Факультет чудовищ. Грабли для профессора - Ольга Валентеева

Утром мне хотелось кого-нибудь придушить. Ровно до того момента, пока не вышел в гостиную и не увидел там Дени. Мой когтистый студент восседал в освободившемся кресле и листал оставленный фолиант с таким угрожающим видом, что я еле сдержал смех.

– Доброе утро, – сел напротив. – Занимаешься?

– Угум, – пробормотал Дени.

– Сбежал из комнаты?

– Угум.

Да уж, парень серьезно не в духе. И я даже знаю почему.

– Дарентел?

Дени захлопнул книгу и плюхнул на стол. Поднялся столб пыли – а фолиант-то древний. И неухоженный. Наш усатый библиотекарь голову бы снес за такое.

– С какой стати этот должен жить с нами? – тихо, с легким шипением поинтересовался Дени.

– А куда его девать? – пожал плечами, словно это не Ленор пригласил братца пожить на диван. – Комнат мало, крон суров. Надеется, что сынишка облагоразумится и не будет создавать проблем.

– Есть другие комнаты!

– Не с Дабл Кей же его селить! Они сожгут – и не заметят.

– А Джем и Микель?

– С Джема Микеля хватит. Они далеко не друзья. Дени, не понимаю, из-за чего такой сыр-бор. Да, Дарентел – не самый приятный человек, но кто из нас не такой? Вспомни, какой была ваша группа. Сожженные этажи, пожеванные и поцарапанные студенты. А наша встреча на ярмарке?

Я, конечно, сам считал Дара тем еще поганцем, но надо было убедить Дени, что стоит найти с принцем общий язык. Иначе начнется война в четырех стенах.

– Ладно, – вздохнул Дени, принимая мои аргументы. – Но дружить с ним я не намерен.

Вот так-то лучше. По крайне мере, пока Дарентелу не грозит погибнуть от кое-чьих когтей. Настроение улучшилось. Итак, на поиски балаганчика? Я быстро собрался и уже собирался уходить, когда меня перехватила Мия.

– Можно с тобой? – невинно улыбнулась она и затрепетала ресницами. А я-то думал! Рано успокоился.

– Можно, – учитывая, что принцесса оделась для прогулки, на отказ она никак не рассчитывала. А я не собирался менять планы.

Мы спустились по лестнице для слуг и вынырнули на улицу через боковую калитку. Этот путь был куда короче и проще, чем попытки найти нужный поворот в лабиринте комнат. Мия, конечно, прекрасно знала дворец, но зачем это лишний раз показывать? Стоит отдать принцессе должное – она прекрасно справлялась с моей иллюзией, питала ее силой. Не отличишь от настоящей внешности.

Пригревало солнышко. Улицы столицы гудели, как пчелиный улей. Куда-то спешили экипажи, прогуливались парочки. Мы шли медленно, наслаждаясь редкой минутой отдыха. К моему счастью, Мия прекрасно знала, где останавливаются все приезжие балаганчики. Это избавило от необходимости рыскать по городу в поисках.

– Люблю столицу, – говорила принцесса, удивительно прекрасная в нежно-голубом, довольно простом платье. – Здесь никогда не затихает жизнь. Если бы я не была той, кто есть, то обязательно купила бы дом с видом на озеро Лад. Такое красивое место! Отец не любит воду, а я обожаю. А ты, Аль?

– Я тоже всегда хотел жить у воды, – от весеннего тепла тянуло на рассуждения. – Вот только подальше от столичного шума. С тех пор, как уехал из дома, все время суечусь, несусь куда-то, влипаю в истории. Надоело. Хочется покоя.

– Поэтому ты решил стать профессором? – рассмеялась Мия.

– Судьба решила за меня.

– Нет, ну правда, – не унималась девушка. – Как комедиант очутился в академии?

– Украл чужие документы, – вспомнилась первая встреча с Кроуном. – На свою голову.

