Серый ферзь. Чужой среди чужих - Александр Бушков

Голова мелко задрожала, как будто собираясь сорваться спьедестала, убежать, скрыться…

Сварог не сразу сообразил, что это не голова трясется –ходуном ходит поверхность фиолетового камня, покрывается волнами, как взбаламученнаявода, колышется, вот и пол под ногами закачался, из четырех углов камня с ревомударило вверх фиолетовое пламя, достигло потолка, закрутилось там в почему-тоне смешивающиеся спирали, заклубилось, приняло форму то ли стоящего начетвереньках человека с непропорционально большой головой, то ли рептилии,стало быстро всасываться в потолочные камни, как вода всасывается в песок. Залнаполнился прерывистым ревом, в котором отчетливо слышался нечеловеческий хохот– хохот радости, торжества, мести. Все бросились в стороны, вздыбившийся полсвалил людей с ног, а совсем рядом с ним, задев жесткими волосами его лицо,шлепнулась голова мага, и Сварог еще услышал сквозь ревущий хохот, как с синихгуб Гарпага сорвалось:

– Значит, это магистр…

И все смолкло. Больше не было пламени, больше не качалсяпол, камень замер, только поверху, во всю длину его, протянулась глубокаятрещина. И блюдо, и булавки исчезли самым загадочным образом. Хотя, может быть,просто за пьедестал свалились… Люди поднимались, отряхивая пыль, чихая.

– Боже, ну конечно! – простонал Борн. – Онвырвался – Ягмар или кто там был заключен в камне. Человеческая кровь,трехгранные пирамидки – достаточно, чтобы…

– Ну и пошел он к русалочьей матери, – сказалкапитан. – Мало в Ямурлаке шляется умирающих демонов?

– И все равно, все равно… – Борн говорил быстро,горячечно. – Гарпаг не врал о Харлане и герцогине Мораг, но… Насподставили, капитан, и Гарпага, и нас, нас с ним свели здесь. Кто-то точно всерассчитал – что мы будем в спешке допрашивать его на месте, и лучше места, чемэто, не найдем, голова в ходе приготовлений будет лежать на постаменте, и накамень попадет хотя бы капля. Демона хотели освободить, и подвернулся удобныйслучай.

– Ладно, я понял, – сказал капитан. – Нужнорвать когти, а все остальное – излишняя риторика. Пошли!

Они выскочили из капища. Но матросы даже не обернулись к ним– они смотрели в поле, а с поля со скоростью идущего рысью всадника наплываластена белесого тумана, и меж деревьев на вершине пологого откоса просачивался туман,заволакивая ветви и кроны. Туман надвигался со всех сторон – быстро, беззвучно,целеустремленно замыкая кольцо. Сварог закинул на плечо ремень трофейногопулемета и растерянно глянул на капитана.

– Ягмар, больше некому, – сквозь зубы проговорилБорн. – Его лап дело. Но там, в тумане, кто-то должен быть – кто-то, ктоуправляет им…

– Отсидимся в капище? – предложил боцман.

– Черта лысого мы там отсидимся, – быстро сказалкапитан. – И потом, все лошади там не поместятся. Лучше очертя головукинуться в туман, что бы нас там ни ждало, чем остаться пешими посредиЯмурлака. Год выбираться будем… Борн, можешь что-нибудь сделать?

– Попробую. Если это заклятье Коглума…

– Без риторики?

Борн копался в своем мешке. Туман надвигался, колышась итрепеща.

– Сколько у вас магазинов? – спросил капитан.

– Два, – ответил Сварог.

– У меня и вовсе один. Паршиво. – Он склонился куху Сварога: – Борна берегите. Если что… В Харлане ищите барона Дальга. Ему ирасскажете. Про навьев, про герцогиню и мага, про все остальное. Борн, ученуютвою душу!

Борн достал из мешка зеленую палку длиной с локоть итолщиной в палец:

– Но хватит ненадолго!

– Что делать, – сказал капитан. – Орлы,держаться вместе! Если потеряемся – друг друга не искать, не тратить время,каждый прорывается на корабль в одиночку! Вперед!

Туман почти сомкнулся вокруг них. Борн чиркнул самойобыкновенной спичкой, поджег конец своей палки, и она занялась подобнобенгальскому огню, только гораздо медленнее, разбрасывая вокруг снопы зеленыхискр. Оглянувшись на остальных, Борн поскакал вперед, держа сыплющий искрамифакел высоко над головой. Все помчались следом, прямо на сизо-белесую стенутумана, окунулись в нею, врезались.

Амулет на груди Сварога леденил кожу.

Странный факел Борна чудесным образом рассеивал мглу, словнобы создав пузырь чистого прозрачного воздуха, и этот пузырь несся вместе свсадниками. Казалось, они несутся вскачь в полукруглом туннеле, под копытамишуршит обыкновенная трава, из стен тоннеля изредка высовываются обыкновенныекустики… а за стенами смутно колышутся, то придвигаясь, то отпрыгивая,дергающиеся тени. Жутко было и представить, кто может такие отбрасывать…

– Вместе держаться! В куче! – орал капитан Зо.

Нервы у Сварога не выдержали, и он выпустил длинную очередьв одну из теней, вот-вот готовую высунуться из тумана наперерез. Теньотшатнулась, исчезла с диким шипеньем. Стрела свистнула слева направо передсамым его лицом, за ней полетели другие, со всех сторон, и сзади послышалсяотчаянный вопль. «Что ж, раз стреляют из арбалетов или там луков – естьшанс, – понял Сварог. – Значит, это не нечисть. Значит, люди. А слюдьми мы уж как-нибудь совладаем…» Успокаивал себя, хотя туман казалсябесконечным, казалось, выхода из него не будет никогда, так они и будут нестисьвперед, пока не рухнут изможденные кони… Лошадь без седока обогнала Сварога,потом Борна, рванулась в сторону и утонула в тумане под торжествующий нелюдскойвизг многих глоток. «Шестипалый, – подумал Сварог отрешенно, – этоего арбалет был приторочен к седлу…»

Его немилосердно швыряло в седле – они мчались наугад, ипару раз конь спотыкался. «Это ненадолго», – подумал Сварог. В любой мигможно ухнуть в канаву, налететь на деревья, угодить в заброшенный город, коньсломает шею себе и седоку, а туман все не кончается… Показалось илиспасительный туннель в самом деле стал ниже и уже? Из кулака Борна торчитжалкий огрызок… Дерево! Борн ухитрился обогнуть его, Сварогу это тоже удалось –но это означает, что начинается лес…

Сварог потянул поводья – деревья, сливаясь в черную массу,надвинулись со всех сторон. Борн уже остановил коня, и туман поглотил их –правда, он уже не казался столь непроницаемым.

Борн оглянулся:

– И никого больше?

Сварог тоже оглянулся, увидел рядом одного Чабу. Остальныхнет. Множество самых разнообразных звуков доносилось со всех сторон, нечего ипытаться различить посреди этой какофонии знакомые голоса, стук копыт.

– Борн… – Сварог смотрел на него, как ребенок нафокусника. Но сердце тут же упало – лицо Борна стало грустно-отрешенным.Чудеса, похоже, кончились, как это сплошь и рядом случается с чудесами.

Вместо него вопрос задал Чаба:

– Господин Борн, кто там был? Что за твари?.. Нечисть?

– Какая, к свиньям собачьим, нечисть! – в сердцахсплюнул штурман. – Уж лучше бы нечисть… Люди там были, матрос, обыкновенныелюди. Которые иногда похуже всякой нечисти. Поехали осторожненько.