Последнее пророчество Таурона - Сергей Карелин

Тайная Инквизиция – организация, созданная советником Саена Грандом. Играла большую роль в укреплении власти Саена в Элъфоле. Ее глава Гранд стал фактически правой рукой повелителя эльфов. О его жестокости ходили легенды, и он держал в страхе огромную империю довольно продолжительное время…

Борг. История эльфов

Когда появился силуэт Андры, мы с Гниммером распивали на зеленой поляне огромного дворцового сада Феерграда пиво. Недалеко голубела ровная как зеркало гладь небольшого пруда. Уже наступил поддень, и солнце припекало так, что я собирался скинуть одежду и слегка освежиться.

Моим планам помешало появление призрака Главы Белой гильдии, что само по себе было событием. Без согласия Верховной феи достигнуть Феерграда голографическое изображение не в силах. Если Андра здесь, значит, Стэлле в курсе. И дело, несомненно, важное.

Странно. Почему фея не связалась сначала со мной? На этот вопрос ответить было некому.

Я нацепил на лицо дежурную улыбку и стал внимательно изучать гостью. Нематериальная форма, надо сказать, не портила ее красоты. Волшебница, как всегда, ослепляла.

– Приветствую тебя, рейнджер, и твоего спутника! – произнесла она.

– Взаимно, – поклонился я.

Гниммер, тоже изрядно удивленный появлением Великой волшебницы, последовал моему примеру

– У меня к тебе срочное дело, Ван, – продолжила Андра, – со Стэлле я разговаривала, и она согласна со мной. Вам надо отправиться на Родное!

– Куда? – не понял я. – Родное? Я правильно понял?

Гостья кивнула.

– Даже если я опущу все причины, по которым не могу отправиться туда, как, по-твоему, можно попасть на остров? Или ты украла секрет Саена?

– Нет, секрет Саена мне неизвестен, – спокойно ответила волшебница. – Просто я недавно принимала дочку Кэррада Месс. Ты знаешь, кто такой Кэррад, надеюсь?

– Догадываюсь, – в тон ей ответил я, – и что дальше? Папа в темнице, а чего хочет дочка?

– Дочка хочет вызволить его!

– А взамен? – выпалил гном.

– Взамен? Взамен Родное становится нашим союзником и поддерживает в борьбе против Йониха. Естественно, он помогает расправиться и с Саеном, который, впрочем, после освобождения Кэррада сразу утратит полный контроль над своими войсками. По словам Месс, многие солдаты больше симпатизируют старому вождю, чем новому!

– Ты хочешь сказать, что мы сможем освободить Кэррада? Который, между прочим, в свое время чуть меня не убил? – уточнил я.

– Но ведь не убил. А сейчас мы для него лучшие друзья!

– И ты в это веришь?

– А куда ему деваться? – рассмеялась Андра. – Саен – союзник Маурона и остальной банды. То есть наши враги – враги и Кэррада.

– А если он договорится с Мауроном?

– Такая опасность есть, – согласилась Андра, – но вероятность ее мала. В отличие от Саена Кэррад гораздо мудрее, он понимает все минусы нынешнего положения Родноса! А самое главное – он согласен на “заклинание договора”!

– Однако… – пробурчал я. – И как предполагается освободить вождя темлов?

– Нас ждет в моем дворце его дочь. Она отправится с вами на Родное, и она же объяснит план. Надо отправляться прямо сейчас. Через два дня вам предстоит навестить Град Богов, как сказала мне Стэлле. Думаю, двух дней на освобождение Кэррада вам хватит!

– И Верховная фея согласилась, чтобы мы покинули Феерград? – усомнился я.

– Спроси у нее! – пожала плечами волшебница.

Я недолго думая связался со Стэлле и был несколько обескуражен ее заявлением о чрезвычайной полезности моего путешествия на Род-нос. В конце она пожелала мне удачи и напомнила, что времени в обрез.

Когда связь с нею прервалась, я вполголоса выругался. Похоже, волшебницы считают, что проще простого освободить Кэррада! Не знаю, кто такая эта Месс, но, надо думать, ее отец запрятан в самую лучшую темницу Родноса и добраться до него вряд ли будет так уж легко. А если операция затянется?

Эти свои сомнения я высказал вслух, чем слегка разгневал Андру.

– Вместо того чтобы плакаться по поводу невыполнимости задачи, сначала поговори с Месс, – произнесла она.

Это я плачусь? Да, своеобразная логика у Великих волшебниц! Ну да ладно. Если они так уверены, может, на самом деле вся эта история выеденного яйца не стоит?

Гном, похоже, так не думал. В его глазах читалась нескрываемая надежда на то, что я откажусь. С другой стороны, он понимал, что это практически невозможно.

Поэтому, когда я ответил, что мы готовы, он предпочел промолчать. Андра же кивнула, словно нисколько не сомневалась в нашем согласии. Мы вошли в посланный ею портал и оказались на террасе ее дворца.

Навстречу нам из-за стола поднялась девушка, увидев которую, я на некоторое время потерял дар речи. Настолько она была красива, эта эльфийка. Надо сказать, что я вообще не видел некрасивых женщин эльфийской расы. Но эта просто вызывающе прекрасна!

Одета она была в рубашку с длинным рукавом и брюки. Несмотря на скромность наряда, он восхитительно смотрелся на ее стройной фигурке.

Длинные черные волосы спадали вниз пышной волной. Лицо, немного скуластое, как у всех эльфов, было произведением искусства. Я, честно признаться, затрудняюсь описать его… Но – к делу! Мы учтиво поприветствовали эльфийку.

Гниммер, вообще неравнодушный к женским прелестям, рассыпался в витиеватых комплиментах, на которые был весьма щедр, если, конечно, пребывал в хорошем настроении.

– Я наслышана о тебе, рейнджер, – проговорила девушка мелодичным голосом, – и знаю о вашей дуэли с моим отцом. Это было давно, и я надеюсь, у тебя нет чувства ненависти к Кэрраду?

– Нет, вообще-то нет, – пожал я в ответ плечами, – мне, в сущности, он безразличен.

– Но он нужен Шандалу! – вставила Андра.

Я еле сдержался, чтобы не расхохотаться. Кто тут говорит о том, что надо Шандалу? Не та ли волшебница, у которой на первом месте – разврат, на втором – интриги, а все остальное – на третьем? Роль мудрой правительницы Андре, на мой взгляд, никак не подходила.

Но когда мои глаза встретились с глазами эльфийки, жалобно и умоляюще смотревшими на меня, все ехидные слова застряли в горле. Ничего не могу поделать с собой. После ее взгляда все было решено.

Андра не скрывала торжествующей улыбки, наблюдая за моим преображением. Гном же, наоборот, смотрел с каким-то ужасом. Я сделал вид, что не замечаю ничьих взглядов, и стал внимательно слушать Месс, которая начала излагать свой план.