Ледяная кровь - Элли Блейк

Затем он крикнул и направил волну льда по земле, которая проникла мне под ноги. Я поскользнулась и упала на спину. Чувство уязвимости было ужасным. На секунду я застыла, но когда он бросился ко мне, сгруппировалась и откатилась в сторону, вскочив на ноги. Швырнув пламенем за спину, я выиграла немного времени, затем развернулась и снова столкнулась с ним. Не останавливайся, двигайся, сказала я себе. Не думай, просто двигайся.

Крики становились все громче.

– Гравнах, Гравнах, Гравнах!

Слова били по моим нервам снова и снова, словно молот кузнеца.

Мой противник медленно обошел меня. Его черные глазки под маской были полны раздражения. Я не просила о пощаде, как большинство противников через нескольких секунд с начала схватки. Я сказала себе: я сильнее всех прочих. Я выиграю.

Для такого крупного человека он двигался очень быстро. Шагнув вперед, он махнул руками, и с обеих сторон от меня выросли две изогнутые стены льда. Вытянув руки вперед, я выпустила спирали огня, отступая назад по мере его приближения. Бросив в меня тонкие струи льда, он воздвиг вокруг меня ледяную клетку. Должно быть, на лице у меня отразился испуг, потому что он улыбнулся мне через ледяные барьеры.

Не думай, двигайся.

Я подняла руку и пробила в клетке дыру. Когда я выскользнула, он бросился вперед, пробивая собой ледяную стену, и ударил меня холодным кнутом. Я сделала шаг назад и врезалась в стену, которую он создал, прежде чем кинуться на меня.

Это была игра. Он играл со мной, устраивая мне маленькие испытания. Он был огромным пауком, плетущим липкие сети для своей жертвы. А я была мухой, быстрой и ловкой, рвала его паутину и улетала. Но с каждым разом движения мои становились все медленнее – я устала. В конце концов я бы попалась.

Подняв руку вверх, я начала двигать ею вперед и назад, создавая огромный хвост дракона. Брату Тислу он бы понравился. Концом этого хвоста я ударила Гравнаха ниже живота, заставив его согнуться пополам. Он остановился, швыряя в меня стрелами льдистого холода, но мне удалось отбить все атаки огненными стрелами или увернуться от них.

В толпе все еще скандировали, но большая часть зрителей приумолкла. Нарастала тяжелая тишина, в которой чувствовалось возбуждение и предвкушение. Наконец-то у их чемпиона появился противник, который бился по-настоящему. Уверенность огнем вспыхнула в моей груди, как сухие лучины в костре. Я вертелась волчком, и вокруг меня танцевало пламя. Гравнах стоял на коленях, укрывшись за щитом изо льда.

Задыхаясь от усталости, я никак не могла поверить, что одержала верх. Мой взгляд скользнул к королевской ложе: король сидел все в той же расслабленной позе, но теперь его руки сжимали подлокотники кресла. Да! Я собиралась победить, и он это знал. Если я смогу сделать это, я смогу сделать что угодно.

Повернувшись к Гравнаху, я окружила его огненной стеной и смотрела на него сквозь пламя. У меня не было выбора. Если не убью я, то убьют меня. Я собрала весь огонь для последнего окончательного удара.

Но он с поразительной скоростью ответил льдом на огонь, и мой мир заледенел. Сначала лед покрыл мое лицо, перекрыв дыхание, потом спустился ниже к рукам. Паника пронзила меня, когда я поняла, что попалась в ловушку, в сплетенную им паутину. Я бросилась на землю, разбивая лед. Освободив одну руку, я излила тепло, превратив свой страх в огонь. Но льда становилось все больше, и он слой за слоем покрывал меня, перекрывая доступ воздуха к легким. Я теряла энергию, все плыло перед глазами. Бой проигран.

Нет, я не могу умереть.

– Поганая Огнекровная, – прорычал Гравнах. – Я не позволю тебе умереть быстро.

Он поднял меч изо льда над головой и опустил его на мою руку. В отчаянии я послала волну тепла, растопившую лед, и откатилась в сторону прежде, чем лезвие вонзилось в землю рядом со мной.

Но, не успев воспользоваться преимуществом и освободиться, я снова попалась. Разум мне затуманило чувство поражения.

– Ты не сможешь победить, – грубо прорычал Гравнах. – Думаешь, убила зверя и сможешь убить меня? Я – Гравнах! – он ударил себя кулаком в грудь. – Я не боюсь ни льда, ни огня.

Он вытянул руки вперед, и сотни острых ледяных стрел полетели в меня. Моя рука инстинктивно поднялась, создав щит из огня.

Он заковал льдом мои руки и послал в меня новое облако стрел. Они били мне в лицо, таяли и сбегали по щекам, как слезы. Одна стрела оцарапала мне веко, и глаз залило кровью.

Он смеялся и слал стрелы снова и снова, пока у меня на лице не осталось живого места.

– А теперь твои драгоценные пальчики, – крикнул он. – Никогда больше они не смогут разжигать огонь.

Он поднял свой меч и опустил его с тщательно выверенной точностью. Когда сталь вошла в плоть моего мизинца, я закричала. Он рассмеялся и вытащил клинок.

– Лучше я заморожу пальцы, – сказал он, – и сломаю их по одному как сосульки.

Пронизывающий холод коснулся моих пальцев, и они онемели. Страх охватил мой разум, беспомощный безотчетный ужас пойманной жертвы. Толпа завывала, жаждая моей крови. Я была слаба, избита, в полной власти этого монстра, но они хотели большего. Я ненавидела их в тот момент. Если бы я могла, я бы сожгла их всех.

По мере того, как во мне разрасталась ненависть, нечто темное, извилистое проникло в меня и змеей свернулось в сердце. Я забыла о толпе и сосредоточилась на себе. Нечто странное проникло сквозь кожу. Это был не жар и не холод. Это было ничто. Мрак. Осязаемое небытие. Оно росло внутри меня, покрывая каждый миллиметр кожи.

Сбитая с толку, я открыла глаза. Все вокруг переменилось. Мир стал черно-белым с оттенками серого – остальные цвета исчезли. Только своего противника я видела четко – он откинул голову назад, упиваясь моими страданиями. Затем он взглянул на меня сверху вниз.

– Что ты чувствуешь, Огнекровная? Боль? – спросил он, склонившись надо мной. – Твоя боль – мое наслаждение.

Я почти не слышала его. Мое сознание перешло в измененное состояние – это было не то чтобы спокойствие, но освобождение от суеты. Это было не похоже на концентрацию разума, которому учил меня Брат Тисл. Было в этом тихом пространстве нечто, не поддающееся контролю, и оно забрало мысли, заботы и вопросы, которые обычно теснились в моей голове.

Все стало намного проще. Черное и белое. Я или он. Жизнь или смерть.

– Нет, прошептала я, – это я убью тебя, – слова шли как будто извне, произносимые кем-то другим.

Время остановилось.

Странным образом я чувствовала, как бьется его сердце, выталкивая кровь, пульсируя жизнью. Казалось, один удар длится вечность. И вдруг я ощутила невероятную силу, которая заструилась по венам, подавляя меня.

– Сжечь его, – сказал голос, и я знала, что должна подчиниться. Голос был мной, и я была голосом.

И я извергла пламя такой силы и концентрации, какого у меня никогда раньше не получалось. Огонь прожег его кожаный нагрудник.