Большая охота - Дмитрий Янковский

Минут через десять из воды выбрался уставший и ободранный Борис с шестью слитками золота. В отличии от меня он не стал сбрасывать ласты, а просто снял их и закрепил на поясе, чтобы облегчить себе обратный путь.

– Проклятые рифы! – зло пробурчал он, выплюнув загубник и сняв маску с лица. На лбу и на скулах у него остались красные следы от прижатого давлением эластида.

– Где Катя? – сразу спросил я.

– Вытаскивает слитки из баржи.

– Ты ее что, одну там оставил?!

– А ты хотел, чтобы она перлась с двумя пудами золота через рифы? – остудил он меня.

В его словах был резон, но беспокойство меня все равно не оставило. Борис взял локатор и некоторое время молча смотрел на экран.

– Что они по-твоему задумали? – спросил он.

– Пять тварей ушли. Скорее всего за подмогой.

– За какой?

– Не знаю.

– Но ты ведь сталкивался с ними в океане!

– Там у нас не было твоего локатора, – пожал я плечами. – Мы наблюдали торпеды на предельной мощности обычного ходового сонара. Я понятия не имею, какие типы биотехов принимали участие в нападении на корабль в начале, а какие пришли на подмогу. Для меня тогда это были просто торпеды.

– Понятно. Ну а сам что думаешь по этому поводу?

– Не хочется каркать.

– А все же?

– Они могут вызвать из океана торпеды потяжелее и устроить нам тут кузькину мать даже не заходя в бухту, а взрываясь в безопасной для себя зоне. Это в лучшем случае.

– А в худшем?

– Против худшего мы ничего не сможем предприянть, поэтому и говорить об этом бессмысленно.

– А все же?

– Худшее случится, если твари ушли не за другими торпедами, а для того, чтобы скорректировать огонь ближайшей ракетной платформы. Двух-трех ракет за глаза хватит, чтобы не оставить в бухте живого места. Сам видишь, что стало с Рошаном.

– Это серьезно… – напряженно сказал Борис. – От этого можно спастись только одним способом.

– Смотаться отсюда как можно скорее?

– Именно так. Сейчас у нас на берегу двенадцать слитков золота. Это около шестидесяти килограммов. За одну ходку мы с Катей сможем притащить еще шестьдесят. Получится сто двадцать килограммов. Это не так уж мало.

Я прикинул, что можно сделать на такую сумму. Ну, дом очень хороший построить. Или купить штук шесть самых навороченных внедорожников. Но нам-то нужно было не это!

– Нам нужно построить подводное судно! – выпалил я. – Уникальное судно с уникальными характеристиками и не менее уникальным вооружением. Для решения такой задачи понадобится триста, а то и пятьсот килограммов золота. Сколько там всего на борту?

– Около тонны.

– Нужно вытаскивать все! – горячо заявил я. – Иначе операция не стоит затраченных усилий. Нам ведь не надо обеспечивать себе жизнь, понимаешь? Нам надо обеспечить себе Большую Охоту!

Борис молчал.

– Две ходки двух пловцов – сто килограммов золота, – наконец сказал он. – Пятьдесят килограммов уже на берегу. Значит, нам с Катей придется сделать пятнадцать ходок, чтобы вытащить тонну золота. Каждая ходка двадцать минут, значит, нам нужно пять часов.

– Отрава в воде продержится еще часа три-четыре, не больше, – предупредил нас Коча. – К тому же ее постепенно выносит ветром из бухты. Потом начнется прилив, вода перемешается и действие алкалоида станет слишком слабым.

– Тогда мне нечего торчать на берегу! – вспылил я. – Все равно от меня тут ни малейшего толку!

– А это не тебе решать! – зло посмотрел на меня Борис. – Я и по возрасту, и по боевому опыту старше тебя!

– Начинается: – психанул я.

– А ты как думал? Большая охота, как ты ее называешь – это война. А на войне не обойтись без командира.

– Я все же думал, что на нас четверых это не распространяется. Я считал, что у нас нечто вроде равноправного штаба, где решения принимаются сообща. Это когда к нам присоединятся другие…

– Они будут обижаться так же, как ты.

– Но это мой отец придумал Большую Охоту!

– И что? Я почти вдвое старше тебя, сынок. И я почти всю жизнь руковожу людьми в более или менее экстремальных условиях. И я знаю, что ни при каких обстоятельствах подводную группу нельзя оставлять без берегового прикрытия! Ни при каких обстоятельствах, ты меня понимаешь? Потому что я не хочу выбраться из воды с золотом и увидеть на берегу разбойников, поджидающих нас с винтовками наготове. Хотя бы из этих соображений.

– Но тут бы справилась и Катя! Она хороший стрелок. А таскать тяжести – не женское дело.

– Стрелок она не плохой, – кивнул Борис. – Но у нее нет твоего опыта реальных огневых контактов и твоей психологической подготовки. Для меня это в данном случае имеет решающее значение. Что же касается переноски тяжестей, то за Катю ты тут зря беспокоишься, она еще тебя унесет. Короче, вопрос считаю исчерпанным. Вы с Кочей нас прикрываете, мы носим груз.

Он натянул маску, сунул в рот загубник и вскоре скрылся в воде.

– Он прав, – негромко сказал Коча.

– Не хватало еще чтобы мой партнер встал на чужую сторону, – надулся я.

– Нет, Хай, я как раз на твоей стороне.

Я не стал вступать в дебаты, не было настроения. Взяв в руки локатор и положив у ног ружье, я уселся на песок и принялся тупо пялиться на экран. Коча же взялся за совершенно, на мой взгляд, бессмысленное занятие – собирать по берегу парализованную рыбу и швырять ее обратно в воду. Всех рыб он точно не спасет, так чего силы тратить? Но у него в этом плане были свои сдвиги в башке и подобные его решения как правило тоже не подлежали обсуждению.

«Одни командиры кругом, – подумал я с утихающей неприязнью. – Скоро мне только и останется, что палубу драить без обсуждения».

Время потекло неприятно медленно. Торпеды на экране локатора барражировали у входа в бухту, стаи то сходились вместе, то расходились, не предпринимая ничего. Такое поведение тварей уже само по себе настораживало, поскольку во всех известных мне случаях торпеды попросту кидались на цель с остервенением и отчаянием камикадзе. Да они и были камикадзе. С рождения. Но нежелание погибать бессмысленно, без возможности произвести главный в своей жизни взрыв, говорило о том, что торпеды несколько умнее, чем я о них думал. Это не сулило ничего хорошего.

Через восемнадцать минут, судя по показанию часов на экране локатора, на берег выбрались Катя с Борисом. Задерживаться не стали, я помог им сгрузить золото и начал складывать слитки. Еще не успел закончить, как они снова ушли под воду.

– Надо начинать прятать наше сокровище, – сказал я Коче. – А то потом тонну не перетащим разом. Это ты обещал взять на себя.