Битва за Игнис - Ана Адари

- Я понял, мама, - кивнул Раф. – Признаться, я сам об этом уже думал.

- Тебе повезло, что Эсмира тебя любит. Ее невозможно заставить. Не реально уговорить. Можно только покорить, укротить, как норовистую кобылу чистых кровей, и тебе это удалось. Но будь осторожен. Не разочаруй ее после того, как вы поженитесь. Сделай принцессу счастливой. Пока она любит тебя издалека.

- Она поцеловала меня как-то, - улыбнулся Раф, - мы еще были детьми.

- Но она понятие не имеет, что делают мужчина и женщина в спальне, после того, как их проводят в брачные покои.

- Зато я об этом прекрасно осведомлен, - рассмеялся Раф. – Не беспокойся, мама, я сделаю так, что Эсмира окончательно потеряет голову.

- На время забудь о любовницах. Помни: пока Эсмира тебя обожает, она будет сторожить для тебя империю, как цепная собака. Но если ты разочаруешь грату аль Хали, и она задумает отомстить, ты потеряешь все. Есть у тебя уже дети?

- Недавно родился мальчик. Пока я бы в походе. Одна леди была неосторожна.

- А скорее эта леди очень хитра, - нахмурилась Олола. – Ладно, я сама этим займусь. Да ничего не будет с твоим бастардом, - с досадой сказала она, увидев, как прекрасное лицо Рафа исказилось от боли. – Надо же, какой чувствительный. Судьба этих бастардов сейчас такая непредсказуемая. И нам дорог каждый. Его необходимо хорошенько спрятать. До лучших времен. А вот леди должна исчезнуть навсегда. И не проси за нее, она обречена. Никаких любовниц, запомни. Пока ты окончательно не приручишь Эсмиру. А сейчас иди, попроси ее руки. Я думаю, это лучше сделать в саду. Я велю, чтобы туда принесли вино и фрукты. А также сласти.

- Хорошо, мама, - послушно кивнул Раф.

Леди Кенси была не права, любить он умел. Раф испытывал самые нежные чувства к матери. Она никогда не читала ему нотации и заботилась о его удовольствиях. Давала дельные советы. Мать знала его лучше всех, и Раф это ценил.

В его империи мать займет достойное место. Он никому не позволит ее обидеть. Раф невольно застонал, вспомнив, как сьор Готвир сказал при всех:

- Ты не грата, а шлюха! Подстилка аль Хали!

Анрис за это ответит. Они все склонятся и перед ним, Рафаэлом Тадрартом, и перед его матерью. Все сьоры и граты. Но сначала надо жениться на Эсмире.

Олола послала за ней леди Манси. Карлица уже доказала свою преданность. Никто не должен перехватить принцессу Эсмиру, пока она идет в сад, к Рафу. Действовать надо стремительно. Закатекасы хотят принцессу аль Хали в Чихуан. Осор не дремлет. Эсмира не должна поддаться его чарам.

- Грата Эсмира, - та с удивлением нагнула голову. Голос шел, казалось, из-под мраморного пола. – Принц Раф ищет встречи с вами. Я провожу вас, принцесса.

На нее снизу вверх смотрела карлица, одетая в цвета Императорского Дома. Эсмира давно уже знала, что эта леди любимица императрицы.

Раф ее ждет! Неужели леди Кенси права? И сейчас Эсмира услышит предложение? Стать гратой Тадрарт. Императрицей. Их брак примирит все Великие Дома. Кто не захочет присягнуть полукровке, с радостью принесет клятву верности чистокровной принцессе из Дома аль Хали.

«Раф, Раф, Раф! – счастливо билось сердце, - Неужели это возможно?!»

Она почти ничего не видела от волнения. Уже сгустились сумерки, и цветы одуряюще пахли. Голова кружилась то ли от их запаха, то ли от счастья.

- Грата Эсмира, - услышала она вкрадчивый голос Рафа.

Он словно боялся ее спугнуть. О

тстраненный, с непроницаемым взглядом, затянутый в парадный камзол, белый с золотом и оттого слишком уж официальный. Эсмира смешалась, вспомнив, слова леди Кенси: Раф тебя не любит. Он холодный и расчетливый.

- Бокал вина? – изящная рука Рафа с длинными пальцами, ногтевые лунки идеальны, потянулась к хрустальному графину.

Эсмира поняла, что слуг поблизости нет, Раф всех отослал. И вино наливает сам.

- Спасибо, я не…

- Не хочешь? – Раф шагнул к ней. И приказал: - Посмотри на меня.

Она впилась в него взглядом. Раф с досадой поставил бокал, вино расплескалось. Ему надо признаться в любви девушке, к которой он ничего не чувствует. Даже физического влечения. И сделать ей детей.

- Эсмира, я хочу, чтобы ты стала моей женой. Ты согласна?

Она почувствовала досаду. Все должно быть не так. Раф слишком холоден, а голос его сух. Такое чувство, что его принуждают. И Эсмира заколебалась.

Раф словно очнулся, поняв, что он сейчас теряет империю. Почти уже потерял. И взял себя в руки, как делал это всегда в критический момент. С таким же чувством он разворачивался спиной к улетающим гондолам, чтобы вернуться к армии, оставшейся в Каменном мешке.

Надо себя заставить. Преодолеть трусость и слабость. Эсмира – достойный противник. Она аль Хали. Надо сломить эту гордую грату. И Раф решительно шагнул вперед и положил руки ей плечи.

- Посмотри на меня, - теперь он не приказывал, а просил. Голос Рафа стал мягким, а руки нежными. – Помнишь, как ты целовала меня в фонтане? – Эсмира смущенно кивнула. – Я запомнил тот поцелуй.