врага здесь не ждали.

Было и ещё кое-что интересное: над равелином Магнус углядел едва заметное мерцание в небе, и это не было северным сиянием. Слишком низко и слишком иной цвет. Хорошо знакомый не-цвет разрыва между мирами.

— Крепкий лёд, — сказал Бернульф, изучая крепость в зрительную трубу. — Трудно будет пробиться внутрь, но ещё сложнее захватить.

— Гарнизон по штату — двести сорок человек, — сказал следопыт.

— Это ерунда, важно, чтобы они не успели очухаться после того, как мы устроим переполох и ворвёмся, иначе задушат на улицах.

— Значит, план таков? — спросил Магнус, думая о формирующемся над воротами разломе. Недели две-три, на его взгляд. Вряд ли это станет серьёзной угрозой для крепости, но и спускать просто так нельзя — многие демоны прекрасно умеют лазать, и стены им не помеха.

— Нет, это лишь общее представление. План ещё надо будет придумать. Есть идеи, мэтр?

— Возможно. Но для начала я хочу узнать, чего вам не хватает.

План Бернульфа был прост, и не хватало в нём лишь одной существенной части — самой важной: создать хаос в крепости, чтобы можно было беспрепятственно пройти ворота. Как оказалось, Гирт не зря отправил на задание именно этот эскадрон и его командира: Бернульф успел немало повоевать на юге, служа то одному, то другому силумгарскому барону. Бывал он и на Исолльских островах, где не раз пробивался в такие вот форты одним стремительным ударом. Но там он пользовался своими людьми среди местных, которые скрытно проникали внутрь и ночью открывали ворота, здесь же никаких агентов за стенами крепости не было вовсе. И пройти ворота под видом торговца тоже вряд ли выйдет — скорее всего, всех здешних знают в лицо, и новые люди неизбежно вызовут подозрения. А раз так, считал Бернульф, с них не спустят глаз — по крайней мере, сам бы он поступил именно так.

Тупик — для кого угодно, но не для него.

— Вы говорили о химерах, — сказал он, закончив рассказ. — Насколько эти твари опасны?

— Смотря как их сделать, — усмехнулся некромант. — Я понял, чего вы хотите. Можно попробовать. Есть определённые методы… но потребуется материал.

— Мёртвые тела, — Бернульф скривился. Идея превращать трупы в оживлённое магией чудовище ему не нравилась. Да никому бы она не понравилась, если начистоту.

— Не только. Ещё потребуются повязки на лицо и мазь с каким-нибудь душистым запахом.

— Зачем?

— Я создам существо и начиню его внутренности едким вонючим веществом. Оно безопасно, если, конечно, не вдохнуть слишком уж много, но запах настолько отвратительный, что неподготовленные люди будут в шоке.

— Звучит интересно. А что насчёт нас?

— Повязки не защитят от запаха полностью, но если хорошо пропитать их мазью, она перебьёт его и даст вам преимущество. Главное — не находиться долго в закрытых комнатах. Можно потерять сознание, а если не повезёт, то и умереть или остаться калекой.