Весна в огне 2 - Юлия Меркурий

Но ничего хоть немного подходящего найти не удалось. В доме госпожи Агнесс царил образцовый порядок, здесь преобладали в основном ткани и одежда, и каждый предмет дышал ею, её чарами. Ничего чужеродного.

Во время обыска Стифгейл смог задать госпоже Кассандре несколько вопросов наедине.

— Госпожа Эльконте, скажите, пожалуйста, не доводилось ли вам встречать молодого человека с одним отсутствующим глазом, простите за такую особую примету. Он важный свидетель.

— Да, я знаю одного такого человека.

— И кто он?

— Господин Тимур. Он приехал из другого города сюда на отдых.

— И как вы познакомились?

— Случайно, в городском храме. Его спутница заметила, что он очень похож на бога Тамира, они разглядывали статуи. Они меня попросили побольше рассказать про местные достопримечательности. Так и познакомились. Потом однажды встретились в театре.

— А вы не знаете, где он проживает? Как его можно найти?

— Нет, не знаю. Может быть, он Максимилиану рассказал? То есть господину Максимилиану Базиле, я их познакомила в театре. Может быть, они о чём-то разговаривали.

— Что ж, я спрошу у господина Базиле.

— А ещё его подруга, госпожа Тая, она, мне кажется, посещала морскую лечебницу. Может быть, про них там что-то знают.

— Спасибо, госпожа Эльконте.

Глава 53

Ещё не зайдя в мастерскую Весны, Стифгейл услышал её возмущённые возгласы. Она обнаружила-таки внутри переговорного аппарата посторонние детали. На первый взгляд они казались самыми обычными шестерёнками, но от них сильно веяло воздушными чарами. И не совсем было понятно, что оскорбило Весну больше: тот факт, что кто-то посмел ковыряться в её устройстве, или дилетантство, с которым это было сделано. По её словам, «это ж кто догадался шестерни из хронометра в переговорный аппарат засунуть? Дураку же понятно, что им здесь не место!»

Когда отправили переговорный аппарат в Орден для дальнейшего изучения, приступили к обыску. Оказалось, что меньшая половина дома, принадлежащая Весне, захламлена гораздо сильнее, чем владения Агнесс. Хозяйка мастерской бережно собирала все остатки материалов, все ненужные детали и запчасти, оставшиеся после выполнения заказов, и складировала в ящиках. Ещё у неё имелись сундуки с морозящими, огненными, энергетическими и ещё одни боги знают какими кристаллами.

Всё это затрудняло поиски. Артефакт, который, по мнению заговорщиков, находился в доме, мог и не излучать чары. Приходилось перебирать содержимое всех ящиков вручную и внимательно разглядывать, прикидывая, годится ли десятидюймовый обрезок трубы или ржавый вентиль на роль артефакта.

Как будто мало было сундуков и ящиков, обнаружился целый чулан, сверху донизу заставленный старой рухлядью. Весна призналась, что понятия не имеет, что в нём находится, она сложила туда всё более-менее заинтересовавшее её барахло, найденное после переезда и больше не трогала — руки не доходили. А ещё примерно столько они отнесли тогда на свалку, поэтому была вероятность, что артефакт вообще выбросили.

Ещё большей неожиданностью оказался оказался маленький крылатый ящер, спикировавший на Стифгейла и повисший у него на рукаве.

— Что это? — спросил Стифгейл у Весны.

Та неопределённо пожала плечами.

— Ящерка.

— Ящерка? — Стифгейл усадил ящера на ладонь, чтобы рассмотреть. Тот сидел спокойно, только вращал глазами в разные стороны и чуть помахивал не до конца сформировавшимися крыльями для поддержания равновесия.

— Угу. Юрк зовут.

— Весна, а вы знаете, что это практически дракон?

— Ой, только вы не начинайте! Это ящерица.

— Угу, крылатая. А вам кто-то ещё говорил об этом?

— Да, было дело, — Весна указала взглядом на стену, смежную с салоном Агнесс.

— То есть вас предупредили, и вы всё равно решили оставить себе ящера, способного притягивать к себе драгоценные камни? — сказал Стифгейл, и вдруг в голову ему пришла странная мысль. Он повнимательнее посмотрел в глаза будущего дракона.

— Да ничем таким Юрк не занимается. По крайней мере, никто не жаловался, — добавила Весна.

фно Стифгейл уже не слушал слушал её. Он проникал в сознание ящера. Установить зрительный контакт получалось не сразу, потому что одним глазом Юрк высмотрел в углу потолка жирную муху и очень на неё отвлекался. Второй же глаз сфокусировался на Стифгейле, и он легонько дыхнул на ящера чарами. Постепенно он смог проникнуть ему в сознание и увидеть, как ящер, забравшись в пространство между стенами и под полом, перемещается по дому в свои тайники. Однажды ящер чуть не потерял свои сокровища, когда переезжал в новый дом, но он смог их вернуть, призвал их к себе. А ещё двуногая, которая имеет честь жить рядом с ним под одной крышей, приносила ему подношение. И теперь Юрк постарался сделать сокровищницу, которую никто не найдет. Стифгейл прикинул, в каком именно месте ящер спрятал свои драгоценности. Выходило, что под лестницей. Стифгейл наложил на ящера легкие чары сна и посадил на подоконник под лучи солнца.

Чтобы добраться до тайника, пришлось разобрать несколько нижних ступеней лестницы, вызвав этим крайнее недовольство у Весны. Она стояла руки в боки, не сводя сурового взгляда со стражей, снимающих доски, отчего те нервно вздрагивали и несколько раз чуть не попали молотками по пальцам.

Под лестницей пришлось снять несколько досок в полу, и Стифгейл, протиснувшийся в угол, выудил из глубокой норы с помощью воздушных чар «сокровища» Юрка. Это оказалась большая горсть камней, преимущественно прозрачных или желтых. К ним попали ещё и поделки из стекла и хрусталя: пробка от графина, несколько пуговиц в форме ограненных бриллиантов, дешёвые бусины. Видимо, Юрк ещё не научился разбираться в драгоценностях и собирал всё, что блестело. Среди этих сокровищ Стифгейла заинтересовал желтый прозрачный камень, довольно крупный, ничем особенным на первый взгляд не выделяющийся.

— Узнаете? — спросил он, показывая камень Весне.

Та пожала плечами.

— Ну, может, где и видела. Я в них особо не разбираюсь.

Стифгейл вернулся к ящеру, совсем разомлевшему на подоконнике, заглянул в его память. Мелькали картинки-воспоминания от недавних к более поздним: вот ящер лежит на камнях в своей сокровищнице под лестницей, вот он бегает с желтым камнем по дому, пытаясь найти,