Двери в песке - Роджер Желязны

Однако Рагма в своем собачьем костюме и Надлер с ПоломБайлером в обычных костюмах промчались мимо меня, столпились возле лохани иначали утешать воинственно настроенный овощ. Я отполз в угол, где с трудомподнялся на ноги, и все же мне никак не удавалось окончательно успокоиться.Тогда я принялся непристойно ругаться; на меня все равно никто не обращалвнимания. В конце концов я пожал плечами, стер грязь с рукава, нашел стул,закурил и начал наблюдать за представлением.

Мои дорогие коллеги подняли безжизненное туловище смногочисленными конечностями и принялись что-то с ним делать. Рагма сбегал всоседнюю комнату и вернулся с предметом, отдаленно напоминавшим лампу, воткнулее в розетку и навел на гнусное растение. Затем, достав пульверизатор, сталопрыскивать кровожадные листья. После этого Рагма занялся помешиванием слизи,добавив туда каких-то химикатов.

– Что случилось? – спросил Надлер.

– Понятия не имею, – ответил Рагма. – Вот!Мне кажется, он приходит в себя!

Щупальца начали дергаться, точно раненые змеи, потоммедленно открылись и снова закрылись листья. Существо несколько раз вздрогнуло.Наконец оно снова выпрямилось, вытянуло вперед все свои конечности, опустилоих, вытянуло снова и опять расслабилось.

– Вот так-то лучше, – вздохнул Рагма.

– А кого-нибудь интересует, как себя чувствую я? –Мне не удалось скрыть легкого сарказма в голосе.

Рагма повернулся и сердито на меня посмотрел.

– Ты! – воскликнул он. – Может, скажешь, чтоты сделал с несчастным доктором М'мрм'млрром?

– Ну-ка повтори!.. По-моему, у меня что-то со слухом.

– Что ты сделал с доктором М'мрм'млрром?

– Благодарю тебя. Так я и думал. Понятия не имею. А ктотакой доктор Мымр?

– М'мрм'млрр, – поправил меня Рагма. – ДокторМ'мрм'млрр – это телепат-аналитик, которого я доставил сюда, чтобы он тебяобследовал. Нам повезло, и доктор прибыл на место раньше, чем мы предполагали.Однако когда он попытался тебя обследовать, ты грубо набросился на него и вывелиз строя.

– Вот эта штука, – спросил я, махнув рукой всторону лохани и ее обитателя, – оказывается, телепат?

– Не все являются членами животного царства в томсмысле, в каком ты это понимаешь, – ответил Рагма, – докторМ'мрм'млрр – представитель абсолютно отличной от вашей линии развития жизни. У тебяесть по этому поводу возражения? Может быть, ты имеешь что-нибудь противрастений?

– Я определенным образом настроен против того, чтобыменя хватали, сжимали и размахивали мною в воздухе.

– Доктор предпочитает активную терапевтическуюстратегию.

– Ну, в таком случае он должен быть готов к тому, чторано или поздно ему попадется пациент, который не является пацифистом. Не знаю,что я сделал, но, честно говоря, рад, что мне это удалось.

Рагма отвернулся, наклонил голову набок, словно изучал трубуграммофона, а потом объявил:

– Он чувствует себя лучше. И желает предатьсямедитации. Мы должны оставить свет включенным. Это займет немного времени.

Лианы или щупальца шевельнулись и обвились вокруг страннойлампы, которую принес Рагма. Доктор М'мрм'млрр замер.

– А зачем ему нападать на обследуемых? – спросиля. – По моим представлениям это не слишком способствует возникновениюхорошего контакта врача с пациентом.

Рагма вздохнул и снова повернулся ко мне.

– Он делает это вовсе не затем, чтобы разозлить своихпациентов. Он стремится помочь. Насколько я понимаю, бесполезно требовать оттебя понимания того, что эта практика родилась в результате многовековыхсложнейших философских размышлений, которым предавался его народ, чтобы решитьэту проблему.

– Угу, – ответил я.

– Их теория заключается в том, что любое примитивноечувство может быть использовано в качестве мнемомолекулярного ключа. Искусноепользование этим ключом дает телепату подобного типа доступ ко всемпереживаниям индивидуума, расположенным в данной области. Они обнаружили, чтострах является важной составляющей проблем, с которыми к ним обращаетсябольшинство пациентов. Поэтому, индуцируя страх и желание сбежать, врачуудается зафиксировать эмоции пациента, с тем чтобы применить терапевтическоевоздействие. Таким образом, он может обозреть все мотивационное поле за одинсеанс.

– Интересно, съедает ли доктор свои ошибки? –спросил я.

– Он не может контролировать своюнаследственность, – ответил Рагма. – А ты прыгаешь по деревьям,хватаясь за ветки? Впрочем, – Рагма махнул лапой, – ты-то как разпрыгаешь. Я забыл.

Я повернулся к Надлеру, который подошел ко мне и Полу – онтоже стоял неподалеку и ухмылялся.

– Как я посмотрю, вам все это понравилось, –угрюмо заметил я, обращаясь к ним обоим.

Пол пожал плечами, а Надлер сказал:

– Если таким образом задача будет решена.

Я вздохнул.

– Наверное, вы правы… Пол, что ты здесь делаешь?

– Мы с тобой коллеги, – ответил он. – Менярекрутировали практически одновременно с тобой. Кстати, прошу простить моеповедение у тебя на квартире. Ты ведь понимаешь, это было вопросом жизни исмерти. Моей.

– Ладно, забыли, – щедро кивнул я. – В какомкачестве тебя взяли на службу?

– Профессор Байлер наш эксперт по звездномукамню, – ответил Надлер. – Он знает о нем больше, чем любой другойчеловек.

– Значит, ты расстался с мыслью вернуть драгоценностибританской короны? – спросил я.

Пол поморщился и кивнул: