Не выбирай меня! - Ниизла Холлей

— Идёмте в дом, нэр Свальк. Вы разделите с нами ужин? Как паренёк?! Шансы есть?! — Вот ведь не хотела, а всё равно лезу в чужую жизнь. В которую меня пока даже ни намёком не пригласили.

— Шанс есть всегда. И весьма неплохой. Но на всё — воля Звёзд! Славу так промыли мозги, что я тебе сочувствую, детка. Он придёт в себя и снова будет рваться к той, к которой связан узами Пары.

— Она … его Пара?! — Я была в шоке.

— Она для него — да. Он для неё — нет. А может это и не парность вовсе. Слышал, что сакоты лихо проворачивают такое. Выпьют отец и сын у тебя крови бочку и нервов порвут мешок. Ну да будем надеяться на лучшее. Впасть в тоску — можно всегда.

Мы уже вошли в дом, где нас ждал накрытый стол.

— Всё готово, хозяйка. Но нэр Урух предупредил, чтобы за стол садились без него. Он куда-то улетел. Но обещал поторопиться. — Сообщила экономка.

— Ну! Выше нос, детка! Неужели ты не справишься с какими-то избалованными стервами?! Нравится мужик — бери его! Отними! И ей рыло начисть! Чтобы молодёжь не растлевала! — Сваль так хлопнул меня рукой по плечу, что я едва устояла на ногах.

“Нет, а действительно! Вот возьму и отниму!” — Решила для себя, но ничего сказать не успела. Потому что на пороге столовой появился совершенно “выжатый” Корвин.

— Нэра Эйхард, простите за опоздание. Меня настоятельно попросили оставить сына и не мешать реанимационным действиям.

Я удивилась, а Свальк, вдруг, шкодливо мне подмигнул.

“Понятно откуда такие рекомендации. Не забыть бы поблагодаить!” — Подумала я, но вслух сказала совершенно нейтральным тоном:

— В таком случае, разделите с нами ужин и будьте здесь — как дома.

Корвин обалдело уставился на меня:

— После всего … плохого … вы принимаете меня в свой ближний круг?!

— Да. Посколько большая доля вины лежит на мне. Я просто обязана приютить вашего сына и вас.

— Но вы ни в чём не виноваты! Велла уже давно держит нас с сыном на удавке. Для сына — это любовь. Безумная, уничтожившая всё хорошее, что в нём было. А у меня удавка — Слав. Из-за моей неосмотрительности погибла его мать. И он для меня — единственная родня.

— Вы любили мать Слава?! — Свальк безжалостно начал допрос.

— Теперь, через столько лет, я понимаю, что там не было любви. Была влюблённость, страсть, сумасшедшее желание. Когда мать Слава поняла что беременна, она ничего мне не сказала. Спряталась у своей дальней родственницы. Там же начались роды, в которых Слав её убил.

— Она была карианкой! — Припечатал Свальк.

— Да. И ребёнок, в отсутствии отца, в отсутствии квалифицированной помощи, прогрыз себе путь через её живот.

— Это было глупое решение с её стороны. — Буркнул доктор.

— Это в первую очередь — моя вина.

— В чём-то — да. Но это не значит, что надо позволять ребёнку всё на свете. Вот у вас и вырос махровый эгоист. Который в первую очередь печётся о себе и своих желаниях.

— Я понимаю… и тут я виноват…

— А как получилось, что вы стали почти рабом вашей жены?!

— Она почему-то выбрала меня. Но мне было не до женщин. Слав рос капризным, болезненным… Я ей так и саказал. Прошло несколько лет. Помню этот день — как сейчас. У сына было первое совершеннолетие, которое он хотел встретить с приятелями. Без опеки взрослых. Когда на следующий день он не приехал домой, я собрался его искать. Но тут … мне прислали файл … На нём Велла была в постели со Славом и ещё тремя мужчинами. Она сказала, что для него она пара … И поставила условие…

— Чтобы вы стали её мужем?! — Нехорошо усмехнулся Свальк.

— Да. Иначе, она прогонит Слава. Я, конечно, отказался.

Корвин замолчал, слепо глядя в никуда:

— И уже в тот же вечер мне вернули сына. Как вернули — сбросили с флаера.

— А он возненавидел вас?! Потому что она сказала, что допустит его к телу только в обмен на вашу женитьбу?!

— Да.

— Долго продержались?!

— Полгода. Что Слав творил … стыдно сказать. Денег стало не хватать. Со мной разорвали контракт. Потому что я не мог никуда улететь. Не мог оставить его без присмотра. Мне предложили стать наставником в Сиротском Доме. И я с благодарностью принял это предложение. Дети помогли мне не свихнуться. Как-то Слав вызвал меня с работы. Встал на колени … прямо на улице … и тихо взмолился … он просил стать меня мужем Веллы. И я сдался. Сразу после бракосочетания, он исчез. Мы более не виделись. Он только изредка выходил на связь. И Велла постоянно задавала один и тот же вопрос — когда мы с ней консумируем брак. И каждый раз я отвечал — “никогда”! Я был слеп. И не хотел видеть, что она его убивает…

— Подайте прошение на развод. — Отрезал Свальк, — Император не откажет вам.

— Сначала надо вылечить Слава.

Врач только фыркнул и придвинул к себе блюдо с запечёной птицей.

Я принялась за салат.

Всё ясно … Мужик пообжегся и ему не нужны никакие отношения.

Фигово. Но — переживу!

Аппетит пропал совершенно и я встала из-за стола:

— Простите, но я всё ещё неважно себя чувствую. Поэтому — располагайтесь. Не стесняйтесь. А я пойду отдыхать.

И просто сбежала из столовой, оставляя там саркастично настроенного Свалька и отрешенного Корвина.

Думала, что на нервах не смогу уснуть. Но подлый организм, явно назло, отключил меня как только я головой коснулась подушки.

Утром встала так, словно очнулась от долгой болезни. Хотя … вот такую влюблённость и можно причислить к заболеванию.

Я поняла, что не хочу никого ни у кого отнимать. Нравится Корвину быть жертвой, нравится искупать некие надуманые грехи — его решение. Я же просто выполню свой человеческий долг. Помогу чем смогу. И на этом — всё!

“Надо же, какая цаца!” — Пыхтела я, совершая утренние процедуры, — “По-моему, так он втянулся в игру со своей женой. Типа, он весь такой честный-неприступный, а его совращает демон в женском обличье самыми извращенными способами. Да пошел он … Гад! Так, не буду заводиться. Что у нас там из неотложных дел на сегодня?!”

Думала, что встала рано, но на кухне обнаружила как всегда — безупречно-аккуратного сет-пторха. Который колдовал над плитой.

— Хорошее сегодня утро, — Дружелюбно улыбнулся он, оглядываясь на меня.

— Прекрасное. — Без тени иронии ответила я и принюхалась, — Пахнет вкусно. Вы … ты умеешь готовить.

— Да. — Сверкнул белоснежными зубами Урух, — Вот … хотел сделать для ва… для тебя маленький сюрприз. И приготовить рыбку.

— Рыбкуууу?! — Я активно принюхалась. — Рыбку я люблю!