Ведьма на работе - Анна Гринь

Женщина с явным ужасом воззрилась на рисунок на кофте, потом переместила взгляд на мое лицо, но не сбежала с криками, а медленно прошла к столу и села на предложенный мягкий стул.

— Так по какому вопросу вы хотели меня видеть? — сделав знак Мэю, вежливо спросила я и принялась разливать молоко по чашкам.

Сначала Марика мялась и вздыхала, но после начала рассказывать и настолько увлеклась, что за каких-то полчаса выболтала мне все о своей жизни. Не самой легкой, собственно, жизни.

Так бывает, и бывает гораздо чаще, чем хотелось бы. И миры тут ни при чем. Просто люди всюду одинаковы.

Марика родилась и выросла в самой обычной семье, каких много в любом из миров. Рано вышла замуж, жила домом и детьми. Всю себя отдала другим, а потом на пороге сорокалетия узнала, что муж обзавелся любовницей.

Обычная история.

Мужику захотелось иной жизни, где нет примелькавшейся супруги, великовозрастных оболтусов-детей и быта. Захотелось снова стать вольным птахом. Марика, естественно, находилась в уверенности, что это любовница сбила мужчину с пути праведного, а переживания довели женщину до того, что к ведьме она заявилась с надеждой от любовницы избавиться.

Просьбу я выслушала спокойно, даже не вздрогнула, когда бледная, какая-то вся серая женщина, выглядевшая гораздо старше своих лет, упомянула яды, проклятия и травлю собаками. Лишь сломавшееся в дрожащих пальцах печенье выдало весь мой ужас. Марика озвучила еще несколько вариантов расправы и разрыдалась в голос.

— Пожалуйста, успокойтесь, — как можно добрее сказала я и пододвинула к ней чашку, к которой женщина за все время разговора так и не притронулась. — Я постараюсь вам помочь.

Марика подняла на меня полный надежды взгляд.

— Но… видите ли… Я не могу причинять вред другим, — чуть виновато сообщила я, подозревая, что мои гневные речи о том, что членовредительство не выход, женщине покажутся странными. Мы не в моем родном мире, здесь порядки другие. — Я связана по рукам и ногам правилами.

Марика вздохнула. Похоже, оправдание я выбрала верно.

— Я понимаю, что вы очень расстроены, — продолжила я и со всем участием улыбнулась женщине. — Мне жаль, что я не могу исполнить то, из-за чего вы здесь, именно так, как вы хотите. Но я постараюсь вам помочь.

Марика дрожащими руками взяла чашку, принюхалась и осторожно пригубила неизвестный в Рыжем мире напиток.

— Знаю, что мои слова могут вас смутить, но вам стоит побеспокоиться о себе, — воодушевленная тем, что женщина слушает меня молча и смотрит с надеждой, сказала я. — Переживая из-за измен мужа, вы измотали себя. А ведь любовница вас должна волновать меньше всего. Вы у себя одна, другой не будет. Как и не будет второй жизни.

Марика вздохнула и со слезами отпила еще немного кофе.

— Вам не обязательно брать на себя грех и вредить этой женщине, — продолжила я. — Как и мужу. Вы ведь добрая, честная горожанка. — Марика печально кивнула. — Если вы что-то сделаете, то потом себя же загрызете переживаниями.

— Но как же быть?! — воскликнула женщина, заламывая руки.

Я на миг призадумалась, а потом улыбнулась и сказала:

— Подождите секунду.

Я быстро сходила в кухню и вернулась с большим блестящим яблоком в ладонях.

— Яблоко? — удивилась Марика.

— Это не просто яблоко, — как можно загадочнее изрекла я. — Это волшебное яблоко. Берите его и отправляйтесь домой. Съешьте и ложитесь спать, ни о чем не думая. Когда проснетесь, ваша жизнь изменится. Яблоко не вернет вам мужа и не избавит от соперницы, но магия, что заложена в нем, даст вам силы справиться со всеми невзгодами. Это молодильное яблочко. Оно разгладит морщинки, что появились раньше срока. Уберет следы тревог и печалей, вернет вам легкость. — Марика недоверчиво улыбнулась, став чуть симпатичнее. — Вы встанете, выберете самое красивое из своих платьев, наплевав на практичность своих обычных нарядов, и пойдете просто гулять по городу, а мужчины будут оборачиваться вам вслед. И о муже не вспомните. Вы достойны счастья. И больше не будете подпускать к себе горе и страдания. А муж вернется, но только вам решать, впускать ли его обратно в свою жизнь!

Теперь женщина улыбалась завороженно и недоверчиво.

— Так будет? — спросила она неуверенно.

— Конечно, — ответила я.

От меня Марика уходила со счастливой улыбкой, с трепетом прижимая к груди розово-алое яблоко. Чтобы чары «прижились», я взяла с женщины пару мелких монет за услугу, хотя та собиралась дать гораздо больше. Но сколько стоит счастье? Счастье бесценно. А я лишь яблоко ей продала.

— А ведь могла изобразить злую королеву и предложить это же яблочко подбросить любовнице, как Белоснежке, — прошептала я себе под нос и потрогала успевшее засохнуть яблочное пюре.

— И почему ты самой себе то же самое не скажешь? — внезапно спросил Шарад, появляясь в поле зрения.

— Другим всегда как-то проще, — вздохнула я и, не взглянув на Шарада, отправилась смывать омолаживающую яблочную маску.

* * *

Если бы в тот момент я знала, что случится у нашего дома через пару дней, спряталась бы под кроватью и отбивалась бы Васькой, а не занималась убеждениями взрослой тетки. За двое суток аллергия почти прошла, явно не без помощи яблок. Но радость мою подпортила толпа страждущих просветления женщин, столпившихся у порога.

Выглянув утром в приоткрытое окошко, чтобы насладиться солнечными лучами, я услышала гомон и перепугалась. В коридоре столкнулась с Шарадом и, потеснив его, вошла в угловую комнату, чтобы осмотреть входную дверь с безопасной высоты второго этажа.

— Там куча женщин, — сообщил Мэй. — И они все хотят мол од ильных яблок. О чем они?

Я сглотнула, глядя на толпу из доброй сотни жительниц Рыжего мира. Все они были разных возрастов, но выглядели одинаково воодушевленными и нетерпеливыми.

Похоже, рвать мне косы за кривое ведьмачество они не собираются. Это хорошо? Ну… наверное. Вот только… Они все пришли за яблоками?

Спустя несколько минут я узнала, что таки да, все эти тетки явились по мою душу и яблоки. Отказываться и всех отсылать было глупо. Да и чревато! Тем более среди женщин я заметила сильно посвежевшую и улыбающуюся Марику. Пиарщица рыжемирная!

Пришлось высылать парламентером Мэя, а самой не без помощи Шарада перетаскивать в кабинет и прятать под стол пару ящиков с внезапно популярными плодами. Занимаясь обустройством рабочего места, я по наитию заглянула в зал потерянных вещей и сгребла с полок пару горстей всевозможных безделушек, еще заранее не зная, что буду с ними делать.

Наконец я переоделась, тщательно припудрила лицо и поставила на плиту самый большой из имевшихся в наличии чайников. Мне сегодня понадобится много, очень много чаю, чтобы не сойти с ума!

А дальше начался прием. Женщины шли нескончаемым потоком. Мне приходилось выслушивать историю каждой, сочувственно кивать, а после того как горожанка допивала предложенный чай, долго и красочно желать. Желать много, многословно, от души. И выдавать каждой страждущей яблоко, а кому-то — еще и какую-нибудь висюльку, наговаривая на нее что-то отдельное.