Полночная аллея - Рэйчел Кейн

Клер просто дар речи потеряла: сидела, открыв рот и глядя на Ричарда усталыми глазами.

— Вот как, значит, — заговорила Ева, поначалу тихо, но потом все громче и решительней. — Вы собираетесь все свалить на Шейна только потому, что это Шейн. Плевать, что какой-то козел пытался проломить ему голову. Плевать, что Джейсон нанес ему удар ножом. Все равно виноват Шейн!

Она встала, стянула с себя одеяло и швырнула в Ричарда; тот поймал его на лету. И вышла, стройная и бледная, как лилия.

— Ева… — Ричард вздохнул. — Черт! Послушай, Клер, я обязан придерживаться фактов, верно? А факты таковы, что во время стычки Джейсон убрал нож, у Шейна была бита, и Шейн угрожал ему. Тогда в порядке самозащиты Джейсон вытащил нож и нанес ему удар. Все правильно?

Она не отвечала. Просто несколько мгновений смотрела на него, потом встала, сняла с себя одеяло и отдала ему. Вышла в коридор посмотреть, не вывезли ли Шейна из операционной.

Еще нет.

Ева, трепеща от ярости и сжав кулаки, расхаживала по коридору.

— Сукин сын! — взорвалась она. — Все они ублюдки! Хотят все свалить на Шейна! Это просто носится в воздухе!

— Все свалить на Шейна? — повторила Клер. — Что ты имеешь в виду?

Ева сердито посмотрела на подругу; глаза у нее покраснели и блестели от слез.

— Я имею в виду, что, даже если он перенесет операцию, они просто так не отвяжутся. Ричард же сказал это открытым текстом, ты что, не въехала? Обвинение состряпано в лучшем виде. Шейн ударил Джейсона, тот действовал в порядке самозащиты, а что касается этих убийств, никто даже не собирается проверять, имеет ли Джейсон к ним отношение. Они просто похоронят дела — как похоронили девушек.

Она резко замолчала, глядя за спину Клер. Та обернулась.

Большими шагами к ним приближался Майкл — стройный, высокий, сильный. Он шел с обычным уверенным видом, словно ничего не произошло и они не застали его склонившимся над мертвой девушкой.

Остановившись на расстоянии нескольких дюймов от Евы, он протянул к ней руки.

— Я искал вас, ребята, и в конце концов проследил ваш путь до «Встречи». Как он? — хрипло спросил Майкл.

— Не очень-то хорошо, — прошептала Ева и упала в его объятия. — О господи, Майкл, все так ужасно, так ужасно…

Он вздохнул и обнял ее.

— Нужно было мне выйти вместе с вами и заставить сесть в эту чертову машину. Я так и собирался сделать, но… кое-что произошло, и мне пришлось разбираться. У меня и в мыслях не было, что вы пойдете пешком. Это я во всем виноват, — закончил он с болью в голосе.

— Никто не виноват, — возразила Клер. — Ты же знаешь, что не смог бы заставить Шейна делать что-то, чего он не хотел. Да и Еву, если уж на то пошло. И меня тоже. — Поколебавшись, она положила руку на плечо Майкла. — Ты ведь не убивал ту девушку, правда?

— Нет. Я нашел ее, когда искал Джейсона, чтобы прогнать его с вечеринки, но к этому времени он, скорее всего, уже ушел.

— Тогда кто…

— С этим я и разбирался. — Голубые глаза Майкла яростно сверкнули. — Там были вампиры, и они охотились. Я должен был прекратить это.

Одна из проходящих мимо медсестер при виде Майкла и Евы замедлила шаги, прищурилась, пробормотала что-то и пошла дальше.

— Прошу прощения, что вы сказали? — спросил Майкл.

Медсестра резко остановилась и повернулась к нему.

— Ничего я не говорила, сэр. Последнее слово прозвучало резко, почти грубо.

— А мне показалось, что вы назвали ее «сосиской» для вампиров.

— Мало ли что я могу пробормотать себе под нос, сэр? — Медсестра холодно улыбнулась. — Почему это вас волнует? Вы и ваша… подруга… должны обделывать свои делишки в комнате ожидания. Или в банке крови.

Майкл стиснул кулаки, его лицо напряглось от гнева.

— Это совсем не то, что вы подумали. Медсестра — судя по бейджу, ее звали Кристина Фентон, ДМ — откровенно издевалась над ним.

— Ну да, это всегда так. Всегда «не то», верно? «Вы неправильно поняли». Хотите ударить меня? Ради бога. Я не боюсь вас. Никого из вас не боюсь.

— Прекрасно. Вы и не должны бояться меня только потому, что я вампир. Но должны бояться, потому что вы только что оскорбили мою подругу прямо в лицо.

Сестра Фентон сделала неприличный жест и продолжила путь.

— Здорово! — воскликнула Ева. Сейчас она почти стала самой собой: оскорбление, будто пощечина, привело ее в чувство. — Люди обращались со мной плохо и тогда, когда я встречалась с Бобби Фи, хотя он, по крайней мере, был обычным человеком, но…

Обхватив ее рукой, Майкл с хмурым видом проводил взглядом медсестру, но потом заставил себя улыбнуться и поцеловал Еву в лоб.

— Тебе нужно отдохнуть. Давай вернемся в комнату ожидания, — предложил он. — Клер? Ты идешь?

Она рассеянно кивнула — ее мысли были заняты совсем другим. Фамилия медсестры — Фентон — показалась ей знакомой, хотя она совершенно точно никогда раньше не встречалась с этой женщиной. И уж точно не хотела бы встретиться снова.

Осознав, что осталась одна в коридоре, Клер вздрогнула. Это было современное здание, совсем не похожее на старую, полуразвалившуюся больницу, откуда они с Шейном убегали, спасая свою жизнь; и тем не менее здесь мурашки ползли по коже. Она бросила последний, исполненный боли взгляд на дверь матового стекла, на которой было написано: «ХИРУРГИЧЕСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ — ВХОД ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА». Сквозь нее можно было разглядеть лишь смутные очертания движущихся фигур.

Она вернулась в комнату ожидания. Ричард Моррелл ушел, и это было хорошо. Клер сидела в молчании, потирая руки, — ей все еще мерещились следы крови на коже.

Погрузившись в свои мысли, она не замечала, как идет время. Но вот Майкл окликнул ее: в прозрачных голубых глазах она увидела силу, доброту, но одновременно и какое-то странное мерцание.

— Отдохни. Я почти слышу, как скрежещут у тебя в голове шестеренки, — сказал Майкл, поглаживая темные волосы Евы, которая свернулась, словно кошка, и спала, положив голову ему на колени. — Давай, прислонись ко мне.

Он обхватил Клер рукой; она привалилась к нему и, несмотря на все происшедшее, почувствовала себя в тепле и безопасности.

И тут все разом обрушилось на нее — страх, боль, осознание того, что Шейна ударили ножом прямо у нее на глазах, и она не понимала, что с этим делать, и все это было просто…

Она уткнулась лицом в голубую рубашку Майкла и разразилась безмолвными, тягостными рыданиями, от которых все внутри болезненно сжималось. Майкл гладил ее по голове, не мешая выплакаться.

В конце концов она расслабилась. Его прохладные губы прикоснулись к ее виску, и Клер провалилась во тьму.