Поместье «Снигири» - Анна Дашевская

– Давай, я попробую с Лиховцевой поговорить?

– Лучше пусть Сашка. Он очень трогательный, когда смотрит этаким щенячьим взглядом, девушки от трёх до трёхсот лет тают.

– Пусть Сашка, – пожал плечами Пётр. – Фарид, расскажи пока, что поведала вдова?

– Вдова… – Аббасов словно попробовал это слово на вкус и скривился. – Госпожа Маркова разговаривала вяло и неохотно. О делах мужа ничего не знала, числилась его помощницей, но там не работала. Оставалась дома, чтобы заниматься ребенком.

– Погоди, каким ребенком? Мальчик Коля восьми лет от роду учится в закрытом лицее с проживанием, и дома с матерью бывает только на каникулах, – Шкуматов ткнул пальцем в досье.

– Ну, значит, она занималась своими делами! Я излагаю то, что говорила вдова, а не то, что я об этом думаю! – рассердился Фарид.

– Извини, – Пётр примирительно поднял ладони. – Давай дальше.

– А всё!

– Всё? Ты там проторчал часа два, не меньше!

– Сперва она плакала и сморкалась. Потом рассказывала вот всё то, что я перечислил, только в пять раз дольше: мекала, экала, повторялась, снова плакала. А потом вдруг сообщила, что ей нужно идти к больному ребёнку, и выпроводила меня в момент!

– Она никуда не выходила после допроса?

– Нет, – покачал головой Аббасов. – Я поставил наблюдателя, вчера до ночи Алла Маркова оставалась дома.

В эту минуту затрезвонил коммуниктор, и старший инспектор увидел на экране осунувшееся лицо своего начальника, секунд-майора Бахтина.

– Глеб, зайди ко мне, – сказал тот.

Идти было недалеко – несколько шагов по коридору. Секунд-майор и в самом деле выглядел вымотанным до последней степени, что с ним бывало редко. Прямо скажем, очень редко! Глеб Никонов стал прикидывать, когда же он в последний раз видел начальника в таком виде, и решил, что года два назад. Из-за этих размышлений он пропустил первые слова Бахтина и услышал только:

– …к пёсьей матери!

Пришлось повиниться.

– Простите, Сергей Иванович, задумался и не услышал!

– А ты должен быть внимателен и почтителен, когда с тобой начальство говорить изволит! В центральном управлении я сегодня был, понятно тебе?

Глеб кивнул: и в самом деле, всё было понятно, в частности, усталый вид секунд-майора. Бахтин получил свою порцию розог, теперь должен раздать своим подчинённым.

– И чего они от нас хотят?

– Они хотят результатов в расследовании смерти Маркова, и я, в общем-то, могу их понять.

– Да, господин секунд-майор!

– К тебе сегодня заедет коллега из Истры, он расследует смерть Гогнадзе. По вновь открвшимся обстоятельствам решено считать, что это было всё-таки убийство, и что оно, возможно, имеет прямую связь с убийством врача. Ты как, в курсе?

– Более или менее, – поморщился Глеб. – Вы ж, наверное, знаете, что в ту историю по самые ушки влезли наши друзья из Бюро расставаний? – секунд-майор кивнул. – Ну вот, я вчера был у них, и похоже, что смерть доктора Маркова может быть напрямую завязана с делом, которое они расследуют…

– Вот и хорошо. Они ребята сообразительные, может, что-то и принесут в клювике. А теперь иди. Дело Гогнадзе тебе привезёт инспектор Коваль из истринского управления. В ближайшее время будете работать вместе для ускорения, усиления и что там ещё бывает.

И Бахтин махнул рукой, обозначая направление, куда старшему инспектору следует отправиться, а сам уткнулся в бумаги.

– Сергей Иванович, приказ бы?

– О чём?

– О привлечении гражданских консультантов. Мало ли что… – туманно пояснил Никонов.

– Ну так и иди к секретарю, через полчаса будет тебе приказ!

Кабинет его освободился, поэтому Глеб сел за стол, просмотрел лежащий перед ним протокол беседы с госпожой Екатериной Лиховцевой, похмыкал над прочтённым и принялся печатать. Ему предстояло свести в единый документ всю информацию по расследованию, полученную к данному моменту.

* * *

– Нам нужен дом номер пять, строение два, – сказал Андрей. – Кажется, вот сюда, через арку…

Двухэтажное здание, выкрашенное в приятный бледно-оливковый цвет, находилось в глубине двора, и от Успенского переулка его отделял длинный-длинный, в четырнадцать окон, особняк знаменитого коллекционера Щукина. Вход в доме номер пять был всего один, к нему вели шесть ступеней, по бокам от которых дремали львы со скучающими физиономиями. Справа и слева от двери размещались таблички, справа – «Журнал «Столица и усадьба», слева же сообщалось об агентстве недвижимости с таким же названием.

– Красиво, – одобрила Елена. – Только как тут умещается целая редакция? Журнал я видела, солидное издание, а печать какая прекрасная!

– А редакция тут и не сидит, – успокоил её напарник. – Они арендуют площади у «Северной пчелы», на Тверском бульваре, а здесь квартира главного редактора и владельца, Александра Владимировича Крымова. Впрочем, нам всё равно не туда…

И он потянул на себя дверь.

Несмотря на то, что частично дом был жилым, никакого швейцара или консьержки не было. Просто из просторного холла в лацийском стиле – с люстрой муранского стекла, мраморными статуями и полом, вымощенным шахматными квадратами – в две стороны вели двери. Андрей повернул к левой и распахнул её, пропуская Елену.

Глава агентства недвижимости выглядел так колоритно, что Лене захотелось познакомить с ним Корнелия Васильева. С Платона Владимировича Крымова нужно было бы писать какого-нибудь легендарного богатыря, свирепого викинга или вооружённого топором галлогласа, огромного, мощного и бородатого. Голос у Крымова был под стать фигуре.

– Прошу, присаживайтесь, – прогудел он. – Чаю, кофе, водки?

– Спасибо, нет, – улыбнулась Елена.

Андрей добавил:

– Мы не будем отнимать у вас много времени. Я Андрей Беланович, это мой партнер Елена Асканова, мы представляем агентство расставаний. Вот наши визитные карточки, – на стол легли картонные прямоугольники с названием агентства. – Напомню, я звонил вам сегодня, и речь шла о поместье Снигири в Подмосковье. Продажей Снигирей вы начали заниматься, но что-то не сложилось.

– Да-да, – кивнул Платон Владимирович, отчего-то внимательно глядя на Елену. – И вам поручили выяснить причины того, что отличное поместье с хорошим куском земли более полутора лет не удаётся продать, правильно? Хорошо… Занимался этой сделкой Саша Чернегов, и сорвалась она как-то совсем уж неожиданно. Тут вот документы, – ладонью, широкой, как лопата, он похлопал по нетолстой картонной папке. – Можете посмотреть, только смысла в этом нету, поскольку данных там никаких не имеется. Дело дошло до стадии составления договора, Чернегов отправился к покупателю согласовывать… По-моему, в ноябре прошлого года это было.