Повелевающая - Келли Армстронг

Когда доктора отпустили нас, мы с Дереком вместе вышли в холл. Я попыталась приотстать, завозившись с воображаемым пятном на юбке и дав ему время уйти вперед. Это избавило бы нас от неловкости. Но Дерек остановился, скрестив руки на груди и терпеливо барабаня пальцами по бицепсам.

Он спас меня. Я должна быть благодарна ему. Я и была благодарна. Но в тот момент… не знаю. У меня болела голова, и я все еще переживала такую реакцию своей тети.

— Что ты там трешь? — спросил он наконец.

— Пятно.

— Нет там никакого пятна.

Я выпрямилась и поправила рубашку.

— Это потому что я его очистила.

Я попыталась обойти его сбоку. Но он не пустил.

— Нам надо поговорить, — шепнул он.

— Ты думаешь, это сейчас уместно?

— Симон будет с нами, — сказал он. — Через пять минут. Во дворе.

* * *

Я действительно думала, что лучше, чтобы нас с Дереком не видели вместе, даже если рядом будет Симон. Поэтому через пять минут я удобно устроилась на диванчике в медиакомнате, вставив в уши наушники и пытаясь забыться в музыке.

Тут над моей головой промелькнула тень, и я подпрыгнула.

Надо мной стояла Рэ.

— Спокойно. Это всего лишь я.

Я вынула из ушей наушники.

Рэ кинула свой свитер на спинку стула.

— Так что случилось?

— Не то, что все думают.

— Ну.

Она уселась на другой конец дивана, подогнув ноги под себя и положив на колени подушку. Рэ ждала интересной истории. Она знала меня меньше недели, но понимала, что мы с Дереком в этом подполе не развлекались.

— Я попозже тебе расскажу, — сказала я. — В комнате.

— Но ты расскажешь, правда?

Я кивнула.

— Ладно. Как все прошло?

Я рассказала ей про беседу с докторами и про тетю Лорен.

— Одно дело, когда чужие люди думают, что ты сделал то, чего сделать никак не мог. Они-то хоть тебя не знают. Но когда так считает человек, который уж точно должен тебя знать и понимать? — Я покачала головой.

— Да, я тоже с таким сталкивалась. В школе, если я делала что-то не так, меня вызывали в кабинет куратора, и он читал мне лекцию о соблазнах улицы и о том, как важно оставаться в школе. Но, простите, разве в моем личном деле есть хоть какой-то намек на то, что я могу связаться с шайкой? Или что я не придаю большого значения школе? У меня твердые четверки, и я никогда не прогуливаю уроки — так что идите читать лекции кому-нибудь другому.

Рэ прижала подушку к груди.

— Я себя убеждала: да ладно, они тебя совсем не знают. Но такую же ерунду я слышу и от своей мамы. Каждый раз она напоминает мне о моей подруге Трине. Та убежала из дома в четырнадцать лет, связалась с какой-то шайкой, и ее застрелили во время уличной перестрелки. Но алле? Какое это имеет отношение ко мне? Мы с Триной перестали дружить не просто так. Мы с ней совсем разные.

— Наверное, они желают нам добра. Но это очень больно слышать.

— Хуже всего то… — Ее взгляд скользнул куда-то поверх моей головы. — Что тебе надо?

Дерек обогнул кресло и встал прямо передо мной.

— Я, по-моему, ясно сказал «через пять минут». — Он постучал по циферблату.

— Сказал. А я ответила, что это не самая удачная идея.

— Нам надо с тобой поговорить.

Рэ начала подниматься.

— Мне позвать нянечек?

Я махнула рукой, чтобы она села, потом повернулась к Дереку.

— Нет.

Он сунул руки в карманы, покачался на пятках и наконец выдал:

— Симон хочет с тобой поговорить.

— А у Симона ноги есть? — спросила Рэ. — А рот? Ты что, его верный святой Бернард, который ходит и передает послания своего хозяина?

Дерек повернулся спиной к Рэ.

— Хло? — В его голосе послышались нотки мольбы, и моя решимость начала таять. — Хло, пож… — Он задержался на последнем звуке, растянув его. Я подумала, что он вот-вот скажет «пожалуйста». И если бы он это сказал, я бы сдалась, несмотря на свою решимость избегать опасных ситуаций. Но через мгновение он проглотил звук, развернулся и вышел.

— Пока! — крикнула ему вслед Рэ. — Всегда приятно побеседовать с тобой! — Она повернулась ко мне. — Так ты расскажешь мне, к чему все это?

— Обещаю. Ну, как вы поплавали?

— Да нормально. Приятно вырваться отсюда хоть ненадолго. Но особого веселья там, конечно, не было. Симон наматывал круги по дорожке, а я едва бултыхаюсь по-собачьи. Так что каждый плавал сам по себе. Ничего нового. Правда, у них там есть клевая горка, я…

Она снова глянула поверх моей головы и предупредила меня кивком головы.

— Привет, — сказал Симон.

Он присел на подлокотник, и я потеснилась, давая ему место. Там, правда, сидела Рэ, так что двигаться особо было некуда, и бедро Симона прижалось к моему плечу.