Магическое братство - Александр Сухов

– Ну и что? – заерзал на лавке Шмультик, видя, что хозяин не намерен продолжать свой интересный рассказ.

– А ничего. Зубы он мне сделал лучше старых и челюсть вмиг отремонтировал, хоть она в трех местах была сломана, зато мои волосы после этого визита, как сами видите, стали белее горного снега. Вообще-то, отчаявшись получить помощь со стороны, мы уже собирались послать кого-нибудь к колдуну, но тут пришли вы и в один момент решили все проблемы.

– Кажется, это как раз то, что нам нужно, – задумчиво пробормотал Гвенлин и обратился к хозяину с вопросом: – Как добраться до этого Хъяра, многоуважаемый Элий?

– Не очень далеко отсюда. Если по утряне выйдете из Гнилых Колодезей и пойдете по восточной дороге через деревушку Забегайлово, после обеда достигнете отрогов, а там по горной тропинке вверх. К вечеру аккурат и доберетесь до цели. Я попрошу нашего живописца специально для вас план намалевать. Завтра все будет готово, не извольте сомневаться. Однако хочу вас предупредить: станете подходить к пещере, будьте готовы к неожиданностям – всякое может произойти. – С этими словами староста выскочил из-за стола и торопливо засобирался. – Вы пока отдыхайте, чай, нешуточно подустали, а мне нужно бежать, мирную жизнь налаживать. Ежели чего понадобится, покличьте Сильвия – мальчишка все организует как надо или позовет меня.

Когда подвижная фигура сельского старосты исчезла в дверном проеме, Гвенлин и Шмультик, не забыв прихватить задремавшего Мандрагора, направились на второй этаж в комнату, специально отведенную им для отдыха…

Усталые молодой человек и магический корень под бдительным присмотром демона проспали до следующего утра и с первыми лучами солнца пробудились сами, без посторонней помощи. Минут через пять на пороге спальни возник свежий, как огурчик, Элий. Невольно в головы присутствующих закралась мысль, будто староста и не человек вовсе, а демоническое создание, не нуждающееся в отдыхе. Дождавшись, пока Гвенлин закончит все полагающиеся по случаю пробуждения гигиенические процедуры, хозяин препроводил гостей в помещение столовой, где их уже ждал накрытый стол. Тут же за завтраком Элий передал «Его Превосходительству Мастеру Магии» свернутый трубочкой и перевязанный красным шнурком лист пергамента прямоугольной формы с нанесенным на нем подробным планом местности. На плане красной штрихпунктирной линией был отображен путь к жилищу горного колдуна. Эмоционального Шмультика особо восхитило наличие на плане масштабной сетки, а также тщательно выведенных горизонталей с указанием высот отдельных возвышенностей и горных пиков.

– Во, пала… мастера-топографы! Прям аэрофотоснимок. Конфетка, а не план. Нам бы такую карту для всего этого задрипанного мирка, тогда, может быть, и всяким подозрительным колдунам кланяться не пришлось. Ох, как не люблю я разных замороченных отшельников – никогда не угадаешь, с какой стороны к ним подъехать.

– Не ворчи, Шмуль! – одернул товарища Гвенлин. – Моргелан тоже был не подарок, а я умудрился прожить бок о бок с ним целых полтора десятка лет.

– Не наговаривай на моего покойного создателя! – встрял в полемическую перепалку Мандрагор. – Чистейшей души был человек, без причины мухи не обидел.

– Мухи он, может быть, и не обидел, – вспомнив железную руку бывшего учителя, нахмурился юноша. – Зато мне от него доставалось по первое число…

Помянув старого Моргелана минутой молчания, наши герои вышли из-за стола. Затем упаковали в заплечные котомки принесенный заботливым Элием запас продуктов и, выйдя за пределы обнесенного частоколом участка, душевно распрощались со старостой.

Яркое утреннее солнце и голубое бездонное небо не предвещали никаких природных катаклизмов. Идти по накатанной телегами грунтовой дороге было легко и приятно. Это только в мудреных научных трактатах пишут о том, что прогулки на сытый желудок вредны для здоровья. На самом деле путешествовать пешком лучше всего именно с полным желудком, а с пустым не то что гулять, даже спать невмоготу. Поддавшись царившему вокруг благодушию, Шмультик громко, с соответствующим эмоциональным накалом исполнил песню про какого-то то ли народного героя, то ли обыкновенного разбойника по имени Стенька Разин, который ради душевного спокойствия завистливых соратников безжалостно лишил жизни молодую красивую девушку. Особенно понравились бывшему ученику чародея заключительные куплеты:

Мощным взмахом поднимает

Он красавицу княжну

И за борт ее бросает

В набежавшую волну.

«Что ж вы, братцы, приуныли?

Эй ты, Филька, черт, пляши!

Грянем песню удалую

На помин ее души!»

Затем демон по просьбе восторженных поклонников своего таланта познакомил спутников не менее чем с десятком веселых и грустных лагерных песен, из которых публике особенно пришлась по душе залихватская «Мурка». Гвенлин и Мандрагор попросили товарища повторить ее пару раз на бис, чтобы запомнить слова…

К обеду на горизонте показалась деревушка Забегайлово. Как оказалось, от Гнилых Колодезей это поселение практически ничем не отличалось: все те же бамбуковые хижины под крышами из банановых листьев, частокол на главной площади, который местные жители уже начали потихоньку растаскивать на дрова или для какой другой надобности, поскольку были предупреждены соседями, что благодаря великому магу Гвенлину опасность миновала. Когда наша троица вошла в деревню, местные поначалу даже не поверили своему счастью, но, опомнившись, подхватили чародея и его помощников под белы ручки и, препроводив дорогих гостей в здание местной управы, устроили пир горой, а точнее, коллективную пьянку, продолжавшуюся до поздней ночи, поскольку каждый спасенный индивид жаждал лично поблагодарить «мага», поднять тост за его здоровье и выпить вместе с «Великим Гвенлином», причем обязательно до дна.

В связи с вышеозначенными причинами нашим героям удалось вырваться из пламенных объятий гостеприимных забегайловцев лишь наутро следующего дня, воспользовавшись тем, что две трети жителей, включая женщин и детей, валялось в отключке, а остальные пребывали в стадии опохмелки и ни на кого, кроме себя любимых, внимания не обращали…

Когда до поросших буйной тропической растительностью отрогов гор было рукой подать, в нескольких верстах, прямо по курсу следования нашей троицы, к небу взвилось густое облако пыли.

– Стадо, что ли, гонят по дороге? – высказал предположение Гвенлин.

Однако обладающий демоническим зрением Шмультик, приглядевшись повнимательнее, тут же опроверг гипотезу товарища:

– Нет, Гвен, это вовсе не стадо – толпа одетых в железо парней на лошадях с копьями, мечами и прочей средневековой амуницией, а с ними какой-то мужик, упакованный в синюю джинсу. Классный материалец, скажу тебе, пошел на его хламиду – котон сто процентов, я бы себе из такого с превеликим удовольствием штанишки сварганил, сам Леви Страус от зависти в гробу перевернулся бы.

Как только Гвенлин услыхал про одетого в синюю одежду мужчину, лицо его моментально побледнело и осунулось. Он схватил товарища за руку и едва не силой потащил в густые заросли растущей вдоль дороги банановой плантации.