Счастье для ведьмы - Ольга Гусейнова

Эрн с минуту всматривался в мое лицо, словно искал недосказанное, поэтому я открыто ему улыбнулась, с укоризной качнув головой, чтобы не надумал лишнего.

– Неужели ты не помнишь, что переживаешь, будучи Рэном… зверем? – не поверила я.

– Обычно помню все, но, опять же, обычно между ипостасями есть связь. Это был первый раз, и я сделаю все возможное, чтобы он стал последним, когда мне пришлось полностью отключиться, чтобы найти тебя и спасти. Эти дни я помню лишь урывками. Что стало с этим…

– Когда он кинулся на тебя… Рэна с ножом… В общем, твой зверь насадил его на когти. Без магии такие повреждения не исцелить, а в пустоши магии нет. Лайро умер там, в пещере.

– Повезло ему, – ледяным тоном констатировал Эрн.

– В чем?

– Быстро и легко отделался! – Горгула перекосило от злобы и ненависти, я даже замерла от страха, боясь дернуться и привлечь к себе внимание, хищник все-таки.

Заметив, какое впечатление произвел на меня, Эрн удивленно вскинул брови, а потом укоризненно нахмурился, только мимикой дав знать, как глупо я себя веду. И тем более пугаясь своего… хм-м… мужа. Ох, елки-иголки, вот же я попала-то.

После того как мы поели, Эрн объявил:

– Пора выдвигаться к месту встречи.

И занялся сборами. Оделся он в последнюю очередь, когда о месте нашей стоянки напоминало только засыпанное землей костровище.

– А где моя Моль и повозка? – всполошилась я.

– Повозка сломана, осталась там, у Грани миров. Моль забрали друзья, у меня не было времени ею заниматься. Прилетим к Пятачку мира, узнаем, что с ней.

– Прилетим? Не пойдем порталом? Зачем нам к этому Пятачку? – посыпались из меня вопросы. – Как долго лететь?

– Нет, полетим. Здесь всего час пути, а магии во мне кот наплакал. Нас там ждут мои… наши спутники и должны прибыть заинтересованные в решении конфликта сторон персоны. – Увидев, что я занервничала, Эрн успокоил: – Не бойся, боевых действий не будет, предатели мертвы… почти все. Остались драконы, их судьбу и будут там решать. Заодно закроют текущие вопросы и обсудят последствия. В общем, ничего особенного, так, обычные дела.

Пока отвечал, сунул мне в руки обе сумки, сменил ипостась на среднюю и, с шумом распахнув огромные темные крылья, подхватил меня на руки и взмыл в небо. Я только взвизгнуть и успела, сжимаясь в комок. Но, как показывает личный опыт, не будешь же вечность бояться, ко всему привыкаешь. Вот и я, обняв своего горгула за шею, расслабилась.

Обняла осторожно, чтобы не навредить еще ранимой коже, но ощущение опоры под рукой придало уверенности: смогу удержаться… если что.

А потом я увлеклась пейзажем под нами, забыв о страхе высоты. Местность из пустынно-степной плавно переходила в холмистую, потом началось предгорье. У горизонта выросли суровые серые вершины, а мы нагнали стаю уток. Я хихикнула и пошутила вслух: «Примите нас в стаю!» Птиц мы спугнули, чем нарушили стройный косяк. Утки заполошно закрякали, заметались в небе и, стремительно завалившись, устремились к земле. Теперь уже хмыкнул Эрн. Я невольно обернулась, задрала голову, посмотрела ему в лицо и улыбнулась.

Мы летели, глядя глаза в глаза, мои зеленые скрестились с его серыми. Я не смогла отвести взгляд, так мы и смотрели друг на друга. Только он, кажется, любовался мной, а я… тоже, наверное. Щеки снова загорелись от смущения, и я поспешно отвернулась. Эрн чуть теснее прижал меня к себе. А я и не против, так надежнее, ага. Потом и сама прижалась щекой к его груди, прикрытой тонкой, нежной тканью кимоно. Собственный, какой-то грозовой запах Эрна смешался с травяным от моей мази. Сильно, уверенно, размеренно стучало сердце горгула.

Вскоре, вновь посмотрев на него, я спросила:

– Тебе не тяжело?

Эрн впервые улыбнулся, не широко, но заметно:

– Нет, моя маленькая, заботливая ведьмочка. Я же говорил, что в нижних слоях веса не чувствуется, воздушные потоки держат. Так лететь можно часами.

Порадовавшись комплиментам, я все-таки предупредила:

– Это хорошо, тебе сейчас нельзя перегружаться. Кожа пострадала, новые травмы ни к чему!

– Не волнуйся, Пятачок мира – источник силы, там быстро восстановимся. И твоя мазь очень помогает.

Я промолчала. Просто будучи в надежных руках, сытая и чистая, любовалась с высоты птичьего полета миром. Несмотря на то, что случилось недавно, а может, именно благодаря этому, меня охватил восторг: сколько же еще прекрасного и удивительного я увижу в своей жизни! Ведь живая!

Нет, потому что живая!