Экзамен для героев - Алекс Орлов

Примерно через час скайдер прибыл в обжитой район космоса и начал сбрасывать скорость. В иллюминаторах замелькали огни станций связи, сети минных полей и целых крепостей. Джим сразу разобрался в назначении этих гигантских нагромождений, из которых во все стороны торчали стволы орудий и фокусаторы излучателей, а серые стены были отмечены почерневшими шрамами, что подтверждало обоснованность их нахождения здесь.

Потянулись длинные ряды соединенных между собой, похожих на таунхаусы доков. Ворота некоторых были открыты, и Джим с интересом заглядывал в них, когда скайдер малым ходом проходил мимо.

В доках стояли корветы, корабли огневой поддержки, миноносцы и торпедные катера. Ремонтные роботы, похожие на гигантских пауков, передвигались на магнитных присосках по корпусам и заменяли целые секции, разбитые накануне вражескими пушками. В других ангарах заменяли надстройки, навесное оружие, радарные антенны.

Над занятыми покраской и сваркой ремонтными роботами болтались на страховочных тросах затянутые в скафандры канкурты, контролировавшие работу умных машин.

– Класс, – восхищенно произнес Джим, откидываясь на спинку кресла. Потом покосился на Дриза – тот дремал, в то время как рука его коллеги Делии была зажата клешней Тони – канкуртская красотка не возражала.

Дунци вернулась в своей безопасный угол, а капитан Броссар смотрел перед собой, видимо прокручивая пропущенные накануне файлы.

Джим понимал, что главная встреча впереди, ведь пока что все, кто с ними здесь общался, были посредниками или начальным звеном большой машины канкуртских спецслужб. Думая об этом, Джим ничуть не удивлялся происходящим вокруг них с Тони событиям. Возможно, он просто привык к экстремальному течению жизни, или генетическая память его канкуртской четверти позволяла лучше приспособиться к реальности канкуртского мира.

Станции и доки остались позади, и космические постройки вокруг скайдера изменили профиль. Теперь это были жилые модули и казенные блоки – последние выдавала своеобразная архитектура, присущая им как в космосе, так и на поверхности планет.

Причалил скайдер к одному из таких блоков, и капитан Броссар предложил Джиму с Тони проследовать за ним. Остальные остались на борту скайдера.

Тони бросил на Делию прощальный взгляд и, улыбнувшись, шагнул в шлюз, где ему пришлось пригибаться.

Возможно, он больше никогда не увидит эту девушку, но такова была его жизнь, расставания были ее частью.

За порогом шлюза Джима и Тони встретил какой-то посредник в штатском – так Джим и Тони восприняли похожий на мундир костюм без знаков различия.

Не сказав «до свидания», Броссар вернулся на скайдер, а Джим и Тони последовали за встречающим по узким и сумрачным коридорам, вдоль стен которых тянулись укрытые в монтажных коробах пучки кабелей, световодов, водо– и пневмопроводов. Это было так похоже на то, что они привыкли видеть на военных кораблях в своем мире.

Напарники даже посмеялись, дивясь такой схожести строения космических объектов, правда, предупреждающих надписей нигде не увидели, да и членов персонала или матросов им встретить тоже не удалось.

Коридор уперся в массивную пневматическую дверь, которая поднялась, после того как сопровождавший их канкурт сунул ладонь в контрольное окошка.

– Дальше – сами, – сказал он и встал к стене, пропуская гостей.

Напарники двинулись по короткому коридорчику прямиком в просторный кабинет, обставленный с легким намеком на роскошь.

Посередине кабинета стоял человек в черном флотском свитере, синих парусиновых штанах и спортивных туфлях для игры в гольф. Он был коротко стрижен, седоват и к моменту встречи с Джимом и Тони прожил не менее пятидесяти лет.

Едва глянув в его глаза, Джим понял, что наконец видит канкурта, который принимает важные решения.

– Полковник Фарковский, командую местным бюро военной разведки. Прошу садиться, господа, представляться мне нет нужды, я о вас знаю достаточно.

Хозяин кабинета указал на пару кресел, а сам занял третье – напротив них.

Джим и Тони сели.

– Чай, кофе? – спросил хозяин.

– Чай, пожалуйста, – сказал Тони.

– Мне тоже чай, – сказал Джим, ловя на себе внимательный взгляд полковника Фарковского.

– Что, мистер Симмонс, не удалось мне вас обмануть своим маскарадом? – спросил тот.

– Нет, сэр, но нам очень приятно, что вы старались создать для нас привычную атмосферу.

– Эти туфли и свитер – просто потрясающие, – подтвердил Тони. – Последним человеком, который так одевался, был наш учитель физики.

– То есть мне нужно переодеться?

– Ни в коем случае, сэр! – запротестовал Джим. – От мундиров военной разведки нас уже тошнит.

– Ну, насколько мне известно, тошнит далеко не всех, – возразил полковник и посмотрел на Тони.

Открылась дверь смежной комнаты, в кабинет вошла секретарша в клетчатом шотландском килте и таком же черном, как у начальника, свитере. В руках она держала расписанный яркими цветами металлический поднос, на котором стояли три граненых стакана в серебряных подстаканниках и тарелочка с огромными дольками розоватого грейпфрута. А еще два пластиковых набора для пневмоинъекций.

– Пожалуйста, – произнесла изображавшая секретаршу девушка и, поставив поднос на журнальный столик, ушла, старательно покачивая бедрами.

– Ну, как вам? – спросил полковник, довольный тем, что до тонкостей выполнил сложный ритуал потребления чая.