Звери Гора - Джон Норман

Наконец из чума высунулась голова Кадлука, и он проворчал:

— Поалу не хочет, чтобы ее похищали.

— Ну что ж, — облегченно вздохнул я, — не хочет так не хочет. — Подойдя к Имнаку, я сообщил ему новость:

— Поалу не хочет, чтобы ее похищали. Пошли домой.

— Да ты что! — воскликнул Имнак. — Теперь ты должен ворваться в чум и утащить ее силой.

— Кадлук держит в чуме оружие? — спросил я.

— Какая разница? — отмахнулся Имнак.

— Я думаю, разница все-таки есть, — заметил я. Про гарпун и слина я не забыл.

— Никакой разницы нет! — упрямо повторил охотник и крикнул: — Кадлук!

Кадлук вышел из чума.

— Говорят, твоя дочь хочет, чтобы ее увезли силой.

— Да, — кивнул Кадлук. Его спокойствие меня приободрило.

— Ну давай! — Имнак нетерпеливо ткнул меня локтем в бок. — Иди и забери ее.

— У нее нож, — равнодушно заметил Кадлук.

— Иди! — не унимался Имнак.

— Давай не будем спешить, — убедительно произнес я. — Ты в самом деле уверен, что хочешь видеть Поалу в своем чуме? Может быть, стоит еще раз все обдумать?

— Мы же любим друг друга! — воскликнул краснокожий.

— Тогда почему бы тебе самому за ней не сходить? — предложил я.

— Я слишком застенчив. — Имнак низко опустил голову.

— Может, она тебя послушается, — предположил я.

Имнак закрутился на месте, потом рухнул на снег и завизжал. Краснокожие охотники любят демонстрировать свои эмоции.

Я осторожно оттянул полог чума. Внутри, наряженная в праздничные одежды, сидела Поалу. Тут же находилась и ее мать Тактук.

Я нырнул в сторону, и мимо моего лица со свистом пролетел нож.

— Тебе никогда не удастся забрать меня силой! — крикнула Поалу.

— Сейчас ты убедишься в обратном, — сказал я.

Она схватила тяжелую сковородку, на каких обычно готовят на улице.

— Послушай, — примирительно произнес я, — я должен тебя похитить.

— Не вздумай ко мне прикоснуться, — злобно прошипела она.

— Обо всем уже договорено, — заметил я.

— Только не со мной, — процедила девчонка.

Последний довод показался мне убедительным.

— Она говорит, что с ней никто не договаривался! — крикнул я Имнаку.

— Какая разница? — раздраженно ответил он.

— Никакой разницы нет, — сказал я девушке.

— Нет есть! — возразила она.

— Она говорит, что разница есть! — крикнул я.

— Никакой! — прокричал в ответ охотник.

— Никакой разницы нет, — сказал я Поалу.

— Она всего лишь женщина! — донесся с улицы голос Имнака.

— Ты всего лишь женщина, — повторил я и подумал: «А ведь и в самом деле!»

В следующее мгновение она вскочила и попыталась размозжить мне голову тяжеленной сковородой. Дабы действительно не лишиться мозгов, я выбил сковороду у нее из рук.

Тогда девушка метнулась в глубь чума. Она лихорадочно переворачивала все вещи, но ничего подходящего под руку не попадалось. Очевидно, Кадлук заблаговременно вытащил из чума свое снаряжение.

— Скажи, — спросил я Поалу, — если ты не хочешь, чтобы тебя похитили, зачем ты нарядилась в праздничные одежды?

— Правда же она в них хорошенькая? — оживилась Тактук.

— Очень, — признал я.

— Я не из тех, кого можно просто так взять и утащить, — отчеканила Поалу, буравя меня взглядом.

— Я и не сомневался, — ответил я.

— Где Имнак? — гневно спросила девушка.

— Разумеется, она знала, что он топчется возле чума.

— Топчется возле твоего чума, — сказал я.

— Почему он сам меня не похищает?

— Я говорил, что это его личное дело, — сказал я. — Но он слишком застенчив.

— В таком случае, — заявила девушка, — я никуда не иду.

— Она никуда не идет! — крикнул я Имнаку.

— Ну и ладно! — откликнулся он спустя несколько мгновений.

Поалу встревожилась. С чувством огромного облегчения я развернулся и направился к выходу.

— Подожди, — сказала она. — Ты что, не собираешься меня похищать?

— По мне, так тебе вообще не следует выходить из чума, — бросил я.

— Пошли! — крикнул с улицы Имнак. — Не хочет и не надо!

— Подарки я тебе верну, — громче, чем было необходимо, произнес Кадлук.

— Можешь оставить их себе, — великодушно отозвался Имнак.

— Нет, я не могу этого позволить, — возразил Кадлук.

Его позиция мне нравилась. Если он в самом деле вернет все подарки, мы вдоволь напьемся базийского чая, укутаемся в шкуры и поедим сушеного мяса табука.

— Интересно послушать, какие песни сложат про Поалу, — произнес Имнак, — девушку, которую никто не захотел похищать.

— А как, собственно говоря, ты собирался меня увозить? — спросила Поалу. — Ты ведь не взял саней.

— На улице мало снега, — возразил я.

— Эй, подожди! — крикнул Имнак. — Сани как раз у нас есть!

Поалу недоверчиво выглянула из чума.

Неподалеку действительно стояли сани, те самые, которые Имнак построил еще на стене и на которых мы пересекли ледник Акса.

В них были запряжены нарядные по случаю радостного события Тимбл, Тистл и Арлин.

— Ну и ну! — презрительно воскликнула Поалу. — Ты в самом деле хотел увезти меня на санях, запряженных белокожими животными? Какой же ты все-таки подлец! Ты даже не понимаешь, что для девушки это настоящее оскорбление!

— Я могу взять напрокат снежного слина, — сказал Имнак. — Тебя устроит?

Я представил, как разъярится снежный слин — огромное, свирепое существо, когда поймет, что его запрягли в сани без снега.

— Может быть, — откликнулась Поалу.

Имнак поспешно отстегнул от саней Тимбл, Тистл и Арлин и тут же удалился. Рабыни растерянно переглянулись.

— Хотите еще чая? — поинтересовалась Тактук.

— Спасибо, с удовольствием, — ответил я. Похоже, это был единственный способ вернуть хоть что-то из растранжиренного Имнаком добра.

Через несколько минут появился Имнак со здоровенным снежным слином на поводке из плетеного каната. Зверь принадлежал Акко, который, по обычаю краснокожих охотников, с радостью поделился своим богатством.

— Кто-то привел снежного слина и запряг его в сани рядом с чьим-то чумом, — сказал Имнак.