Гнезда химер: Хроники Хугайды - Макс Фрай

– Ладно, пойду по обыкновенной, – вздохнул я. И нерешительно спросил: – А вы меня туда не проводите? – честно говоря, я был совершенно уверен, что меня пошлют подальше, но робко добавил: – Наверное надо, чтобы кто-то замолвил за меня словечко: мне ведь нечего им предложить в качестве платы за проезд – разве что одеяло Ургов… Как вы думаете, оно им понравится?

– Вряд ли, – усмехнулся он. Остальные Вурундшундба оглушительно расхохотались. – Страмослябы – ребята простые и необразованные. Они понятия не имеют, кто такие Урги, а уж такие тонкости, как волшебные вещи людей Мараха, вообще не укладываются в их пустых головах… Ладно уж, не ной: я с самого начала собирался тебя туда проводить. Во-первых, мы никого не пропускаем в те места, где живут Страмослябы – только любопытных глаз посреди этого срама нам не хватало! – во-вторых, ты такой бестолковый, что скорее всего заблудишься и будешь пугать здешнее зверье своим отчаянным воем, а в-третьих, если ты припрешься к Страмослябам в одиночестве, они сразу же сделают тебя своим рабом, и дело с концом. Будешь чистить их свиней и жрать до икоты – пока тебя не призовут Гнезда Химер.

Тут все Вурундшундба снова дружно заржали.

Очень смешно! – ядовито подумал я. А потом до меня дошло, что этот неприветливый дядя только что твердо пообещал, не бросать меня на произвол судьбы. Он даже не поленился аргументированно объяснить сие неожиданное решение – на большее я и рассчитывать не смел!

– А когда мы отправимся в путь? Можно сегодня? – с надеждой спросил я. Хотел я этого, или нет, а заявление Вурундшундба, что в моем распоряжении осталось всего двести двенадцать дней, потрясло меня до глубины души, так что в моей бедной голове сразу же заработал своего рода счетчик. Завтра их останется всего двести одиннадцать, – это я понимал очень хорошо, с математикой у меня всегда было в порядке!

– Вот это правильно, – одобрил он. – Ты уже понял, что время – это сокровище, которое всегда уплывает из рук. Вообще-то, такие вещи следует усваивать с детства, но лучше поздно, чем никогда! Не дергайся, мы отправимся в путь не просто сегодня, а прямо сейчас. Ступай за своим драгоценным одеялом: оно тебе еще пригодится!

Я пулей влетел в каменное сооружение, приютившее меня на целые сутки, схватил одеяло и сумку Альвианты. Она уже опустела, и была мне не слишком нужна – просто мне показалось, что хозяин помещения будет очень недоволен, если я оставлю на его полу хоть какие-то следы своего пребывания.

Через несколько секунд я вернулся к Вурундшундба, победоносно размахивая своим багажом. К моему величайшему удивлению, они уже успели куда-то подеваться. Остался только тот дядя со сросшимися бровями, который собирался стать моим проводником.

– А где остальные? – растерянно спросил я.

– А зачем они тебе? – равнодушно откликнулся он.

– Просто… надо же попрощаться! – объяснил я.

– С чего ты взял, что должен прощаться с людьми, которым нет до тебя никакого дела? – удивился он. – Им недосуг, знаешь ли…

– Ладно, как скажешь. Я просто хотел быть вежливым, – я снова почувствовал себя обиженным, и ничего не мог с этим поделать.

– Не занимайся пустяками, – дружелюбно посоветовал Вурундшундба. – У тебя сейчас есть одна цель: удрать домой – и чем скорее, тем лучше. Подумай: если бы ты вежливо попрощался с моими товарищами, это приблизило бы тебя к цели?

– Нет, конечно, – я невольно улыбнулся.

– Тогда чего топчешься с постной рожей? Пошли, – и он стремительно зашагал куда-то влево: через густые заросли высокой травы, мимо причудливых каменных сооружений, каждое из которых при ближайшем рассмотрении оказалось не похожим на прочие… Через полчаса мы миновали последнее из строений и оказались в лесу. На землю быстро спускалась ночь. Вскоре после того, как мы зашли в лес, стало совсем темно. Теперь я совсем не мог разглядеть своего спутника: его и при дневном-то свете было едва видно, со всей этой маскировочной растительностью на балахоне! Но это было не обязательно: я и без того все время ощущал его присутствие. Друзья моей юности непременно заявили бы, что у этого дяди невероятно тяжелая аура – впрочем, как у все его соплеменников…

– Слушай, а ты – тот, кто встретил меня на краю леса? – осторожно спросил я. – Было темно, я ничего толком не разглядел… И ведь мы так и не познакомились!

– Нет, я никак не мог встретить тебя на краю леса: я уже триста с лишним дней не сторожил Тропу, – равнодушно откликнулся голос из темноты. Потом он недоуменно переспросил: – А почему ты говоришь: не познакомились? Я видел тебя, ты – меня, мы даже довольно долго разговаривали – не далее, как сегодня днем. Чего ж еще?

– Но я до сих пор не знаю, как тебя зовут, – объяснил я. – Если не хочешь называть свое имя, скажи, как я должен к тебе обращаться…

– А, имя… – протянул он. – Понятно. Но у нас нет имен. Мы такими глупостями не занимаемся! – гордо добавил он – прямо как пятиклассница, которой впервые предложили поцеловаться!

– Нет имен? – если честно, я почти не удивился. Я уже уяснил, что эти Вурундшундба – ребята с закидонами, от них чего угодно можно ожидать!

– Мы – Мараха Вурундшундба, – с пафосом сообщил мой спутник. – В свое время, когда этот фантазер Шапитук носился по всем материкам и раздавал имена людям Мараха, мы отказались от такого излишества. Мы вообще не любим излишеств…

– Да, я заметил, – невольно улыбнулся я, вспомнив дом, в котором провел ночь. – Ладно, с именами мне более-менее понятно: без них действительно можно обойтись. А вам не бывает холодно? И никогда не хочется есть, или спать?

– Как это – не хочется есть, или спать? – снова удивился он. – Ну уж нет, мы же все-таки люди… С чего тебе вообще такие глупости в голову лезут?

– Но я не увидел ни посуды, ни постельных принадлежностей в том доме, в котором спал, – объяснил я.

– Ну и что? – Усмехнулся он. – Когда нам нужны какие-то вещи, они у нас появляются, когда необходимость в них пропадает, они исчезают – чего тут непонятного?

– Появляются и исчезают? – удивился я. – Значит, если сейчас ты захочешь есть…

– У меня будет столько еды, сколько мне требуется, – подтвердил он. – А если мне приспичит поесть с драгоценного блюда, у меня будет это блюдо. А когда я закончу есть, его не станет: зачем мне лишний хлам?

– Здорово! – искренне сказал я. – Мне бы так научиться!

– Ты-то как раз вполне можешь этому научиться – со временем, – совершенно серьезно сказал он. – Нужно только, чтобы оно у тебя было, это самое время!

– Думаешь, я бы смог научиться? – с сомнением спросил я.

– Да, ты легко всему учишься, – равнодушно подтвердил он. – Именно поэтому ты такой избалованный. Ходишь, ноешь, что утратил свое распрекрасное могущество, а сам почти не пытался это исправить – я уже говорил тебе, что это глупо, могу еще раз повторить…

– Я уже понял, что это было глупо, – вздохнул я. – Но что толку кусать локти! Я же не могу вернуться в прошлое и начать вести себя по-другому…