Дети непогоды - Павел Марушкин

— Да, один к одному. Как видишь, она почти вдвое больше. Кроме того, количество лучей. Как правило, пентаграмму применяли именно некроманты. Это, с одной стороны, давало им преимущество в простоте исполнения и точности фокусировки, так как развёртка заклятия…

— Стоп-стоп-стоп, старина! Посмотри на бедного Хлю, ты его сейчас окончательно раздавишь мощью своего интеллекта! Да и меня тоже! Пожалей бедных глупых куки! — рассмеялся Иннот.

— Но если моя… Мой медиатор принадлежал раньше кому-то из армии Чёрных Магов, то его сила должна была пропасть сразу же после того, как они проиграли? Разве не так?

— Да нет, всё верно. В том-то и странность. Если бы не это, я совершенно точно определил бы твой медиатор как орудие Чёрных. Вообще надо посмотреть атлас трофейного оружия и военной техники в университетской библиотеке.

— А что шерифы делали со своими звёздами?

— То же, что и ты. Носили при себе и использовали для уничтожения врага. Ну и так, по мелочи… Это ведь не просто оружие, это инструмент магии. С его помощью можно, например, приказывать людям и животным, даже по-настоящему колдовать — если ты знаешь, как это делается.

— А откуда берётся эта колдовская энергия? — поинтересовался Иннот.

— Шерифские звёзды брали её напрямую от зиккурата. Это своего рода аккумулятор магических сил, проект вавилонских магов. Звезда создавала мгновенный канал между своим носителем и накопленной зиккуратом Силой; то есть шериф как бы зачерпывал там немножко магии для своего личного пользования.

— А что ты делал с моей звёздочкой у Громилы? — спросил Хлюпик. — Я имею в виду, с этими кубиками?

— А! Я сразу решил, что это какой-то тип медиатора, и попробовал заблокировать ведущий к нему канал Силы. Честно говоря, я думал, что он давно иссяк. Но, как помнишь, блокировка не удалась — магический куб, в который я попытался заключить твой амулет, попросту разлетелся под вибрациями Силы. У тебя и вправду мощная игрушка, парень: куб держит энергию до четвёртого уровня включительно. Так что твоя звёздочка — по меньшей мере ровня шерифской! Откровенно говоря, не будь вы моими друзьями, я должен был бы сообщить куда следует о таком.

— Старина-а… — укоризненно протянул Иннот.

— Я же сказал: не будь вы моими друзьями. Так что успокойся, пожалуйста. Кстати, ты в курсе, что в городе творится нечто странное? Недавно колдуны стражи зафиксировали несколько весьма сильных заклятий, но откуда они исходят, никто определить не смог. Такое впечатление, что их сбивали со следа, причём чрезвычайно искусно.

— Ну и дела!

— Да. А насчёт твоего медиатора, Хлю: приходи завтра в библиотеку — часам эдак к трём. Попробуем найти его по атласу.

— Мы успеем к этому времени? — повернулся Хлюпик к Инноту.

— Обернёмся, наверное…

— А чем вообще вы сейчас заняты? — поинтересовался Афинофоно.

— Я пытаюсь разобраться в том деле, из-за которого мне пришлось смотаться отсюда полгода назад. Кстати, спасибо, что напомнил: ты, случаем, не в курсе, где словил каюк Кашлюн?

— Боюсь, что нет. Я же с ним почти не был знаком. По-моему, я и видел-то паренька всего один раз — на вечеринке у Громилы. Спроси лучше у него…

— А это мысль, — задумчиво сказал Иннот, когда они возвращались домой.

Под мышкой Хлюпик нёс данную волшебником книгу — со строгим наказом завернуть при первой же возможности в газету и ни в коем случае не читать за едой. «А то знаю я вас, — шутливо погрозил пальцем Афинофоно. — Набрался, небось, дурных привычек у своего приятеля».

— Зайдём к Громиле? — спросил Хлюпик.

— Да я бы один зашёл. Ты и так сегодня набегался, а дел-то всего на минутку: узнать адрес.

— Ну, один так один. — И Хлюпик, похлопав себя по карману, где лежал его волшебный компас, отправился к дому.

Иннот свернул в подворотню. Разумеется, ни тот ни другой и не подумали взглянуть на торчащую вдалеке башню недостроенного небоскрёба.

Да и с чего бы, по правде говоря?

* * *

«Вавилониум» был одним из самых высоких зданий города — по крайней мере, задумывался как таковое. Впрочем, торчащая посреди города башня в нелепом кружеве строительных лесов и в самом деле могла бы войти в десятку мировых чудес — как самый большой на свете долгострой. Многочисленные этажи ярус за ярусом поднимались к белёсому небу — и замирали на полпути, заляпанные извёсткой и исписанные корявыми разноцветными буквами. Подвалы башни давно стали чем-то вроде фешенебельного клуба для многочисленных представителей семейства кошачьих, чью родословную не смог бы проследить и Великий Маг, нижние этажи периодически использовались несознательными горожанами в качестве туалетов. Иногда здесь находили и трупы. На верхние ярусы мало кто забредал — при отсутствии лифта подъём на полсотни этажей вверх становился серьёзной проблемой. Однако сейчас в тени посеревших от времени балок находились двое.

— Разделились, — произнёс Подметала, аккуратно складывая подзорную трубу и пряча её в складках мантии. — Но вот надолго ли?

— Чего же ты медлишь? Пойдём наваляем мерзавцам! Спорим, я сделаю синего на бреющем, да так, что его метров на двадцать по асфальту раскатает? — возбуждённо сказала Перегнида.

— Ты забываешь, что солнце ещё не зашло. — Подметала покачал головой. — Кроме того, мне бы хотелось иметь твёрдую гарантию того, что они не собираются встретиться в самое ближайшее время.

— Да что там солнце! Подумаешь! — Ведьма заскрежетала зубами.

Перед ней как наяву встало воспоминание: помело теряет управление и входит в стремительный штопор…

— Нет. Если помнишь, я говорил: я всегда работаю чисто. Так что — никаких эскапад. Ты вообще-то отдаёшь себе отчёт, что полёты частного авиатранспорта в городской черте строго регламентированы? Согласно бэбидонским законам, любой состоящий на государственной службе волшебник, увидев в небе помело, обязан будет сшибить его оттуда.

— Я им сшибу! — зловеще ухмыльнулась ведьма. — Я им так сшибу…

— То есть ты по меньшей мере затеешь магический поединок. Оно тебе сейчас надо?

— Ладно, ты прав. Просто мне надоело ожидание.

— Ничего; потраченное время окупается, смею тебя в этом уверить. Кстати, почему бы тебе не сменить наряд? Этот немного… Э-э… Попахивает горелым.

— Сама знаю, — огрызнулась ведьма. — Но в этом поганом городишке, похоже, никто не носит чёрного.

— Может быть, тогда стоит подумать о каком-нибудь другом цвете? Хотя бы временно.

— И слушать ничего не хочу.

— Напрасно, напрасно… В приличной одежде вполне можно было бы посетить какое-нибудь интересное место, например.

— Единственное интересное мне место в Вавилоне — это то, где скоро произойдёт зверское убийство, — кровожадно заявила Перегнида. — Причём при моём непосредственном участии в процессе умерщвления.