Часовой: Курсант - Дейлор Смит

Глава 20

«Громовержец» покачивался на якоре почти у самого края взлётного поля. Дальше начинались какие-то заросли, переходящие в выстроенные вокруг дома. Я стоял за кормой пока безжизненного корабля. Вокруг никого. Я один, наедине со своими наивными юношескими мыслями. И потому натурально вздрогнул, когда услышал за спиной шорох одежды, стук подмёток сапог по утрамбованной земле и полный облегчения нарочито бодрый голос:

— Ну вот он где! Хвала всем Святым! Судя по всему, это и есть новый рабочий Воздушной гавани.

Я медленно обернулся. Левой рукой я взялся за натянутый струной толстый канат, один из многих, пришвартовывающих дирижабль к земле, в правой крепко зажал изогнутый крюк. Неужели спалился? Из-за левого борта «Громовержца» показалась довольно занятная компания из четырёх человек. Впереди всех неспешно шагал невысокий человек в коричневом балахоне, с откинутым на спину капюшоном. Он был лыс, вряд ли разменял четыре десятка и преувеличенно радостно улыбался. Но его глаза, равнодушные и холодные, принадлежали человеку, не способному на проявление эмоций. Остальные трое были на порядок крупнее него, одеты в серые приталенные мундиры и шляпы с высокими тульями. На поясе этих бравых парней я рассмотрел шпаги и что-то, напоминающее кандалы. Кто это? Аналог местного тайного сыска, полиция, шпики?

— Инспекция летающих судов кромлехской Воздушной Гавани, — отрапортовал лысый, останавливаясь в десятке шагов от меня. Он вытер выступившую на лбу испарину и пробормотал: — Надо же, утро только наступило, а уже припекает. Не иначе к дождю.

Инспекция по дирижаблям? Я был готов поставить на спор свои новые сапоги, как самое ценное, чем владел, что этот похожий на монаха человек нагло врет. Но для видимости я решил поддержать начатую им игру. Хотя внутри меня все сжалось, а сердце тревожно заныло от нехорошего предчувствия. Спину между лопатками начало пригревать. И отнюдь не солнечными лучами.

— А я тут работаю, ну, стажируюсь, — добавляя в голос смущения, сказал я. — За дядю Степана вышел. Приболемши он сегодня. Так то что… работёнка тут непыльная, справляюсь.

— Я даже не сомневаюсь в ваших талантах, молодой человек! — со смехом воскликнул лысый инспектор. Трое битюгов за его спиной не издали ни звука. Они пялились на меня, как гончие на загнанного в угол зайца, готовые по первой же команде напасть. — Собственно, вас мы и ищем. Должен признаться, при ваших то способностях, вы наделали изрядного шороху в нашем городе.

Он говорил предельно вежливо, по-прежнему растягивая губы в фальшивой улыбке. Моя спина моментально взмокла. Опаньки, так эти ребята мало того, что явно не те, кем представились, пришли еще и за конкретным человеком. За мной. Но как⁈ И они так спокойно, не таясь, проникли на территорию взлётного поля. Значит, знали за собой силу и понимали, что местное руководство им не указ. Все-таки городские спецслужбы? А им то я зачем понадобился! И как они меня выследили? Суматошные мысли галопом понеслись в моей голове. Я до побеления костяшек сжал рукоятку крюка. В виске нервно запульсировала жилка. Снова приехал…

— Думаю, что произошла ошибка, — выдавил я, тяня время. — Я мирный человек, живу как все…

— За исключением того, что незаконно находитесь здесь и водите нас за нос!

— Вы не из Инспекции по надзору за воздушными судами, — с осуждением сказал я.

— А ты именно тот, за кем мы пришли, малец, — внезапно изменил благодушный тон лысый. Улыбка исчезла с его резкого лица. Теперь он твёрже чеканил слова, властно и непререкаемо: — Поэтому выпусти из руки крюк, отойди от корабля и не мешай нам выполнить свою работу. Вытяни вперед руки, позволь моим коллегам надеть на тебя кандалы и спокойно покинем это поле.

Я, засопев, мерил его упрямым взглядом. Куда меня собрались уволочь? Ночью я понадобился простым бандитам, днем бандитам в законе. Сомневаюсь, что меня захотят просто выдворить из города и отвести к городским воротам на попечение коменданта Врангеля, чтобы он дал мне увесистого пинка под зад. И в корпус Часовых не доставят. Наверно, капитан Ставрогин уже гадает, куда я задевался, и проклинает меня на все лады. Если бы только он был здесь, а я мог ему все объяснить! Интересно, а эти ребята знают, что я курсант Академии Часовых?

— Меня зовут… — облизав внезапно пересохшие губы, начал я. Со смехом меня перебивая, лысый воскликнул:

— Альрик Безродный, курсант Академии Часовых, наследник проклятого рода и будущий Часовой Тринадцатой Стражи. А я Рудольф. Просто Рудольф. Нет у меня ни громкого имени, ни наследства, ничего подобного. Но и таких проблем, как у тебя, тоже нет.

Я заткнулся, оборвав себя на полуслове. Затравленно оглянулся. Рудольф заметил мою нервозность и упреждающе покачал лысой головой.

— Не советую, Альрик, не советую. Ты неплохо показал себя прошлой ночью, тебя явно недооценили. Но со мной твои фокусы не пройдут. Мне известно о твоей силе и подготовке, как и о том, что на твоей спине Запретные руны, крепче стальных канатов связывающие твои Родовые способности. Которыми, замечу, никто из вашей фамилии уже много лет не знает как и толком пользоваться. Мне ты уж точно не соперник.

И его прищуренные холодные глаза на краткий миг полыхнули ярчайшим голубым пламенем. Маг! Этот невысокий серый человечек был магом. И, судя по его ледяному спокойствию и уверенности, явно не последним в иерархии чародеев Империи. Так кто же эти ребята? Нет, внезапно понял я свою ошибку. Я изначально неправильно задаю вопросы. На кого они работают? И эти, и те, кто приходил за мной в гостиничный номер. Что за большая птица ими командует? И чем этому вне всяких сомнений очень солидному господину мог помешать такой оборвыш и бестолочь как я? Мне что, и так проблем не хватает, учитывая мое происхождение в этом мире⁈

— Я бы мог прийти за тобой сам, — сказал Рудольф и небрежно ткнул пальцем за спину. — Эти достойные господа здесь только для придания лишнего форсу. Чтобы скрутить тебя, они мне не нужны.

Я невольно попятился назад. Маг с терпеливой усмешкой следил за мной. Я пятился, пока не упёрся спиной во что-то твердое и рифлёное. Судорожно обернулся. Я почти добрался до носа корабля и уперся спиной в массивную стальную цепь, которая крепилась хитроумным