Бешеный медведь - Андрей Николаев

— Тьфу ты, макрель пресноводная, — ругнулся под нос Небогатов, — огня не открывать, говорю. Ты нам еще позже понадобишься. — После чего всем телом повернулся к Одинцову:

— Саша, а слабо нам взять их самих на абордаж?

— Чего? — ошарашено переспросил Одинцов.

— Ну смотри: дистанция до них — двенадцать миль, далековато, но за пару «прыжков» пройдем, экипажей, судя по всему, — кот наплакал. Чем не шанс? Заодно и флот пополним!

— Кирилл Владимирович, — осторожно начал Одинцов, — у нас боевых скафандров всего сорок штук.

— Пойдем в монтажных, в аварийных, в конце концов… двум смертям не бывать, а одной не миновать. Если не отобьемся — все здесь ляжем! Они живых на Кронштадте не оставят. А так — шанс…

— А прыжковые? Они же только на боевых?

— Вместо них возьмем баллоны с ацетиленом, с кислородом. На двенадцать миль — хватит… — Небогатов вскочил с кресла.

— А вы куда, Кирилл Владимирович?

— Там, Саша, — Небогатов ткнул рукой в сторону обзорного экрана, — сейчас каждый умелый клинок на счету будет. К тому же, согласись, я лучше управлюсь с баллоном, чем большинство наших ребят.

— Ну уж нет, — взвился Одинцов, — ВЫ пойдете в боевом. Или я вообще вас не пущу! Красный, Подорога, — рявкнул он, подзывая двух своих лучших фехтовальщиков, — идете с Кириллом Владимировичем, головой отвечаете…

Между тем над Новым Городом все разворачивалось не менее интересно. Отряд О'Кифа вышел на круговую орбиту как раз к моменту доклада о полном подавлении сопротивления Акмона и началу перехода на орбиту высадки десанта. Так что все внимание самого О'Кифа и полковника Вазерли было приковано к планете. Первый виток никаких неожиданностей не принес. Все было так, как зафиксировали сенсоры корабля Нойштадта. Поэтому Вазерли со спокойной душой отдал приказ о начале выброски десанта, собираясь на следующем витке поддержать снижающийся в атмосфере десант ковровой бомбардировкой. Именно в этот момент и пришло сообщение о том, что Акмон оказался настоящей шкатулочкой с чудесами и успел показать зубки. О'Киф, узнав о потерях, злобно выругался, а Вазерли, попыхивая трубочкой, только невозмутимо пожал плечами. Будто бы говоря, что он же предупреждал, что с русскими стоит держать ухо востро. О'Киф только успел приказать продолжать операцию и впредь быть внимательнее и развернуться к обзорному экрану, когда заговорила первая батарея «единорогов» с поверхности.

— Как… Что… Почему? — изумленно рявкнул О'Киф, ошарашено наблюдая, как вспыхивают снижающиеся десантные боты. — Бык, немедленно подавите батарею… мы же теряем десант, — заорал он командующему эскадрой, отряженной для разборок с Новым Городом.

— И без тебя вижу, — огрызнулся тот. Но корабли тем не менее начали перестраиваться для удара по новой цели. В этот момент заговорили еще несколько батарей «единорогов», и стало ясно, что первая волна десанта практически потеряна. О'Киф отшатнулся от экрана и повернулся к Вазерли:

— Полковник, да что же это такое?! Откуда у них… — Но закончить он не успел. Потому что из десятка кораблей, уже развернувшихся для начала орбитальной бомбардировки всех вновь обнаруженных целей, два вспухли огромными шарами. Это заговорили две батареи «фаланг». В эфире разразилась полная какофония. Испуганные вопли капитанов перемежались злобным ревом Быка Иски и чьим-то визгливым голосом, истерично вопящим: «Мейдей, мейдей, мы подверглись абордажной атаке, мейдей, мать вашу!» О'Киф смотрел на Вазерли округлившимися глазами. Как же так… почему… у них же был великолепный план… и подавляющее превосходство в силах… этого просто НЕ МОГЛО случиться…

Вазерли последний раз пососал свою трубочку, потом вытащил ее изо рта, заглянул внутрь, вздохнул и печально произнес:

— Я думаю, мистер О'Киф, нам следует исчезнуть отсюда как можно быстрее. Пока еще есть для этого возможность… — После чего наклонился к консоли и принялся деловито и невозмутимо выбивать свою трубку об ее край…

Касьян как раз заканчивал переналадку еще одного обслуживающего кибера на двадцать шестом этаже небоскреба «Макнамара инк.», когда в ухе ожила кнопка вживленного телефона. Это был их с Сандерсом секретный канал, который должен был активироваться лишь в случае крайней необходимости. Все остальное время они должны были связываться по обычному (ну почти) коммуникатору. Что ж, похоже, сейчас такая необходимость наступила.

— Ну… — отозвался Полубой.

— Касьян, на КПП только что поступила команда аннулировать выданный тебе пропуск. — Голос Сандерса был почти спокоен. Почти…

— Понятно, — задумчиво отозвался Полубой.

— Рекомендую отход по варианту шесть.

Касьян задумался.

— Слышь-ка, Дик…

— Что?

— Это ведь означает, что я теперь нипочем сюда не попаду.

Сандерс отозвался не сразу:

— Касьян, ты не о том думаешь. Тебе надо немедленно приступать к отходу. Ты что, забыл — тебе впрыснули изотоп. Сейчас в твою сторону уже вовсю двигаются охранники.

— Да знаю я, знаю, — досадливо морщась, отозвался Касьян, — только ведь если я отсюда вот просто так уйду, значит, все псу под хвост.

— Касьян, мы найдем выход. Тебе надо немедленно, ты слышишь, немедленно…

— А я думаю, мне надо прогуляться до сектора «С», — безмятежно резюмировал Касьян.

— Как?

— Да «по силовому». Все равно уже «спалили», так чего стесняться-то? Тем более, что сам как раз в отъезде…

— Касьян, у тебя ничего не выйдет, — зло заорал Сандерс, которому надоело уже играть в терпеливую няньку для этого полоумного русского, — операция не подготовлена, у тебя нет необходимого снаряжения, оружия…

— Вот нашел проблему, — добродушно усмехнулся Полубой, выбираясь из узкой шахты обслуживания через вентиляционный люк, — тут этого добра — навалом. У любого вертухая, а они, как ты сам говоришь, совсем скоро у меня под ногами начнут путаться. Ладно, пошел я, не дави на уши.

— Тьфу, упрямый осел, — выругался Сандерс и замолчал.

Касьян рысью взлетел на два этажа вверх по пожарным трапам и завернул за угол, входя в огромный тамбур. У дверей, расположенных у дальней стены, скучали два верзилы в форме охранников. Похоже, до них пока не дошла информация о том, что в здании чужак. Впрочем, наверное, пока она еще ни до кого не дошла, кроме группы охранников, неторопливо направлявшейся на двадцать шестой этаж, чтобы задержать одного лоха-монтера по фамилии Кадоген…

Завидя Полубоя, охранники встрепенулись.

— Сэр, прошу простить, но здесь запрещено находиться постороннему персоналу, — заученно забормотал левый, — я прошу вас немедленно покинуть…

— Сектор «С», тамбур два? — скорчив тупую рожу, осведомился Касьян, с самым уверенным видом заглядывая в электронный планшет и не останавливаясь.