Отрава Их Величества - Оксана Алексеева

– Не смей, Лю! Не смей! Если ты бросишься на Нанью, то обязательно зацепишь и меня! Простит ли тебе это император?! Клятва, Лю, Клятва!

– Обожаю эти их клятвы! – причитала Нанья, но гораздо беспокойнее.

Перевертыш опустил голову и зарычал громче, но зато замер на месте. Вздыбившаяся шерсть на загривке лишала надежды, что он близок к спокойствию. Наверное, внутри него темные хряки отплясывали шаманские танцы, а он всеми силами пытался их утихомирить.

– Я, пожалуй, на дерево пойду, – пропищала Нанья после последнего, самого внушительного рыка.

– Не глупи! – Отрава к ней не повернулась, твердо вознамерившись броситься наперерез перевертышу, если потребуется. – И не делай резких движений! Он ведь перевернется в того, кто умеет и по деревьям…

Но Нанья так и не научилась бороться с паникой. Она рванула в сторону и этим спровоцировала перевертыша на погоню. Отрава только и успела ухватиться за его хвост, чтобы хоть немного замедлить движение. Волк изогнулся и рядом с плечом Отравы клацнула огромная челюсть – зубы не задели, но заставили всю ее сжаться от ужаса. Они сами довели перевертыша до такого состояния, что он скоро совсем перестанет понимать слова!

– Стреляй шарами, Нанья! – орала Отрава в полный голос. – Стреляй!

Это, конечно, был не лучший вариант, но на Лю все заживет за несколько дней. А вот разодранный в клочья труп Наньи стал бы куда более заметной неприятностью. Сама Отрава со всей мочи вцепилась пальцами в мохнатое бедро – хоть какой-то дискомфорт псине доставить, пока Нанья с силами собирается.

Но Лю рычал еще громче и на Отравины усилия внимания не обращал – только лапой назад сучил, пытаясь ее скинуть. Поскольку он остановился, Отрава подтянулась еще выше и теперь видела Нанью. Та, парализованная страхом, стояла совсем недалеко, уже поняв, что убежать не сможет.

– Нанья, стреляй!

– Как же стрелять-то… – бормотала та, – это же наш Лю… как же я…

И теперь стало понятно, что она не сможет собраться, даже когда перевертыш снова рванет на нее. Отрава от удивления свалилась на землю, увидев как Нанья сама шагнула к нему. Лю снова зарычал и весь сжался, будто перед прыжком. Но Нанья опередила его и протянула руку к морде с оскаленными клыками. Он недоуменно замер.

– Ты прав, Лю, ты во всем прав. Я очень раздражаю тебя, – говорила все громче Нанья. – Но я постараюсь… больше не быть такой раздражающей…

Теперь он зарычал тише. А Нанья обхватила руками его шею, что-то продолжая говорить на ухо. И кажется, ей удалось дошептаться до человеческой стороны Лю – ведь тот даже на восходе ночной звезды оставался существом мыслящим, хоть и слишком эмоциональным. Злость в нем кипела до сих пор, но возможно, перемешивалась с пониманием, что Нанья, вместо того чтобы закидать его своими бронебойными шарами, висит на его шее и жалобно хнычет.

Он нервно задергал головой, скидывая неприятную сейчас ношу. А потом, все так же тихо порыкивая, развернулся и прошел мимо Отравы. Тут же улегся на землю и закрыл глаза.

Отрава даже мнение на этот счет высказывать не стала – и без того было ясно, что Нанья своим глупым порывом победила все доводы разума. Только подошла к подруге и помогла подняться на ноги.

Они развели костер и принялись сушить одежду. Через час, когда ночная звезда окончательно закрепится на темном небе, они прижмутся к теплому боку Лю. Между его мехом и костром у них будет шанс не замерзнуть.

И все же Отрава проснулась от тряски собственного тела, которое до последнего не теряло надежды согреться на земле в тонком тканевом сарафане, и оттого оборачивало само себя в такие же холодные руки. Причина внезапного похолодания была в том, что Лю и Нанья уже сидели у костра, тихо переговариваясь. Сквозь муть уходящей сонливости Отрава разглядывала перевертыша – тот выкрутился и без одежды: все его тело, теперь почти человеческое, было покрыто мехом. Он напоминал чудище из сказок: смесь человека со зверем. Но приветливая улыбка на лице была исконно его.

– Отрава, просыпайся! Я с утра уже зайца поймал – маленького совсем… но зато быстро прожарится.

Отрава переместилась к ним, а точнее – поближе к костру, вытянула к огню озябшие ноги. В лесу они оставаться не могут – тут и с теплой одеждой через пару недель стало бы неуютно, а уж с их арсеналом вообще никаких шансов. Один только голый Лю в безопасности. Но когда Отраве протянули кусок мяса, насаженный на обугленную палку, она сказала совсем другое:

– Нам нужно в Мираль. Не знаю, где это, но там какие-то рудники…

– Где держат Криса, – сразу поняла Нанья. – Ядовитая моя…

– Отрава, нам бы самим сейчас выжить… – задумчиво рассуждал Лю.

– Нам нужно в Мираль! Нам нужен Кристофер! – упрямо пресекла все назревающие противоречия Отрава. Но заметив, что лица слушателей до сих пор не озарены решимостью, разозлилась. – А знаете что, я точно иду в Мираль! С вами или без вас! Можете тут оставаться, чтоб благоденствовать… в этом уюте!

Друзья переглянулись и даже успели с каким-то тайным смыслом иронично улыбнуться друг другу. Отраве показалось, что они неверно ее поняли, поэтому пояснила еще более яростно:

– Вам стыдно должно быть! Ведь есть поговорка: левоморцы в рабстве своих не бросают!

Лю улыбнулся еще более непонятно и неожиданно согласился:

– Сомневаюсь, что в Левоморье в последние десять тысяч лет могла быть в ходу такая поговорка, но хорошо. В конце концов нам все равно надо куда-то идти из этого… уюта. Так почему бы и не за Кирами?

Отрава торжествующе вцепилась зубами в заячье мясо. По сути друзья были правы: перед ними стояла невыполнимая задача, которую можно решить только через множество других задач. В лесу их долго не найдут, но в лесу они и сами долго не протянут. Нужна хотя бы теплая одежда, однако если они заявятся в ближайший город, то там их наверняка уже будут ждать.

Нанья нашла первый выход в украденной книге. И только после этого Отрава поняла, что та не зря так близко прижимала фолиант к груди, предпочитая задерживаться на бегу, чем выпустить настолько ценную ношу.

– Тут есть кое-что! – кудесница водила пальцем по странице с большой картинкой. – Я могу попытаться изменить нашу внешность. Не слишком сильно, но даже если получится повлиять на цвет волос, и то поможет! Скорее всего нас будут искать по общим описаниям… Клеймо на Отраве скрыть не выйдет, но вряд ли кто-то будет проводить ей полный досмотр. А если Лю сделать светловолосым, то его уже никто не узнает! Может идти куда угодно…

– Ну да, так голым и пойду куда угодно… – и почесал мохнатыми пальцами мохнатый бок.

Тут он справедливо заметил, но сама идея была потрясающей! Особенно когда никаких других идей не было, а все больше и больше хотелось попросить Лю снова стать большим волком с длинным мехом и позволить им обеим хотя бы недолго поприжиматься к его горячему животу.

Отрава рассуждала: