Невеста драконьего принца - Елена Шторм

— Вы, несомненно, достойны, — слова, которые я слышала от Сииды, едва не выплёскиваются изо рта ядом. — Но я девственна, неопытна, и к тому же… у меня был жених. В людских землях.

— Да, кажется, ты говорила.

— Я ещё не забыла его. Всего три недели назад меня отняли у него, я испытывала к нему чувства!

Сейдер сужает глаза.

— Это не помешало тебе восхищаться моим кузеном.

— Я пытаюсь привыкнуть, — едва не жмурюсь. — Но не могу так быстро. Пожалуйста, давайте хотя бы просто поговорим для начала!

“Заговорить его”. Не лезть на рожон. Я вдруг на самом деле надеюсь — может, это выход?

Но Сейдер смотрит на меня пристально, непонятно, а потом вытаскивает пробку из бутылки. Берёт бокал.

— Выпей, тебе станет легче.

Когда он протягивает мне стекло с тёмной жидкостью, его интонации — властные и почти вежливые. Но в последнее я вдруг совсем перестаю верить.

— Это необычное вино?

— Какое странное предположение. Нет, я не собираюсь ничего тебе подмешивать.

Он накрывает мои пальцы своими, сжимает. И медленно заставляет поднести бокал к губам. Я зажмуриваюсь. Почти невольно делаю глоток. Покалывающий жар заливает рот, дерёт горло.

— Мы могли бы поговорить, — Сейдер изучает меня, когда я раскрываю глаза вновь. — Ты бы многое мне рассказала. Но в другой раз.

И его рука касается моих волос, отводит их за плечо.

У меня такое странное чувство сейчас… Будто он — настоящий ящер, превращённый в человека заклятьем. Улыбается там, где нужно, произносит что-то похожее на комплименты, но в нём нет сочувствия, понимания, только собственные желания! Ему плевать, что внутри у меня и у других. И это нормально для драконов, но…

Даже для них — как-то слишком.

Он заведует этим отбором — вдруг ощущаю это как никогда. Его не волнует, что меня забрали со свадьбы!

— А ещё ты должна понять, что я не бросаю слов на ветер.

И меня обдаёт холодом. Потому что я вдруг слышу ещё что-то в его словах. Я должна понять? Или…

Фразы Тейнана — о том, что он меня не тронет, — бьются и рассыпаются в голове.

Потому что Сейдер подаётся вперёд. Его рука обхватывает мой затылок — крепко, быстро! Жёсткие губы накрывают мои.

Я дёргаюсь. Задеваю бедром бокал, чувствую, как тот опрокидывается! Вино разливается по белой ткани на грани зрения. Это последнее, что я воспринимаю — мир смывает жар во рту. Чужие губы. Касания, от которых не отбиться. Властные пальцы, что не дают мне вырваться, держат, давят!

И разум отключается.

Я толкаю его. Пытаюсь! Мою руку перехватывает мужская. Дракон рычит. В груди просыпается зуд — а в следующий миг я теряю над ним контроль!

Руки вспыхивают. Свет бьёт в ладони! Жар, пламя, боль — и всё это захватывает на пару мгновений. Сейдер вдруг шипит, а я оказываюсь свободна.

На его светлой, с синими узорами рубашке тлеют два следа от моих рук!

Наследник поражённо прикасается к ним. Поражённо смотрит на меня. А потом его глаза сверкают.

— Ты не контролируешь свой дар. — Голос падает, звучит как стук камней, наливается опасностью. — Действительно. Нет, так не пойдёт.

Я едва успеваю ахнуть. Подумать, как это плохо! В следующий миг меня толкает в грудь. Ветер накатывает со всех сторон и валит на землю, прижимает к покрывалу. Распластывает с разведёнными руками! На тело будто обрушилась скала, я не могу пошевелиться, не могу вздохнуть!

— А ещё ты спесива. — Сейдер возвышается надо мной. — Этим наверняка привлекла кальма. Интересно, не этим ли и моего кузена?

Если ещё пару часов назад я надеялась, что “спесивость” его отпугнёт — то теперь вдруг понимаю, что нет.

Судя по жару в ртутных глазах. Судя по тому, что он наклоняется — и его рука ведёт по моей щеке.

— Прекратите!

Большой палец ложится на губы — и рот немеет! По языку разливается сладость, но он отнимается, и я едва не задыхаюсь. В голове всё взрывается. У меня даже в мыслях нет слов! Этот урод, мерзавец… он правда сделает всё вот так?!

Крепкая ладонь спускается к вороту платья и шелестит. Я умудряюсь скосить взгляд — к его руке, на которой сверкают серебряные когти! Исступлённо мычу, когда они цепляют и медленно, неумолимо начинаются резать ткань. Свежий воздух обдаёт грудь нестерпимым холодом. Внутри всё пылает, но это не спасает! Магия словно мечется во мне, не может больше найти выхода. И я не знаю, не знаю, должна ли теперь её звать!

Рука дракона обхватывает мою грудь.

— Я всё буду делать медленно, — теперь в голосе Сейдера совсем нет мягкости. — Тебе станет приятно. Нам некуда спешить.

Приятно?! Я вновь мычу, пытаюсь выгнуться дугой.

— Вы, люди, такие хрупкие, такие слабые, — он наклоняется ко мне, обдаёт дыханием. — Но женщины ваши прекрасны. Сегодня я получу удовольствие — одно или другое.

И с этими словами задирает мою юбку.

Я не могу отбиться. Боги, Древние! Зажмуриваюсь, чувствуя, как его грубая рука обхватывает моё бедро. На глаза наворачиваются злые слёзы — но сейчас от меня даже злостью не несёт. Из-за проклятых ягод, из-за другого дракона, который меня использовал. Я не знаю, что делать!

Где-то на краю сознания мелькает: отрешиться. Отключить разум, как угодно пережить этот момент. Я выживу, вытерплю, что-нибудь придумаю потом. У меня ещё будут дни, будет время сбежать и отомстить!

Пытаюсь думать о семье… которая меня предала. О том, что у меня был жених… который отдал меня этому мерзавцу. О Найтере… который подарил мне заклятье, не принёсшее ничего хорошего!

Тьму разрывает дикий рёв.

Я инстинктивно распахиваю глаза. Перестаю дышать, уставившись в небо. Сердце, только что колотившееся как бешеное, пропускает удар. Над головой ничего — только ночь, только звёзды. Но я слышу…

Гул ветра. Хлопки.

Руки Сейдера замирают. Он медленно, с каким-то странным выражением поднимает голову, продолжая стискивать мои колени.

А потом отшатывается. Резко, внезапно! Несколько мгновений — и его тень смазывается на краю зрения. Сбоку вспыхивает тёмное пламя.

Давящая на меня плита слабеет. Я ещё некоторое время борюсь с тяжестью, с путами — но вскакиваю, как только могу. И едва не падаю обратно от резкого толчка земли.

Следующее, что я вижу — прыгнувший вверх чёрный дракон. И сметающий его в воздухе светлый.

Золотисто-зелёный.

Знакомый до боли.

Они сталкиваются так, что я кричу. Телами, когтями! Светлые крылья мешаются с тёмными, и по косой дуге ящеры врезаются в землю.

Новый удар бросает меня на колени. Взметается пыль, страшно трещит и падает одно из деревьев. Грохочет камень, ревут драконы. Крылья Сейдера молотят по площадке, хвост сметает траву — клочья и комья земли долетают до покрывала.