Смертники - Олег Овчинников

— Не проходил, — ответил Порох. — Пролетал! Выскочил как ошпаренный.

— Один?

— Этого я не заметил.

— Вроде, один, — сказал Налим.

— Какой он, оказывается, быстрый, наш пернатый друг… — пробормотал Столяров, увлекая Олега к выходу. — А Бес или Яцек? — спросил он уже с порога.

— Нет, нет, не видели, — нестройно ответили сталкеры. Михаил сбежал с крыльца и вышел на середину улицы.

— Неизвестно, сколько у нас времени, — сказал он. — Если опоздаем, то лучше бы вообще не ходить.

— Тогда не пойдем?

— Двинули, живо! И убери, говорю, «венец» из рюкзака. Там, куда мы идем, парни попроще, они длинных комбинаций не выстраивают. Хватают все, что видят. Да-а… Ну, Коршун, ну, молодец… Резину тянуть не любит. — Как ты думаешь, Бес действительно встречался с Пельменем?

— Конечно, нет. Коршун с самого начала знал, куда отвезли контейнер. А с Пельменем нас свели для правдоподобия. Потому что для обычного сталкера Коршун знает непозволительно много.

— А если ты ошибаешься?

— Опять?! — крикнул Столяров. — Ста метров еще не прошли, ты мне уже в мозги въелся!

— Ладно, я помолчу, — отозвался Гарин. — Только одну вещь скажу. Я понял, почему ты в Зоне. Приказ начальства, большая зарплата в Институте — все это фигня. Ты сам сюда с радостью влез, потому что дома ты один. Нет у тебя ни друзей, ни баб нормальных. Какой бы ты ни был боксер-самбист, ты все равно один. Потому что ты невыносимый человек. Все, вот теперь я молчу. — Олег рубанул воздух рукой, словно расписался и перевернул страницу.

Михаил на эту тираду никак не отреагировал, возможно, он вообще ее не слышал. Его занимала проблема более насущная: как не опоздать к Пельменю и в то же время не стать кормом для мутантов. Преодолеть бегом расстояние от книжного до госпиталя было нереально даже без рюкзака за спиной и Гарина на шее. Кроме того, на дороге тут и там лежали поваленные деревья, закрывавшие обзор. За каждым из них могла поджидать парочка зомби или свора голодных собак. Столяров двигался короткими, но мощными перебежками от одного укрытия к другому. Бочка из-под солярки, куст, даже бетонные основания фонарей — все годилось, чтобы укрыться от возможного противника. При этом Михаил был вынужден каждый раз оборачиваться к Олегу и проверять, жив ли тот.

Гарин старался не отставать — настолько, насколько это было в его силах. А силы начали его покидать уже через два квартала, как только миновали универмаг. Еще через несколько минут впереди за общежитием показалось какое-то длинное строение. Гарин, помнивший карту довольно смутно, решил, что это и есть больница. Радости не было предела, силы удвоились, и следующие сто метров он преодолел как на крыльях. Однако здание оказалось обычным жилым домом, и Олегом овладело уныние.

«Автомат можно было и на базе оставить, — с тоской подумал он. — Все равно не воевать же идем».

Единственное, что его не мучило, — это обувь. Трофейные ботинки «Дизель», которые бывшему владельцу уж точно не понадобятся, поскольку в аду принято ходить босиком.

Вот если бы еще избавиться от автомата и, естественно, от рожков к нему, а заодно от гранат…

— Ложись! — рявкнул впереди Михаил.

Гарин, уже привыкший к дисциплине, без вопросов распластался на земле. Спустя мгновение он услышал, как чье-то тело позади с глухим стуком принимает винтовочные пули. Где-то там же, чуть левее, послышался злобный собачий рык.

— Лежать! — повторил Столяров.

Он всадил во второго мутанта остатки магазина, перезарядил оружие и лишь потом позволил себе перевести дыхание. За спиной у Олега остались лежать два снорка.

— Пойдем, пойдем, — поторопил Столяров. — Мы сейчас в самом неприятном месте: вперед еще далеко, а назад уже глупо. Давай! Бегом, твою мать!

Уворачиваясь от пинка, Гарин рванул по улице, да так быстро, что обогнал Михаила.

— Стой! Жди! — замахал ему Столяров, догоняя. — Ты что, белены объелся? Куда втопил? Вместе двигаемся.

Следующий квартал они преодолели быстро и без сложностей, вот только сил у Гарина оставалось уже не много, вернее, как он считал сам, — не оставалось совсем. Еще через двадцать метров Олегу пришлось забыть об усталости: наперерез им, прямо на проезжую часть, от магазина «Березка» вышел медлительный и мощный, как старый медведь, контролер.

«Вот! — возбужденно подумал Гарин. — Вот я и понадобился! Настал мой час».

Он сунулся в рюкзак, но вспомнил, что убрал «венец» под комбинезон, и хлопнул себя по груди, убеждаясь, что артефакт действительно там. За это время Столяров поднял винтовку и четыре раза подряд выстрелил мутанту в лицо. Пули легли кучно, и четвертая прошла уже насквозь, с визгливыми рикошетами потерявшись где-то в дворовых гаражах. Контролер постоял пару секунд, будто сомневаясь, не рановато ли ему подыхать, и наконец рухнул вперед, расплескав по сухому асфальту месиво перемолотой морды.

— Уже близко, — сказал Михаил, доставая из кармана скомканную тряпку, в которой Гарин узнал свою наволочку.

Столяров кое-как примотал полотно к стволу винтовки и, взяв ее за приклад, поднял высоко вверх.

— Руки в гору, — скомандовал он.

— Веришь в благородство наемников? — спросил Олег, выполняя приказ.

— Человек всегда должен во что-то верить, — отозвался Столяров. — Пошли. Медленно.

Первый корпус госпиталя встретил их гробовой тишиной. За окнами на разных этажах можно было заметить отчетливое движение, но в контакт наемники не вступали.

— Не пристрелили сразу — это плюс, — поделился Михаил. — Только руки не опускай смотри.

Они прошли вдоль всего здания, за которым открылся сквер, довольно большой и некогда уютный. Зеленая площадка была обнесена низкой бетонной оградой, ничего не закрывавшей и построенной лишь для завершения архитектурной композиции. Когда-то здесь было так хорошо, что люди, вероятно, и болели-то без особой печали. В глубине сквера, отстранившись от улицы, стоял главный корпус, еще более длинный и высокий, чем первый.

От широкого крыльца к парламентерам шли трое вооруженных мужчин в синих комбинезонах.

— Психиатр сегодня не принимает, — с ходу заявил один из них. — Чего надо?

— Переговорить с одним из ваших людей, — ответил Столяров, осторожно опуская винтовку стволом к земле. — Для него это важно.

— Для кого для него? — процедил другой наемник.

— Для Пельменя. Мы пришли к нему.

— Он вас сюда звал?

— Нет. Но я повторяю: Пельменю это важно.

— Ишь ты… А кто решил, что для него важно, а что нет?

— Послушайте, парни. Мы отмахали половину города, и этот город — далеко не Рио-де-Жанейро, вы в курсе. Мы намеренно зашли на территорию, где по чужим часто шмаляют без предупреждения. Наверно, у нас есть веская причина, как вы думаете? Позовите Пельменя, неужели это так трудно? Если он, конечно, еще не мертв.