Мия удивленно замерла, но секунду спустя разразилась смехом. Надо же, я ожидал, как минимум, осуждения. Но никак не безудержного веселья.

– Когда мне было четырнадцать, я сбежала из дома, – снова заговорила она, останавливаясь у цветущей вишни. – Далеко не ушла, к следующему вечеру меня нашли. Но это был единственный раз в жизни, когда чувствовала себя свободной. Титул обязывает. Так же, как и твоя мантия.

Я не стал с ней соглашаться или перечить. Человек сам делает себя несвободным. Либо, наоборот, разрывает цепи. Чтобы это понять, достаточно взглянуть на ее братьев. Дарентел и Ленор – принцы. Ленора сковывает его жуткая сила, но он свободен. А его старший брат – нет. Он сам построил свою тюрьму. Но рассказывать об этом юной взбалмошной принцессе не хотелось. Ей и так суждено выйти за нелюбимого в угоду амбициям короны. Пусть радуется, пока может.

– А вот и балаганчик, – Мия указала вперед. – Идем?

Мы ускорили шаг. А нам навстречу уже спешил Джо. Он размахивал руками, приветствуя нас. Из балаганчика высыпали мои друзья. Меня схватили, затискали в объятиях и чуть не оторвали руку в рукопожатиях.

– Аланел, бродяга! Добрался-таки, – Джо хлопнул по плечу так, что я чуть не сел. – Как дворец? Как практика? Ребята?

– Все хорошо, – отвечал я. – А вы?

– Сегодня первое представление, вот-вот начнется, – сообщил Джо. – Поучаствуешь?

Я замер. Снова выйти на сцену? Пусть всего раз.

– Аль, пожалуйста, – глаза Мии светились от любопытства.

– Ну хорошо, – кивнул я. – Так и быть. Где можно переодеться?

Меня втолкнули в костюмерную, располагавшуюся в фургончике Джо. Часть его жилища всегда была завалена костюмами, не помещавшимися в других фургонах. Сердце отчего-то тревожно билось в предвкушении. И вдруг понял – соскучился. По толпе, подмосткам, аплодисментам. Больше всего на свете хочется еще раз ощутить волнение, которое охватывает на сцене. Отыскал в ворохе одежды свою старую куртку, расшитую блестками, и серебристую маску, скрывавшую верхнюю часть лица. Скинул мантию, натянул куртку, вдохнув привычный запах пыли. Взглянул в осколок зеркала, верно служивший Джо сколько знаю. Что ж, вот я и снова стал собой, Аланелом Дагеором, а не профессором Кардемской академии. Удивительная легкость разлилась по телу.

– Ал, мы начинаем, – заглянул в фургончик Джо.

Утренние представления не так многолюдны, как вечерние, но это – столица. Тут может быть иначе. Я думал об этом, выскальзывая из фургончика и пробираясь за подготовленную сцену. Мия стояла среди зрителей – быстро отыскал ее взглядом.

– Ты сегодня с нами? – легкая ручка сестры Рамона Дианы легла на плечо. Она выглядела такой же радостной и счастливой, как и другие артисты.

– Да. Вспомню юность, – кивнул я. – Где Рамон?

– Ждет выхода. Спасибо тебе. Он стал… другим.

– А я-то тут при чем?

– Не знаю, что ты ему сказал, но сейчас у Рамона появилась надежда.

Я только кивнул. Уж не знаю, почему Диана вздумала наградить меня такой заслугой. С кем с кем, а с Рамоном мы мало общались. Как-то не выдалось времени.

Представление началось. Джо долго рассыпался в благодарностях зрителям, зазывал публику, обещал невиданные чудеса. Затем настал черед маленькой любовной сценки. Лиона и Малют, мои старые приятели, отыграли блестяще. А зрителей собралось куда больше, чем я ожидал. Похоже, Джо и ребята неплохо подзаработают.