Все демоны. Pandemonium - Олег Угрюмов

— Я все-таки спрошу.

— Гоняются за амазонками.

— На кой им сдались амазонки?

— Совершенно не нужны. У милорда Кехертуса на них вообще аллергия — оно и понятно, столько лет на такой специфической диете. — Тут призрак уловил легкое движение каменной брови и быстро пояснил: — Просто сегодня в направлении милорда Такангора была совершена тройная брачная экспансия. Дамы Анарлет, Таризан и Барта в соблазнительных нарядах с особой силой пытались привлечь внимание генерала, исполняя в его честь специально разученный ими танец перлиплютики, с гупотом, топотом и поцокиваниями. После чего безуспешно попытались стать похищенными в лабиринт.

— Ничего не понял, — честно признался ди Гампакорта, не осведомленный о том, какой небывалый успех имел у неприступных амазонок мужественный красавец Такангор.

— Дамы недвусмысленно намекали генералу похитить их и создавали все необходимые условия, но он же герой войны, — с тайной гордостью за весь мужской род поведал призрак. — Отбился. Агрипульгиями ушел от погони и отправился пить в «Телеги».

— Однако же амазонки — великолепные следопыты, — не унимался Гампакорта, которого этот сюжет веселил все больше.

Призрак неодобрительно покосился на знатного гостя. Лично он воспринимал происходящее как драму.

— Истинно так, — ответил он. — Маркиз Борромель рассуждал аналогично. Потому перекрыл дорогу мужественным невестам, стремясь отвадить их от милорда Такангора. Однако девы с криками набросились на него и обратили в бегство, а сами продолжили брачные игры.

— Хорошенькие игры, — сказал возмущенный вампир. — Что же вы меня не позвали?

— Господин Крифиан велел вызвать милорда Кехертуса.

— Разумно. И что наши дамы?

— Визжат, — лаконично отвечал слуга. — Ищут надежные укрытия.

— Получается?

— Нет. Дядя Гигапонт, оказывается, чует дам на расстоянии.

— Чем дальше, тем занятнее, — хмыкнул Мадарьяга. — Ну что, где-то нужно брать армию. Без нее никак.

— У меня есть одна идея, — признался голем. — Нам нужен вербовщик. Такой, чтобы добровольцами к нему записывался не всякий сброд, а отборные воины.

Некоторое время вампир сидел неподвижно, что в его случае было равносильно настоящему подвигу.

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросил он несколько секунд спустя.

— Больше некому, — отвечал Думгар.

— Господа, простите, что встреваю в ваш диалог с дурацкими расспросами, но о чем вы говорите? — уточнил оборотень.

— Думгар, ты гений! Гуго — ты сидишь за одним столом с подлинным гением. Выпьем же за здравие Думгара — величайшего из мыслителей и големов. Выпьем за нашу победу, потому что демонам ее не видать! Выпьем за единственного и неповторимого сержанта, который предоставит нам победоносное войско! Как же я мог о нем забыть?

— О ком? — переспросил Гампакорта.

— Я думаю, вы слышали о такой удивительной личности, как Агапий Лилипупс, — предположил Думгар. — Если нет, я удивлюсь. О нем, по-моему, слышал весь Ниакрох.

— Тот самый Лилипупс?

— Да.

— Он же слегка мертв?

— Не без того.

— И вы полагаете, что, если Зелг поднимет его, Лилипупс согласится работать на него?

— Я полагаю, что он истосковался по своей работе, лёжа в могиле. Сейчас он будет работать на кого угодно — лишь бы работа нашлась. Вот кто по-настоящему любил свое дело. У него все пацифисты записывались добровольцами.

— Это что, — мечтательно сказал вампир, улыбнувшись во весь рот, будто вспомнил о чем-то крайне приятном. — Даже я чуть было не вступил в его отряд. Не сержант — поэт! Скажу так: у него даже мухи пешком ходили. А курицы мчались в атаку.

В большинстве случаев не так уж трудно найти толкового офицера, но иногда очень трудно найти толкового сержанта.

Наполеон I Бонапарт