Суд ведьмы - Анна Минаева

Девушка жестом попросила дать ей немного времени, пошелестела бумагами, посмотрела на мое удостоверение и только потом сказала, на какой этаж подниматься.

– Ты чего так дрожишь? – хмыкнул Сальватор, появляясь уже у лестницы. – Неужели сочувствуешь подонку?

– Ни капли, – честно ответила я. – Дело в другом… Может, я когда и буду готова, чтобы рассказать тебе все.

– Можешь просто открыться, – предложил фамильяр. – Я узнаю, а тебе не придется переживать, что бы там ни было, еще раз.

– После суда, – попросила я временную отсрочку и зашагала к двустворчатым дверям под нужным мне номером.

Они были еще открыты. Участвующие в деле и зеваки постепенно проходили внутрь и занимали места.

Но что меня больше всего удивило, так это боковая трибуна вдоль стены на десять мест.

– Суд присяжных? – выдохнула я, оступившись. – Неожиданный выбор. Как же его отец это не оспорил?

– С главой королевских дознавателей спорить довольно сложно, – раздалось за спиной.

А у меня сердце ухнуло вниз.

И вот даже не знаю, обрадовалась я его присутствию или нет. Потому что первым желанием было просто раствориться в воздухе. Потому что за эти четыре дня я накрутили себя до предела и даже успела принять какие-то там решения.

Которые забылись, стоило только обернуться.

– Мистер Тейт, – самым холодным из всех возможных голосов поздоровалась я.

Так-то! А нечего целовать девушку, а потом делать вид, что ты умер.

– Мисс Крамер, – с легкой улыбкой ответил колдун. – Рад, что у вас нашлись силы сюда прийти. Это может помочь ужесточить наказание, если вы нашли способ доказать вину.

– Поверьте, я нашла, – дала я не очень дружелюбный ответ.

Стараясь успокоиться, посмотрела на Сальватора.

Кот мурлыкнул и боднул меня в ногу, посылая нужную эмоцию.

Интересно, это все ведьмы так чувствуют своих фамильяров? Или только те, кто смог развить врожденный дар эмпатии?

– Заседание начинается! – на возвышение в конце зала вышел пожилой мужчина в мантии судьи. – Слушается дело мистера Уена Оти! Займите свои места!

Удар молотка о подставку, от которого у меня мурашки по коже побежали.

Джереми кивнул в сторону двух свободных кресел, пропустил меня вперед. И началось.

Вначале судья представил сторону защиты, затем сторону обвинения, а потом указал на присяжных, что надели черные маски. Их лица и личности не раскрывались, чтобы никто не смог повлиять на глас народа.

Первые полчаса я ерзала на месте, выслушивая длинные зачитывания дела. Показания свидетелей, которые доказывали, что мистер Оти в час совершения преступления находился в другом месте.

А я слушала и думала о том, как же не хватает артефакта, способного показать другим свои воспоминания. И проверить их на истинность. Если какой мастер артефакторики сможет такое создать, он просто озолотится. А суды будут занимать куда меньше времени.

Потом сторона защиты пригласила на допрос мою соседку, которая и вызвала королевскую стражу. Она четко отвечала на вопросы, исходящие от обеих сторон, и если сторона обвинения была довольно скупа на вопросы, то сторону защиты пришлось затыкать судье.

– Скажите, вы сами видели пострадавшую? – несмотря на несколько ударов молотка, продолжал допытываться адвокат мистера Оти. – Видели ли вы кого-то еще? Могло ли это быть инсценировкой?

Что?!

Я дернулась, а Джереми в ту же секунду накрыл своей рукой мой кулак.

– До вас еще дойдет очередь, мисс Крамер, – на грани слышимости произнес мужчина.

– Я видела мисс Крамер, слышала шум и заметила фигуру убегающего, – твердо произнесла моя соседка, хотя руки у нее подрагивали.

– Вы можете утверждать, что это был мой подзащитный?

– Протестую! – взвился прокурор. – Давление на свидетеля!

– Протест отклонен.

– Я не видела лица напавшего, – стоически ответила она, набрав воздуха в легкие.

– Можете быть свободны. – Последовал удар молотком, и судья добавил: – Следующим вызывается мистер Най. Служитель королевской гвардии, прибывший на место преступления!

С места встал один из стражников, что прибыли вместе с Джереми.

И вновь началось давление через несколько минут от начала его допроса.

– Почему на место преступления не прибыл лекарь? – напирал адвокат, а сидящий рядом с ним Уен Оти усмехался, явно предчувствуя победу.

– К моменту, когда мы там оказались, мисс Крамер была в порядке и отказалась от помощи целителя, – твердо проговорил демон.

– То есть потерпевшая не была ранена? – уточнил глава заседания.

– Сложно сказать, господин судья, – кивнул свидетель. – С первого взгляда, на потерпевшей и места живого не было. Но вскоре она уже ходила, говорила и вела себя нормально. Не отрицаю, что собственной магией она смогла излечиться.

– То есть вы утверждаете, что покушение имело место быть?

– Я не могу этого отрицать, господин судья.

– Протестую! – адвокат вскочил. – Сведения не могут быть приняты из-за недостаточности улик!

– Улики, собранные на месте преступления, подкреплены к делу. Протест отклонен, – отозвался судья. – Следующим вызывается…

Я сидела как на иголках, выслушивая свидетелей одного за другим. Думала, что и Джереми Тейта вызовут к стойке в центре зала, но имя колдуна все не звучало и не звучало.

Его решили либо оставить напоследок, либо и вовсе не слушать. Судя по тому, как постепенно мрачнел глава королевских дознавателей, дела обстояли еще хуже.

– Что происходит? – шепнула я, слегка наклонившись к Джереми. – Почему вы еще не дали показания?

– Кажется, моя единственная победа в этом заседании заключается в наличии присяжных. Боюсь, мистер Оти-старший тоже смог повлиять на судью.

Я закусила губу.

Это очень и очень плохо.

– Господин судья, мой подзащитный тоже желает выступить, – адвокат вскочил уже в который раз.

По залу прокатился вздох. Все уже устали. Ждали перерыва, если не переноса слушания на следующий день.

– Мистер Оти, мы готовы вас выслушать.

Фавн медленно встал со своего места, выпрямился, окинул взглядом всех присутствующих и вышел вперед.

– Господин судья! Уважаемые присяжные! – он обратился к ним настолько громко, что у меня в ушах зазвенело. А по пояснице проскользнул холодок. – Меня обвиняют в нападении и нанесении увечий, обвиняют в преступлении, которого я не мог бы совершить. Меня обвиняют ложно! Та, что назвалась пострадавшей, была моей сокурсницей. И все те годы, что мы провели в стенах одного учебного заведения, мисс Крамер была настроена ко мне весьма враждебно! Господин судья, вам должны были передать собранные показания других студентов и преподавателей о том, насколько трудными были наши отношения с мисс Крамер.