Империя травы. Том 1 - Тэд Уильямс

– Да укусит меня Багба! – неожиданно сказал он вслух, и так громко, что вздрогнул не только Хотмер, но и лошадь разбойника заржала и принялась гарцевать на месте. – Это же сама Воршева – жена Джошуа, – или я слепец! Хотмер, следуй за фургоном.

– Ты сошел с ума, эрнистирец?

– Нет, я знаю эту женщину!

Хотмер даже не посмотрел в ее сторону.

– Мы следуем за Агвальтом, а не за какой-то неряхой, поразившей твое воображение!

Как ему объяснить? Что он должен сказать, чтобы они хотя бы к нему прислушались? И все же даже через двадцать с лишним лет он практически не сомневался, что Воршева жива и здорова и находится от него на расстоянии всего лишь полета стрелы.

– Агвальт! – позвал он. – Агвальт, пожалуйста! Скажи Хотмеру, чтобы он отвез меня к женщине, которая только что проехала мимо! Это важно для всех нас.

Предводитель разбойников, ехавший впереди, раздраженно посмотрел на Эолейра.

– Зачем, эрнистирец? Неужели ты думаешь, что мы должны кормить тебя и еще помогать окунать твой ским в местные воды?

– Я говорю правду! Это очень важно – король Эркинланда наградит тебя так, как ты и не мечтал! – Эолейр кричал, понимая, что теряет время, а фургон увозит Воршеву все дальше, и скоро ее уже будет не отыскать среди огромного количества тритингов. Быть может, она уже покидает Танемут! – Именем Верховного престола я приказываю тебе оказать мне помощь!

Агвальт пнул свою лошадь под ребра и подъехал к Хотмеру и Эолейру. Предводитель разбойников наклонился вперед, его молодое лицо оставалось странно спокойным и внимательным, после чего отвесил графу пощечину, от которой тот свалился со спины лошади. Связанные руки не позволили Эолейр смягчить падение, и он ударился о землю так, что у него перехватило дыхание.

Агвальт соскочил с седла и присел на корточки рядом с Эолейром. Лицо предводителя разбойников оставалось невозмутимым, но Эолейр заметил его холодные и какие- то безжизненные глаза. Он никогда прежде не видел Агвальта таким и вдруг осознал, насколько опасным является его положение.

– Больше никогда не пытайся отдавать мне приказы, – голос Агвальт снизился почти до шепота. – Я уверен, что твой король заплатит за тебя выкуп, даже если у тебя не останется ни рук, ни ног. А ты умен, тут у меня нет сомнений, я уверен, что ты умеешь писать и читать, так что сумеешь передать новости даже и без языка. Если ты хотя бы еще один раз так заговоришь со мной, то вернешься к своему королю лепечущим идиотом. Ты меня понял?

Эолейр все еще не мог перевести дыхание, поэтому просто кивнул. Через мгновение Агвальт вытащил нож, и его кончик оказался на щеке Эолейра, рядом с глазом.

– Я не слышал ответа, эрнистирец. Ты меня понял?

– Да. – На большее у Эолейра просто не хватило дыхания.

– Хорошо. – Агвальт вскочил в седло с ловкостью кошки и повернулся к своим людям, которые с интересом и удовольствием наблюдали за наказанием Эолейра: – Дорога снова свободна. Вперед!

В конце концов план побега удалось реализовать даже успешнее, чем Элин рассчитывал, а Отец Небесный Бриниох и все другие боги позволили им справиться, не пролив ни капли крови.

Эйдонит Финтан согласился с предложением Элина и, когда в следующий раз оказался в карауле, пока остальные Серебряные Олени обедали, подал молодому Эвану сигнал. Элин и остальные постарались расслабиться и ждали помощи. Когда второй охранник отошел облегчиться, Финтан быстро отпер дверь большой кладовой и передал им ключ от кандалов. Как только Элин освободился от оков, он спрятался за дверью вместе со своим оруженосцем Джаретом, остальные заняли заранее обговоренные позиции.

Когда вернулся второй охранник, громко жалуясь на то, что его уже второй раз назначили в караул во время обеда, Финтан вместе с ним подошел к двери под тем предлогом, что один из пленников кажется ему больным. Когда охранник принялся вглядываться в темноту – кладовую освещал лишь один тусклый факел, – Элин резко распахнул дверь, и они вместе с Финтаном и Джаретом затащили сопротивлявшегося стражника внутрь. Пока Элин стоял над ним, к ним подбежали остальные, и несколько рук зажали ему рот, а заодно и глаза, что не удивительно, ведь их так долго держали в заточении.

– Свяжите его покрепче. И не забудьте про тугой кляп, во всяком случае, до тех пор, пока мы не доберемся до остальных. Продышаться он сможет потом.

– Постарайтесь ему не навредить, – сказал Финтан, который уже начал сомневаться в правильности принятого решения.

– Никто не пострадает, если не встанет на нашем пути, – сказал Элин, – даже Самреас, хотя я бы с радостью пронзил мечом предательского ублюдка. А теперь оттащите его в угол и привяжите к чему-нибудь – я не хочу, чтобы он вытащил изо рта кляп и поднял тревогу. А потом следуйте за мной. И постарайтесь не шуметь. Двигайтесь беззвучно.

После того как они крепко связали охранника, Элин и его люди прошли по узкому коридору к оружейной, где с помощью ключей Финтана получили возможность вернуть свои мечи и остальные вещи.

Перед главным залом они немного помедлили. Элин знал, что внутри не более полудюжины человек, еще двое дежурят на крепостной стене, где коротают ветреный вечер, однако они находились слишком близко, поэтому Элин знаками показал своим солдатам, что им следует подождать. Довольно скоро один из Оленей вышел в коридор. Он был без шлема и в неполных доспехах и продолжал что-то отвечать пьяным голосом тем, кто остался в зале, потом дверь за ним закрылась, и он с большим опозданием осознал, что темный коридор полон вооруженных людей. Элин решил, что здесь не стоит проявлять осторожность, поднял свой меч и, когда солдат открыл рот, собираясь закричать, сильно ударил его в лоб рукоятью.

Олень не произнес ни звука, но меч Элина задел за каменную стену. Все застыли в ожидании, напряженно прислушиваясь, но больше никто не вышел из зала.

Когда они связали за спиной руки потерявшего сознание солдата, Элин прислушался – внутри продолжалось веселье, солдаты громко смеялись и переговаривались.

«Надеюсь, вы успели насладиться трапезой, – подумал Элин. – Потому что следующая будет у вас не скоро».

Он поднял руку и подал сигнал.

Они распахнули двери и вбежали в зал. Люди Курудана сидели за длинным столом, кости кроликов и мелких птиц грудой валялись перед ними, в камине пылало пламя. Самреас оказался быстрее других, он успел вскочить на ноги и обнажить меч, когда стрела расщепила спинку его стула, задрожав между животом и рукой. Краем глаза Элин увидел, что Эван уже готов выпустить следующую.

– Сложить оружие! – приказал Элин Оленям. – И тогда вы будете жить. Но если вы не опустите мечи, то умрете. Выбор предельно прост.

Самреас быстро осмотрелся по сторонам, прикидывая шансы на победу. Половина его солдат все еще потрясенно сидела на своих местах, и люди Элина быстро их окружили с алебардами в руках. Самреас нахмурился.