Искушение вампира - Рэйвен Харт

– Мария тоже носит четки за корсажем. – Я умолчал о том, что мне стоило немалых усилий приблизиться к католической реликвии. Елизавета послала меня напугать Марию, и это не составило труда. Достаточно было забраться в высокое неприступное окно ее комнаты в Тауэре и показать клыки. Однако я уловил ее злость и вошел внутрь. У Марии был вкус вереска и безнадежности.

Елизавета повернулась ко мне и неожиданно кинулась на защиту своей кузины.

– В конце концов, она тоже королева. А Уолсингем снимет твою красивую голову, если узнает, чем мы тут занимаемся вдвоем. – Англичане всегда с готовностью жгли ведьм. Страшно подумать, что они сделают с тварью вроде меня. Я не стал отвечать на ее угрозы, а просто налил в чашу меда. Елизавета вздохнула, поднялась на ноги и подошла ко мне – так близко, что я ощутил тепло ее тела. Под горностаевой накидкой на ней не было ничего. Бесс взяла чашу из моих рук и отпила.

– Я твоя королева. А ты здесь затем, чтобы ублажать меня, не так ли? – В ее глазах мелькнула тень сомнения и тут же пропала.

Я улыбнулся.

– Повинуюсь. Я весь ваш. – Более не тратя слов, я отшвырнул чашу, подхватил Елизавету на руки и кинул на кровать, заглушив удивленный вскрик долгим поцелуем. Она сопротивлялась, пока мы оба не начали задыхаться. Наконец и оторвался от ее губ, и королева ухмыльнулась.

– У тебя вкус крови, – прошипела она.

– Да. Это кровь королевы Марии. – Я думал, что Елизавета снова закричит и оттолкнет меня, но она умела удивлять. Облизав губы, королева потянулась ко мне, чтобы попробовать еще раз…

Голос Ридрека вернул меня в реальность.

– Да, я позволял тебе развлекаться. Потом учил тебя охотиться.

После смерти Елизаветы – смерти такой же естественной, как и рождение – я едва не сошел с ума, а потом, утонув в своем горе, опять сошелся с моей вечной любовницей – яростью. Я рыскал по Лондону, охотясь на пару с Ридреком, будто мы были лордами этой земли. Словно право убивать и калечить было дано нам свыше.

Но нет; божественная воля не имела с нашими делами ничего общего.

Однажды вечером мы поднялись на торговый корабль, недавно приплывший из южных стран, груженный рабами и специями. Мне вспомнился запах корицы, карри и давленых оливок. Я метался по палубе, убивая команду, пока Ридрек освобождал рабов от их цепей и их крови. Словно зачарованный, я наблюдал, как он обезглавил одного раба, потом удушил другого. Вместо того чтобы бросить очередную жертву на палубу, Ридрек держал ее на весу, раздирая артерии, наслаждаясь криками и судорогами. В конце концов, мы так раздулись от крови, что едва добрались до своих гробов. И все же я не чувствовал ни удовлетворения, ни покоя.

– Или ты не помнишь, как это было? Мы ели, когда хотели и сколько хотели. Бродили по улицам и пили сладкую кровь… – Ридрек смотрел на меня в упор, и я знал, что он ищет слабину. – Как давно ты в последний раз ел? Я хочу сказать: ел по-настоящему, до полного насыщения и удовлетворения?

Возможно, никогда. Во всяком случае, очень и очень давно, хотя я не собирался в этом признаваться. Я научился контролировать свою жажду и способен сдержать себя, если речь заходит об охоте. С помощью Элеоноры я нашел несколько добровольцев-доноров и довольствовался этим.

– Я утоляю жажду другими способами, – отозвался я, увильнув от прямого ответа.

– Покажи мне, – сказал Ридрек. – Стань моим проводником в Новом Свете. Покажи, как здесь умирают и как обедают.

Он бросал мне вызов, желая узнать мои привычки и склонности. Сосредоточившись, я закрыл от него мысли об Элеоноре и обо всем, касавшемся моей измененной крови. Если бы мне удалось убедить Ридрека, что у него есть шанс обратить меня на свой путь, я выиграл бы время. И тогда, возможно, я сумел бы отыскать способ разделаться с ним. Во всяком случае, есть вероятность на время отвлечь его от Джека.

– Где ты бросил машину мэра?

– На парковке возле какой-то вашей церквушки. Такая симпатичная, с золотым крестом в витражном окне. Отличная шутка; не находишь? А почему ты спрашиваешь?

– Потому что она нам понадобится, – ответил я. – Как только сядет солнце, я повезу тебя на охоту.