Гиперборея - Наталья Белкина

За моей спиной снова раздался людской гул,только уже не радостный, а скорее удивленный, а с ним еще отдельные смешки. Яобернулась. Старейшины собственной персоной. Все восемь тучных заседателей вполном боевом облачении пришли, что бы принять участие в обороне. Поскольку онии были тем яблоком раздора, из-за которого мирный город Пронион вдруг сталбастионом и, скорее всего, будет разрушен, мне хотелось сказать всем этиммужам, чтоб они сидели себе в подвале, вкушали удовольствия и ждали свой"летучий голландец", который приплывет за ними. А мы уж как-нибудьбез них разберемся. Но они тоже вдруг преисполнились энтузиазмом, сталираскланиваться перед горожанами, и выкрикивать что-то подбадривающее. Яотвернулась от них: черт с ними, пусть потешаться. Может быть, уйдут, кактолько увидят полчища, приближающиеся сюда по их душу.

Когда на горизонте стало что-то показываться,стены все еще не было. Я поднялась на ноги и стала всматриваться. Я оченьнадеялась, что это не войска. Это могли быть и дикие олени, но... Не далее какчерез четверть часа всем стало понятно, что на нас движется черная орда.

--Абарис! Что со стеной? -подскочив к яме,спросила я?

Жрец уже не выглядел радостным. Его лицо былосерьезным и даже озлобленным.

--Рычаг заело,--пояснил он.

Четверо молодцов вместе с ним навалились наогромный двухметровый рычаг, который не двигался с места.

--А что ты хотел? Столько времени прошло!

Я снова взобралась на каменную свалку. Теперьмне стало казаться, что войско Хамсина движется слишком быстро и вот-вот уже донас начнут долетать стрелы и копья. Впереди шла конница, она-то первой до нас идоберется.

--Абарис, вылезай и принимай командование!--взмолилась я.--Возможно стена не поднимется. Ты напрасно теряешь время. Намнужно выстроить ряды!

--Еще немного!--продолжал он твердить сквозьзубы и напирать на рычаг.

Ко мне подбежала Неясыть.

--Конница будет здесь через полчаса,--сказалаона.

--Стена не поднимается,-- прокомментировала ято, что она и так видела.

Я так надеялась, что она посоветует что-нибудьмудрое. Но она молчала и внимательно вглядывалась в долину, туда, где отгоризонта протянулась движущаяся черная полоса.

--Их около тысячи,--констатировала она, словнотолько что произвела подсчеты.

--А нас?

--Меньше пяти сотен. Нам нужна стена.

--Но как сдвинуть рычаг?

Мы обе подошли к краю ямы, где все ещепродолжались бесплодные попытки. У Абариса лицо покраснело, рукава егожреческого балахона были закатаны по самые локти.

--Смазывать не пробовали?--спросила Неясыть неу него, а у меня почему-то.

Я так была удивлена ее вопросом и тем, чторешение было совсем рядом, что не смогла произнести в ответ ни слова.Гипербореи, которые уже больше походили на родичей Неясыти, мало имели дел сразными механизмами. Они ведь были гипербореями уже отнюдь не в первомпоколении. Но Абарис! Как же он мог забыть о том, что железяке просто нужнасмазка? Жрец остановился, вытер со лба пот. Я посмотрела на него и поняла, чтоон слышал вопрос шаманки. И ему было неловко за свою несообразительность.

--Эй! Принесите сюда тюленьего жиру!--крикнулаНеясыть, видя, что мы с Абарисом находимся в замешательстве.--У нас совсем неосталось времени.

Темная орда приближалась быстрее, чем япредполагала. Впрочем, это мне она, наверное, казалась ордой, чем-то страшным,неизбежным и сильным. Те, кто шли сейчас на нас, были такими же гипербореями,титанами в черт знает каком поколении, как и те, кто собирались противостоятьим. Что двигало теми и другими, мне, чужой на этой земле, было не ясно. Но ябыла по эту сторону, а Хамсин по другую. Так уже было однажды...

Абарис распоряжался в яме и не мог выйти наповерхность. Он, безусловно, имел больший авторитет среди горожан, чемстароста, а по совместительству хозяин гостиницы и борделя, который суетилсянеподалеку. Это жрецу нужно было отдавать команды. Но его слишком занималастена. Да и меня тоже. Уж лучше бы она поднялась вовремя. Я спросила у Неясыти,сколько, по ее мнению, у нас еще есть времени.

--Еще немного и мы сможем услышать стук копытих кавалерии,--ответила она.--Прон знает об этом механизме, ведь он жил здесь.И он торопится.

Он торопился. Это было видно. А у менязастучало сердце.

--Абарис! Ну, что там?!!--не сумев сдержатьволнения и упав на колени у края ямы, осведомилась я.

Жрец даже не взглянул на меня. Его лицо былозлым и сосредоточенным. И без ответа было понятно, что дело не сдвинулось смертвой точки. Я оглянулась на стоящую за моей спиной Неясыть. Она уже снималас плеча колчан. И мне стало ясно, что пора оставить напрасные надежды ипринимать бой. Конница Хамсина была уже совсем близко. И пусть стук ее копытпока еще бился лишь в моей голове, еще пару мгновений, и он раздастся наяву.

--Троя!--крикнула я.

Собака тут же подскочила.

--Я поручаю тебе задание особой важности. Тыобязана быть у моря. С минуты на минуту должен подоспеть корабль. Он увезетстарейшин. Наша задача - не дать им попасться в руки Хамсина. Как толькокорабль причалит, немедленно сообщи мне об этом. Гавкни два раза, и я пойму.

Троя все еще не уходила. Возможно, она неповерила в мое вранье, целью которого было спасение ее единственной теперьжизни.

--Троя, это приказ. Однажды ты меня ужеослушалась, теперь ты не можешь!

Она опустила голову и медленно отправилась всторону моря. Так. Теперь у меня меньше забот. По крайней мере, на одну жизнь,за которую нужно бояться, стало меньше. Но на самом деле, их оставалось ещетысячи. Проклятый Хамсин, который и раньше не считал чужие жизни, снова втянулв свои дела смертных и ни в чем не виноватых. Они готовятся убивать друг друга,ради призрачной, неясной идеи. Хамсин выступал во имя свободы, эту же цельпреследовали и обороняющиеся. На чьей же стороне была правда? Вероятнее всегона той же, на которой выступала я. Вероятность девяносто девять из ста. Но одинплюс все-таки был у Хамсина: он защищал Гиперборею от наместников. Но ведь онже их сюда и созвал! Нет! Наше дело правое!

Возле моей ноги в землю вонзилась стрела. Яотскочила за груду камней и успела крикнуть, не надеясь на то, что меняуслышат:

--Всем в укрытие! Обороняться!!!

Вопреки моим ожиданиям, этот мой возглас,родившийся по наитию, почти сам собой, вдруг стал эхом передаваться по защитнымукреплениям. Я увидела, как горожане, начали молниеносно опрокидывать повозки,сваливать камни, мешки, прятаться за ними и доставать оружие. Уже не одна-двестрелы долетали на нас, их сыпались уже десятки или даже сотни. Неясыть,расположившаяся рядом со мной, не могла даже высунуться из укрытия. Ее стрелыбесполезно торчали в колчане. Понимая, что конница влетит в наши позиции черезминуту другую, ведь нам слышны были уже и стук копыт, и ржание, и воинственныекрики всадников, я достала свой меч и выглянула из-за камня.