Демоны космоса - Илья Стальнов

Я опасался, что вместе с нами в челноке будут возвращаться и равванские наемники, но, к счастью, их не было.

Челнок причалил к орбитальной военной станции. Сотня пассажиров по прозрачной трубе проследовала в зал прилета. Через сорок минут мы, пятнадцать человек, на катере отбыли в сторону висящего на высокой орбите «Бриза».

Когда я ступил на пластометалл палубы, то тут же откинул от себя все постороннее. Тоннпала – в прошлом. Даманские горы, карнавал, музеи, картины – все это еще четко стоит перед глазами, но это в прошлом и будет блекнуть. Флагманский линкор «Бриз» – мой дом. Да, я – дома!

Придя в свою каюту, я сразу нацепил на себя контактобруч компа – он использовался для особо тонкой работы с базами данных, когда клавиатуры и голосовых команд недостаточно.

Информация о личном составе закрытая, но у меня как у офицера допуск к ней был. Однако предъявлять его и светиться не хотелось. Был другой путь. Путь нелегкий, но я знал, что справлюсь.

Я расслабился…

И, будто прыгнув с вышки в ледяную воду, устремил свое сознание в компсети… И ничего…

Получилось с третьей попытки. Я проник в цепи компьютерной системы корабля и уверенно двинулся по ним. В этом лабиринте я с каждым днем чувствовал себя все увереннее.

Я нащупал путь. Вышел в нужную сферу. Теперь надо мягко действовать… Информационные потоки поддались. И на меня посыпалась информация. Самое трудное было ее отфильтровать…

Все Готово. В мой изолированный комп высыпались нужные сведения. Я вышел из фантомного пространства. И с помощью контактобруча начал спокойно просматривать файлы. Итак, капитан Вольген и его равванские десантники в реанимационных контейнерах госпиталя в Тоннпале.

Как они туда попали?

Их подобрала полицейская медицинская служба в районе Тахо. Как раз в квартале от кабачка «Стаканчик у крокодила». В реанимационых контейнерах они были препровождены в армейский госпиталь. И теперь один из них проваляется в реанимационном блоке пару месяцев, что приравнивается к повреждениям, смертельным в момент нанесения. Если бы не чудеса медицины и оперативность медслужбы, он бы погиб.

Вольген, придя в себя, наотрез отказался отвечать на вопросы и хоть что-то объяснить полиции. «Личное дело равван касается только их», – и весь ответ.

Глубже никто не копал. Похоже, полиция и военные, не найдя отклика на их стремление покарать злоумышленников, поднявших руку на доблестных равванских десантников, решили спустить все на тормозах.

В тот же день мы с Таланой тестировали систему вооружения истребителя. Как обычно, делалось это для того, чтобы без чужих ушей перекинуться словечком.

– Я попыталась прояснить ситуацию, – голос Таланы прозвучал в шлеме. – Помощник адмирала по общим вопросам кое-чем мне обязан А он как раз летал разбираться с десантниками.

– И что? – с замиранием сердца спросил я.

– Равване отказывались напрочь говорить. Но один вскользь бросил. «Ублюдок оказался прытким»

– Какую прыть нужно иметь, чтобы отключить пятерых равванских наемников?

– Это у тебя надо спросить, – напряженно произнесла Талана.

– Ты всерьез думаешь, что я мог сделать это?

– Не знаю… Но и ты себя не знаешь.

– Я ничего не помню Что, я в трансе умудрился отключить толпу равван?

– Может быть.

– И что дальше? Представляешь, если Вольген донесет начальнику контрразведки.

– Представляю. Но он не донесет, – заверила Талана

– Почему?

– Равване решают свои проблемы сами. Он попытается убить тебя, Серг.

– Ну да, – рассеянно произнес я. Сейчас перспектива мести со стороны наемников меня вообще не трогала. – Что со мной, Талана?

– Я все-таки не думаю, что ты мерканский клон, – усмехнулась она. Впрочем, голос ее звучал не слишком уверенно

– Талана, я не враг!

– Я знаю.

– Откуда?

– Просто знаю… Ты пилот, Серг… Настоящий пилот… Пилот – это слово в ее устах звучало как заклинание. *** Звено собралось в нашем классе. Талана обвела внимательным, слегка презрительным взором своих подчиненных и уселась на широкое, расплывающееся, бесформенное кресло, на котором умудрялась восседать прямо, как на жестком стуле,

– Понравилось быть бездельниками? – спросила она. – Вижу, что понравилось. Она помолчала, потом кинула!

– Маскарад на Канказе. Девочки Сенсорзрелища. Обещаю достойную замену… «Картонная коробка». По варианту «новобранец»…

– Что? – встрепенулись пилоты.

– Вы расслабились, офицеры… Впереди такой «фестиваль», каких мы еще не видели.

– Почему? – спросил лейтенант Толлнак Пама.

– А что, мы зря тут тремся? Сегодня выныривают три эсминца класса «Касатка» – новые экспериментальные модели с усиленной энергетикой и вооружением. Час назад в систему прибыли три десантных бота Мы все ошарашенно глядели на нее. Эти новости означали, что готовилось действительно что-то грандиозное Десант. Получается, что командование флота решило отбить одну из захваченных систем…

Такие попытки не предпринимались давно. Меркане, завоевав очередную планету и заверив в своей любви туземцев, делали незамедлительно две вещи – устанавливали систему психоконтроля и начиняли сотнями кварковых зарядов поверхность. Последнее делалось в противовес нашим возможным попыткам отбить планету – на крайний случай они всегда были готовы просто отключить поля нейтрализации ядерных реакций, которые делали невозможным применение ядерного оружия, и запалить заряды. Так, без тени сожаления, они уничтожили две планеты с тремя миллиардами жителей, после чего на попытки штурма мы не отваживались За всю войну нам удалось отбить только две планеты, и каждая операция требовала гигантского напряжения усилий и сосредоточения больших ресурсов. В первом случае на Лакриме наши диверсанты захватили и держали под контролем генераторы полей нейтрализации, не давая их выключить, пока приземлялись боевые корабли. И второй раз – на Суоме, лемурийская атакующая группа сумела выбросить генераторы-нейтрализаторы на поверхность и заглушить начавшуюся реакцию, погибло каких-то восемьдесят миллионов Что наши командиры придумали теперь? Что бы ни придумали, захват планеты – это огромные потери…

В очередной раз я посмотрел на своих товарищей. И меня опять долбил все тот же вопрос: для кого из них следующая операция последняя? А кто выживет? Вечный вопрос войны…

– Свободны. Через час двадцать все звено жду в тренинговом комплексе. Вопросы?

Вопросов к Талане не было.

«Новобранец» – значит, мы будем гонять друг друга до изнеможения. Будем опять входить в форму, в которой были еще недавно, и пытаться немножко улучшить результат. Чем выше ты поднимаешься в совершенстве, тем труднее дается каждая следующая ступенька. Но я был солидарен с Таланой в желании сделать невозможное…