Шах и Мат - Кэмерон Джейс

— Игру, в которой есть хоть малейшая вероятность того, что. я могу выиграть. Всего чуточку.

— С этим я тебе помочь не смогу, — отвечает Шахматист. — Это ты у нас тут тупица, не я.

— Да, но ты мог бы сыграть от моего имени.

— Я так и хотел сделать, но ты меня остановила.

— Но ты бы мог сделать блестящий ход от моего имени, согласись, — сокрушаюсь я.

— Опять же, с какой стати мне это делать?

— Чтобы доказать зрителям, что тебе под силу победить даже с таким блестящим ходом.

Улыбка Шахматиста становится шире. Ему понравилось. Он бросился в осиное гнездо, очертя голову, сам того не ведая. Даже если мне удастся выиграть немного времени, я все равно не знаю, что мне делать.

А потом он делает третий ход от моего имени.

Глава 76

Финальная Шахматная Партия, Шахматный Город, Калмыкия

Это вынуждает меня выпить третий шот. Я ничего не почувствовала после первых двух, но после третьего начинает кружится голова. Это плохо, нужно мыслить трезво — чтобы придумать что-то еще. Удивительно, но Шахматист старается переплюнуть свой же ход. Несколько человек из невидимой толпы перешептываются. Шахматист напрягается. Пару мгновений спустя я вижу, как он покрывает испариной. Неужели он настолько глуп или прежде ему не доводилось играть против собственного раздутого эго? Но, наконец, ему удается ответить на собственный же ход.

— Восхитительно! — кричат люди в толпе.

— Теперь я сыграю твой четвертый ход, — говорит он мне.

И прямо там, когда его рука уже тянется к моим фигуркам, у меня в голове вспыхивает лампочка. В это же мгновение я останавливаю его руку.

— Что теперь?

— Думаю, я могу сделать следующий ход, — объявляю я.

— Неужели?

— Думаю, я смогу побить тебя, — говорю я.

— Правда? Снова? Ты, правда, думаешь, что имеешь хотя бы малейшее представление о том, что говоришь?

— Думаю, да.

Люди в темноте ахают.

— Бросьте, — говорит Шахматист. — Вы же не верите, что она в самом деле…

Я перебиваю его, сделав ход. Ход победителя. Шахматист щурится. Его лицо мрачнеет. Он хмурит брови и лоб. Затем Шахматист неожиданно разражается громким смехом.

— Ты и понятия не имеешь что сделала, да? — Он тыкает пальцем в шахматную доску. — Ты так наивна, что и понятия об этом не имеешь.

— Почему? — я изобразила удивление, страх, волнение и шок.

— Ты только своим ходом дала мне возможность быстро и легко выиграть, — говорит он.

— Ты несерьезно.

— О, да. Ты безнадежно проиграла. Худшего хода и придумать невозможно. Я могу поставить тебе шах и мат прямо сейчас.

Я борюсь с улыбкой, но все же дергаю уголком рта. К сожалению, он это замечает.

— Погоди, — он выпрямляется на стуле. — У тебя есть некий план, да?

Я мрачнею, напрягая плечи.

— Хотела бы, чтобы был. Я, правда, думала, что это мой лучший ход.

— Правда? — Он обдумывает это. — Знаешь, никто из мировых лидеров, с которыми мне довелось играть, понятия не имели насколько плохи они в шахматах, делая никудышные ходы.

— Ой, — я прижимаю ладонь к губам. — Неужели я так сделала?

— Ты могла бы застрелиться в Русской Рулетке и все равно вышло бы не так плохо.

— Не мог бы ты дать мне шанс, чтобы все исправить? — молю я, тянусь к его руке.

Шахматист отдергивается.

— Нет, конечно же. И знаешь почему? Потому что твой ход настолько плох, и у меня нет иного выбора, кроме как поставить тебе мат. Серьезно, у меня буквально нет иных вариантов, лишь закончить игру прямо сейчас.

Пока я умоляю, а он злится, он тянется к своему любимому коню и рубит мою королеву. Толпа за моей спиной аплодирует и радостно восклицает, повсюду вспышки камер. Шахматист сделал свой четвертый ход и поставил мне шах.

— Именно этого момента я ждал, — говорит он, и гордость охватывает его душу. — Я убил тебя, Алиса.

Тогда-то я откидываюсь на спинку стула, скрестив ноги, и опустив руку на подлокотник стула, с презрением разглядывая его. Шахматист не первый ощутил, что на самом деле здесь происходит, как и его зрители. Один за другим раздаются вскрики:

— Она его обманула!

Лицо Шахматиста краснеет настолько, что у меня создается ощущение, будто оно вот-вот начнет кровоточить. Он смотрит на шахматные фигурки, поверенную королеву и все равно не понимает. Вокруг чего такой шум? Почему зрители кричат, что эта мелкая девчонка из Страны Чудес обманула его?

Он переводит взгляд на отравленные шоты. Я ловлю момент и, схватив четвертый шот, с легкостью проглатываю его. Он сводит меня с ума и я едва не плачу, но виду не показываю, потому что на кону нечто большее: спасение мира.

— Ты обманула меня, — Шахматист откидывается на стул. — Ах ты мелкая су..

— Побереги ругательства до того момента, как будешь гореть в аду, — говорю я ему, припоминая чему учил меня Пиллар. — Я заставила тебя играть по своим правилам, а не по твоим.

— Кто научил тебя этому трюку? Почему никто не подумал об этом прежде?

— Потому что они тебя боялись. Ты террорист, который бомбит здание с невинными людьми, потому что тебя обидели в прошлом. Ты запугивал людей и вынуждал их играть с тобой. — Я едва могу перевести дух. — И все что мне пришлось — заставить тебя сыграть по-моему, а не по твоему.

— Заставив меня подумать, что ты сделала свой лучший ход, в то время как он намеренно был самым худшим. — Стонет Шахматист, понимая, что его время пришло.

— Именно, — продолжаю объяснять я. — Ты силой втянул меня в игру, где я должна была попытаться выиграть в заведомо проигранной партии, считая, что у меня нет иного выбора, кроме как выпить седьмой отравленный шот, который убьет меня.

— А ты одурачила меня, проиграв раньше и не купившись на мои уловки. — Шахматист впечатлен, но в тоже время опечален и разочарован самим моим существованием. — Теперь, когда ты сделала глупейший в истории ход, у меня нет иного выбора, кроме как поставить шах и мат в четвертом раунде.

— Глупость недооценивают.

— И, безрассудно поставив мат в четвертом раунде, ты не дойдешь до седьмого шота, а значит — не умрешь, — заканчивает он за меня. — Ты выторговала себе местечко из ада, будучи идиоткой.

— Предпочитаю, чтобы меня называли сумасшедшей.

— И это еще не все, — Шахматист выговаривает слова, будто вбивает гвозди в свой собственный гроб. — Раз я не могу удить тебя, я должен выпить все семь чашек с ядом, даже несмотря на шах и мат. Таковы правила игры.

— Дай мне подправить эту часть. На самом